Чтение онлайн

–  Феликс. Птица Феликс, - мгновенно ответила Молли.

–  Ты знала, - обиженно прокаркал Сфинкс.
– Но у меня ещё две…

Девочка поморщилась, пробуя пошевелить правой рукой. Было больно, не иначе, вывих в плече.

Сфинкс продолжал насиловать память.

–  Ага!
– вновь радостно воскликнул он.
– Кто стучится в дверь ко мне с толстой сукой на ремне?

–  Пограничник с собакой, - не задумываясь, выдала Молли, радуясь невероятной детскости загадок.

–  Бесовка!
– ударил передней лапой об пол Сфинкс.
– Так-так-так… У какого молодца… Нет, слишком просто. Туда, сюда, обратно… Опять легко… Мой первый слог на дне морском… Тьфу, вычислит…

–  Ну, ты долго будешь копаться?
– надавила Фригидель на стража.

–  Не торопи меня!
– нахохлился Сфинкс.
– Цветное коромысло… нет…

Молли пожалела о том, что сильно ушибла ноги. Будь она в форме, давно бы перемахнула через тушу зверя, и никто её бы не остановил.

–  С когтями, а не птица… Между грядок лежит… - перебирал Сфинкс.

–  Я! Я! Я!
– донеслось издали.

Девочка и страж обернулись на голос. Между колоннами бежал, прыгал и катился взрослый хренблин.

–  Ой, хренблин!
– в страхе прошептал Сфинкс.
– Здесь? Откуда?

Он поднялся на лапы, по-кошачьи выгибая спину. Редкая шерсть на его загривке вздыбилась - верный признак того, что Сфинкс готовился к бою.

Молли было некогда наблюдать, чем там дело кончится, она коротко разбежалась и пронырнула между ног птицельва.

Сфинкс нервно мёл хвостом по полу, и смахнул девочку в сторону.

Молли с треском влепилась в стену. Стена проломилась. Фригидель очутилась в подобии клуба.

За редкими столиками сидели отдыхающие и вальяжно выпивали, основная масса плясала под звуки техномузыки. Прислушавшись, Молли распознала в залихватском миксе туш. Неоновая вывеска, пульсирующая кислотными всполохами, давала понять: сегодня вечеринка "Для тех, кто после".

Фригидель со страхом пригляделась к танцующим.

Мертвяки. Мертвяки второй свежести.

И запашок-то сразу показался Молли подозрительным…

–  Давай-давай-давай! Что мы все как дохлые?!!!
– закричал диджей.

Толпа одобрительно взревела, хохоча и вскидывая руки вверх.

Юная волшебница перекатилась на ноги и бочком протиснулась в тёмный угол. За столиком, стоявшим рядом, шла оживлённая дискуссия.

–  Я тебе зуб даю, Боров, не воровал я твоего могильного телефона!
– визжал, перекрывая музыку, тощий, скудно одетый зелёный труп.

Его дородный собеседник, в полусгнившем костюме и с золотой цепью на шее, уничижительно смотрел на худого.

–  Зуб, говоришь?… Давай, - потребовал Боров.

Бедный усопший совершил ритуальный блатной жест, щёлкая ногтем по краешку своего верхнего резца. В свете прожектора Молли чётко увидела, как зуб не выдержал: вылетел из десны клянущегося и поскакал по столу к толстому.

Тот неуклюже прихлопнул его ладонью и, брезгливо взяв двумя пальцами, поглядел на заклад.

–  Гнилой ты человечишка, Лисапед, - сказал Боров тощему, кладя зуб в карман.
– Смекай, если развёл, мочкану повторно…

–  Боров, ну, ты чё?… Ну, я же за тебя в огонь!
– залебезил Лисапед, неестественно жестикулируя.

Он увлёкся и с размаху задел столешницу пальцами. Пальцы неестественно вывернулись. Молли почудилось, что она слышала хруст, однако в непрекращающемся "бумс-бумс-бумс!" это было невозможно. Лисапед не заметил нанесённого себе ущерба.

Крепившаяся до сих пор Молли не выдержала и закричала от ужаса и неимоверного ощущения тотальной гадостности происходящего.

–  Живая!
– завопил Лисапед, показывая на девочку.

–  Сто пудняк!
– взревел удивлённо Боров.

Музыка стихла, осветитель направил неоновый луч в тёмный угол, и толпа уставилась на замолчавшую Молли.

–  Деликатес!
– провозгласил Боров, и мертвяки взвыли от радости.

Лисапед подскочил к девочке, хватая её за запястье выбитой руки. Волшебница завопила от боли. Толстый тоже приблизился и взял её за левый локоть.

Тут дверь дискатечного туалета открылась, из неё вышел злой Харря Поттный и как следует шибанул ею, захлопывая.

–  Архитектор, блин!
– сплюнул мальчик, разворачиваясь к мертвякам и пленённой Фригидель.

–  Молли?!
– обрадовался маг.
– Ты жива!

–  Не пори сантиментов, мы в западне! Это мертвяки! Колдуй, идиот!
– зашипела девочка.

Поттный принялся выуживать палочку. Толпа опешила, не веря накатившему счастью: два блюда за один вечер, а второе ещё и с жирком!

–  Каким бы заклинанием их достать? Не помню, не учил… - Харря дрожащей пятернёй сжимал магический инструмент.

–  Неуч и прогульщик!
– закатила глаза Молли.
– Они страшно стесняются своей наготы!

–  Точно! Эксгибиционика вуайеристикум!
– прокричал Поттный, направляя волшебную палочку на пленителей Молли Фригидель.

Но Харрина палочка была уродливо кривой, поэтому заклинание попало в саму Молли. Её одежда исчезла, и юный маг вылупился на голую Фригидель.

–  Хрен ли пялишься?
– нахмурилась девочка.

–  Гхмык… Кхе… Извини, Молли, - выдавил смущённый Поттный.

Он сделал вид, что его очки запотели, и принялся оттирать их платком.

–  Колдуй в толпу, дубина!!! Не промажешь!
– заорала на Харрю Молли.

Он исправился, открыв беглую стрельбу "эксгибиционистикой". Теперь в стане мёртвого врага начался переполох. Умруны болезненно относились к отсутствию одежды на себе и окружающих. Толпу охватила паника. У выходов образовалась давка.

Под шумок Харря и Молли юркнули в туалет. Из одежды у Фригидель осталась лишь волшебная палочка. Девочка быстро наворожила себе обычный наряд и облегчённо вздохнула.