Хайдеггер и гиппопотам входят в райские врата. Жизнь, смерть и жизнь после смерти через призму философии и шутки
Шрифт:
Это наводит на размышления о том, во что превратилась бы жизнь на такой суперскоростной трассе. Возможно, это напоминало бы ситуацию с парнем, проходящим курс скорочтения, который берет книгу в библиотеке и тут же сообщает: «Я прочел всего “Моби Дика” за 25 минут! Невероятно».
Или просто наше удовольствие от чтения станет тоже скоростным, д-р Клайнс? И что именно это будет значить?
О, Дэрил, это ваша жена? Да, миссис Фрумкин, у вас вопрос?
Как скажется ускоренное чувство времени на прелюдии в сексе?
Ух, вероятно, вам с Дэрилом лучше обсудить это в приватной обстановке.
Тем временем вернемся к плотно расписанной жизни Манфреда. Где в этом образе жизни кроется смысл?
В десятиминутной пьесе Дэвида Айвза «Из жизни майских мушек» Хорейс и Мэй, две мухи-однодневки, безумно влюбились друг в друга с первого взгляда («Я родился этим утром». – «И я тоже»). На первом свидании они наблюдают за естественными процессами и понимают, что продолжительность их жизни – всего один день: время их существования уже наполовину истекло! После нескольких минут смятения и паники они решают сделать максимум того, на что способны, и летят в Париж, где предвкушают роскошно провести время и встретить счастливый конец, что и происходит.
Хорейс и Мэй сумели найти смысл в своей очень короткой жизни, несмотря на осознание своего конца – а может быть, и благодаря ему. Стала бы их жизнь богаче, если бы их целью была скорость? Что, если бы они смогли сплющить время и побывать в Лондоне и Париже за один и тот же период? А в Лондоне, Париже и Рио-де-Жанейро? А еще можно было помчаться в Лас-Вегас – это наше последнее предложение, – чтобы убедиться, что билеты на концерты Селин Дион не распроданы.
Или представьте буддистского монаха, который проводит 90 % времени своего бодрствования, сидя в позе лотоса и очищая свой ум от всех мыслей, кроме одной: слияние с Космосом. Не слишком разнообразная жизнь для парня. Означает ли это, что у него скучная жизнь?
Клайнс ставит вопрос, и не какой-нибудь, а вечный феноменологический вопрос об относительности прожитого времени. Одна человеческая (или черепашья) минута жизни равняется месяцу жизни другого человека (или черепахи) – так у кого жизнь полнее?
Несколько черепах отправились на пикник. Десять дней они добирались до места, а когда дошли, вспомнили, что забыли открывалку для бутылок, и попросили самую младшую из них вернуться за ней. Она сказала: «Нет, пока я буду ходить, вы съедите все сэндвичи». Черепахи дали слово, что не сделают этого, и малышка отправилась в обратный путь. Прошло 10 дней, 20 дней, 30 дней. Наконец, черепахи так проголодались, что решили-таки съесть сэндвичи. Как только они надкусили их, из-за скалы выползла маленькая черепашка и сказала: «Видите? Вот почему я и не пошла».
Пригласите клонов
Если скоростная жизнь выглядит слишком трудоемкой, возьмем самый крутой, или как теперь говорят, самый «секси», вариант – впрочем, совершенно асексуальный, – биологическую технологию бессмертия без умирания: клонируйте себя. На самом деле не просто клонируйте, а делайте это сначала в молодости, и потом, по мере взросления, снова и снова, до бесконечности.
Из всех биотехнологических проектов человеческого бессмертия клонирование человека представляется реальным в ближайшее время, но может прекрасным образом осуществляться уже сейчас, хотя никто об этом не говорит (поскольку клонирование человека запрещено законом). Овечка Долли была создана с помощью технологии, называемой «перенос ядра соматической клетки». (Слухи о том, что Долли постоянно бормотала себе под нос: «Каждый день одно и то же дерьмо» – не подтвердились.)
Как производится клонирование? Цитоплазму (вещество, находящееся между ядерной мембраной и клеточной) изымают из донорской яйцеклетки; затем другую клетку с генетическим материалом, который предстоит клонировать, соединяют с исходной яйцеклеткой. Вуаля! Идентичная копия оригинала готова.
Одна из причин, по которой мы уверены в том, что клонирование человека возможно, – обстоятельство, что это часто происходит в природе: речь идет об однояйцевых (идентичных) близнецах. Когда одна оплодотворенная яйцеклетка разделяется на две части, тогда и получаются два человека с одинаковыми ДНК, это и есть однояйцевые близнецы. Их путают частенько с двуяйцевыми близнецами, получившимися из двух разных яйцеклеток, оплодотворенных по отдельности, но полностью развившихся в одной матке одновременно. Например, Мерл Хаггард [76] , который, когда его спрашивают, однояйцевые ли его племянники-близнецы, отвечает: «Один – да, однояйцевый, а другой вообще ни на кого не похож».
