Чтение онлайн

– Ирвин? Эта фамилия ни о чем не говорит мне, - отец смутился. – Хотя у одного моего старого друга было похожее имя, но я не слышал о нем с тех пор… – он как-то совсем замолчал и закашлялся. – Это было слишком давно.

– И как звали твоего друга? – с подозрением переспросил Люк.

– Эйден Ирвинг.

Имя показалось мне странным. Люк взглянул на меня, но я отрицательно качнула головой - никогда даже не слышала об этом человеке.

– Сынок, я хочу спросить… Как там Харлоу?

– Она в порядке, несмотря на то, что ты бросил ее в клетку со львом, а мама ведет себя так, словно ее дочь мертва, - выпалил он. – Кстати, ее раскрыли, так же как и ваш сговор с Ханной. Тебе даже нечего сказать в свое оправдание, папа?

– Это был план Ханны… – прошептал тот измученно. – Я никогда не верил, что это действительно может сработать.

– Тогда с какой стати ты взялся ей помогать, папа? Знаешь ли ты, что вы сделали с Харлоу? Ее били и унижали, и вдобавок ко всему она осталась здесь одна и без единого цента, - Люк намеренно провоцировал отца, и я нацелилась было вырвать телефон из его рук, но брат вскочил с дивана, ловко держа меня на расстоянии.

– Прекрати… – одними губами произнесла я, но он только покачал головой.

– Я не хотел, чтобы все получилось таким образом…

– Сейчас как-то поздновато сожалеть об этом. Ты подвел ее как отец и меньшее, что ты можешь сделать – приехать сюда и исправить все сам.

– Я не могу, - его отказ больно ранил меня.

– Ты ничего не хочешь сделать ради дочери, которая никогда тебя не подводила?

– Я в прямом смысле не могу приехать, сынок. Я заключен под стражу.

– За что?

– Я не хочу обсуждать это прямо сейчас. Тебе повезло, что мне оставили телефон и разрешили делать звонки по часу в день, - он вздохнул. – Послушай, я должен идти. Пожалуйста, скажи Харлоу, что я сожалею.

– Конечно. Удачи в суде, папа, - с этими словами Люк отключился, а в следующее мгновение его руки уже сжимали меня в крепких объятиях; он удерживал меня до тех пор, пока мои глаза не перестали истекать слезами.

– Что ж мы будем делать, Люк? – чувство безнадежности захлестывало.

– Думаю, нам нужен человек, который смог бы найти для нас информацию. Папа упомянул Эйдена Ирвинга, и я хочу знать, кто это.

– Давай позвоним Норе - Найл ее парень. Пригласим их прийти к нам на ужин, где мы сможем ему все рассказать.

Намеченная трапеза с Норой и Найлом прошла хорошо. Тетя даже вспомнила этого мужчину – он оказался одним из партнеров Смита по покеру. Люк попросил Найла присоединиться к своей поездке в Чикаго, так что мужчины договорились встретиться в шесть утра, чтобы уже вместе отправиться в аэропорт.

Когда Нора отлучилась в ванную, Найл спросил у меня, знаю ли я, куда направился Гарри. Я смутилась, признавшись, что он не хотел говорить мне место своего назначения. Найл ничего не сказал, просто посмотрев на меня спутанным взглядом.

Позже, забравшись в постель после горячего душа, я чувствовала себя полностью опустошенной и была рада захваченному с собой в спальню последнему бокалу вина - сегодня мне было крайне необходимо тепло, пусть и фальшивое, хотя бы этой жидкости цвета крови.

Откинувшись на подушку, я уловила незнакомый запах. Склонившись ниже, я сделала глубокий вдох, и в моей голове тут же ожили образы из прошлой ночи.

Гарри.

Без него я чувствовала себя покинутой и не могла понять, как он мог уехать после всего, что мы испытали вместе.

Его слова эхом звучали в моей голове, я помнила каждое его прикосновение, каждое движение. Он и не подозревал, насколько важным шагом для меня было то, что прошлой ночью я отдала ему часть себя. Гарри так много обо мне не знал, но и я должна была признать, что сама не позволила увидеть себя настоящую. В его присутствии я всегда была настроена только на оборону, не решаясь его принять, боясь ему довериться. Точнее, я боялась боли, но все закончилось тем, что это я ранила Гарри, а он теперь сам себя презирал от одной только мысли, что причинил мне таковую…

Допив последние капли алкоголя, я настолько осмелела, что схватила свой телефон, намереваясь написать Стайлсу сообщение о своих ощущениях. Я попыталась выразить свои чувства и эмоции в словах, уверяя, что он не сделал мне ничего плохого, и с внезапной решимостью нажала «отправить» прежде, чем смогла подумать об этом.

Положив мобильник на прикроватную тумбочку, я уже собиралась погасить лампу, когда мой взгляд упал на ярко-голубую записную книжку, выглядывающую из-под кипы журналов, читать которые у меня даже не было времени. Я смутно помнила, что Ханна писала о своей ожидаемой ночи с парнем и была не в настроении читать о ее первом сексуальном опыте, но тут меня осенило. Она ведь писала о мужчине, который играл с Смитом в покер. Может быть, этот дневник содержал гораздо больше информации, чем я думала.

Выдернув из-под кипы дневник, я стала нетерпеливо листать страницы, пока не нашла место, где ранее прервала чтение. Глаза бегали по строчкам в поисках нужного имени, но уже через секунду у меня перехватило дыхание, а сердце просто остановилось. Никогда в жизни не ожидала, что мне придется читать подобное - буквы были смазаны, а в некоторых местах ручка просто распорола мягкую текстуру бумаги.

Я не могла остановиться, снова и снова перечитывая эту запись со слезами на глазах.

23 августа.

Больно.

Повсюду кровь.

Я заперлась в ванной. Мое платье разорвано. Мое тело – открытая рана.

Он изнасиловал меня. Он посмеялся надо мной после этого. Глупая маленькая девственница. Так Он мне сказал… Теперь Он счастлив, что у нас есть целые выходные и хочет сделать это снова.

Я боюсь. Он груб. Жесток. Связывал меня веревками. Бил меня. Он хочет делать это все выходные.

И папа знает. Он отказался вызывать полицию - сказал, что у него есть долги, которые нужно отдать.

Я хочу к маме. Я хочу к Харлоу. Я хочу к Люку.

Я хочу умереть.

Комментарий к Глава 22.

Знаю, что глава закончилась на дневнике Ханны, но хотелось объяснить одного персонажа. Даниэль. Сначала я долго не могла решить которая это Дани - Кэмпбелл или Пизер. Именно имя девушек подкинуло идейку о вражде Лило.

========== Глава 23. ==========

Я снова и снова перечитывала эти строки, пока они не прожгли дыру в моем мозгу. Только тогда я перевернула страницу дрожащими пальцами, боясь того, что обнаружу… и была застигнута врасплох. Следующие листы исчезли: видимо кто-то их попросту вырвал, а остальные были датированы годом позже. Последние записи были небольшими и разрозненными – в основном Ханна писала о цвете маникюра и любимых дизайнерах. Все было более чем странно, и я решила обсудить это утром с Норой.