76
Мерл Хаггард (р. 1937) – американский композитор и певец в жанре кантри. – Прим. пер.
Клонирование человека породило множество плохих анекдотов – в основном сравнивающих процессы клонирования и зачатия детей среди обывателей – наверное, не меньше, чем тема секса с инопланетянами. Но в этой груде мусора встречается и кое-что остроумное:
Клонирование человека – одна из самых больших угроз, исходящих от науки, наряду с контролем над поведением, генетической инженерией, трансплантацией голов, компьютерной поэзией и необузданным культивированием пластиковых цветов {32} .
32
Lewis Thomas, “On Cloning a Human Being,” The Medusa and the Snail: More Notes of a Biology Watcher (New York: Penguin, 1995), p. 52.
Но создает ли клонирование точную копию оригинала? Спросите у обычного однояйцевого близнеца: он не считает себя точно таким же, как его копия по ДНК, по той простой причине, что у него другой жизненный опыт. При формировании личности они испытывали разные влияния, у них собственные воспоминания, разные точки зрения; у них свои знакомые, в одном и том же они обнаруживают разные смыслы. В психологии развития наблюдения такого рода составляют интересную экспериментальную модель для изучения влияния старушки-природы, с одной стороны, и воспитания, с другой, как в паре специалистов по возрастной психологии, имеющей близнецов: одного они назвали Джоном, второго – Контролем [77] .
77
Так обозначается в психологических экспериментах лицо, с которым проводят сравнение. – Прим. ред.
Так насколько идентичны идентичные близнецы? Не слишком. Определенно не настолько, чтобы в критических ситуациях их не мог различить внешний наблюдатель.
Регги женился на одной из сестер-близнецов. И года не прошло, как он требовал в суде развода.
– Ну, – сказал судья, – объясните суду, почему вы хотите развестись.
– Хорошо, Ваша честь, – начал Регги. – Всякий раз, когда свояченица навещает нас – а они с моей женой очень похожи, – я по ошибке занимаюсь любовью именно с ней.
– Уверен, две женщины всегда хоть чем-нибудь да различаются, – отвечал судья.
– Поверьте, разница есть, Ваша честь, – сказал Регги. – Вот почему я и хочу развестись.
Для наших целей более важны различия между однояйцевыми близнецами, устанавливаемые экспериментально.
Двое мужчин сидят рядом в бостонском пабе. Через некоторое время один, посмотрев на другого, говорит:
– Слушая вас, никак не могу отделаться от ощущения, что вы из Ирландии.
– Да, точно, – отвечает с гордостью другой.
Первый парень:
– И я оттуда же! А где вы жили в Ирландии?
– В Дублине, – отвечает второй.
– Точно, ей-богу, и я жил там же, – говорит первый. – А на какой улице вы жили в Дублине?
Второй:
– Это было мое любимое место. Я жил на Макклери-стрит в центре города.
Первый:
– Как тесен мир! И я там жил. А в какой школе вы учились?
– В школе Св. Марии, – отвечает второй малый.
Первый приходит в неописуемое возбуждение и говорит:
– И я тоже. Скажите, в каком году вы окончили школу?
Другой отвечает:
– Ну, в 1964-м.
– Пути господни неисповедимы! – восклицает первый. – Не могу поверить такой удаче! И как это нас сегодня занесло в один и тот же бар. Можете себе представить, я тоже окончил школу Св. Марии в 1964-м.
В это время другой посетитель входит в бар, садится и заказывает пиво. Бармен покачивает головой и ворчит:
– Похоже, вечер будет длинным, близнецы Мёрфи опять напились в стельку.
Таким образом, если вы клонирует себя, стремясь обрести биологическое бессмертие, что вы будете делать с вашей копией, у которой есть собственное «Я»? Каким образом вы сделаете ваш клон вами, если он заявляет о себе?
Легко, отвечают имморталисты, отстаивающие клонирование, вы просто загружаете все содержимое своей нервной системы – воспоминания, ощущения, алгоритм голосования на телешоу American Idol, всю свою начинку – в неврологическое оснащение своего клона, как бы на его жесткий диск. Тогда он/оно будет отзываться на ваше имя, смеяться над вашими любимыми анекдотами, голосовать на American Idol за тощего парня, поющего фальцетом, и с энтузиазмом заниматься любовью с вашей женой Глэдис.
Итак, вы находитесь рядом со своим идеальным клоном, в нервную систему которого загружена вся ваша нервная система. Спросите его, что он чувствует, занимаясь сексом в нартах, и он даст ответ точно такой же, со всеми нюансами, как и вы. Пощекочите его в том укромном местечке за мочкой правого уха, и он фыркнет так же, как делаете это вы, когда вас щекочут. Спросите его, верит ли он в Бога, и он ответит так же двусмысленно, как ответили бы вы. Даже спросите его, кто он такой, и он ответит: «Ух! Я – Дэрил Фрумкин. А вы кто такие, черт подери?»