Чтение онлайн

Сначала они даже собрались лететь туда втроем, с трехмесячным Матвеем. Но Ангелина Ивановна сказала, что тащить с собой за океан почти новорожденного ребенка – это чистое безумие и что она не позволит легкомысленным родителям сделать такую глупость. И поскольку Матвей уже самостоятельно питается, она с удовольствием займется маленьким Шапошниковым, а они пусть себе летят в свою Америку, занимаются делом, максимально используя время для себя.

Заказчик встретил их радушно. Попросил Аню сегодня же показать свои работы. На днях он устраивает небольшую пати, человек на сто. Там можно будет и аукцион провести.

Аня не ожидала такой оперативности со стороны Уоррена.

– Вы же еще не видели моих картин. Может быть, не стоит торопиться…

– Сегодня же и посмотрю. Не волнуйтесь. Я знаю, что вы пишете в реалистической манере. Это уже интересно. Молодая художница, из России – это вызовет даже некоторый ажиотаж. У меня есть чутье. И оно меня никогда не подводило.

Перед ужином Аня устроила презентацию своих работ. Восторгу Уоррена – причем очень искреннему – не было предела. Она привезла шесть работ, написанных маслом, и акварельные рисунки. Финансист подолгу рассматривал каждую работу. Восторгался чувством цвета, композиционным решением, линией.

– Честно признаюсь, – сказал он наконец, – я делал ставку на то, что вы из России, а русское искусство у нас всегда в моде, даже современное. Но ваши работы вне моды. Это действительно произведения искусства. Мне очень повезло, что я вслепую, можно сказать, смог открыть вас для американских коллекционеров.

– О, – только и могла произнести Аня.

Шапошников тоже стоял очень довольный, с трудом сдерживая восторг.

– Впрочем, – продолжил в задумчивости Уоррен, – знаете, аукцион мы все же не будем проводить. Работы, конечно, покажем, но не с целью продажи, а чтобы представить вас публике.

Аня и Владимир резко изменились в лице.

– Что ж вы так на все реагируете? Какие вы, русские, все же эмоциональные. Я просто не хочу, чтобы эти работы покупали другие. Я сам все куплю, а мои друзья смогут заказать вам что-то новое. У вас будет здесь время, условия для работы мы создадим. Пишите, творите.

Аня была готова броситься Уоррену на шею. Ее первые работы покупает известный коллекционер, более того, у нее будет возможность все это время работать!

Однако Уоррен, свою карьеру начинавший брокером, что приучило его принимать быстрые, но при этом правильные решения, уже говорил о другом:

– Я хочу, чтобы моя яхта была чем-то необыкновенным. Что касается художественных излишеств, которые я могу себе позволить на этой яхте, то здесь я полностью доверяю вашей фантазии, Владимир. Но этого мало. У меня, знаете ли, есть добрый друг в Сиэтле, я хочу, чтобы вы посмотрели его дом. Когда-нибудь такие дома будут у многих, но пока это техническое чудо существует в единственном экземпляре. Знаете, раньше у меня ко всем технологическим новшествам было весьма прохладное отношение. Он даже не один год ломал голову над тем, как заставить меня пользоваться компьютером. Был готов даже прилететь ко мне и научить этому делу. Ему никак не удавалось меня заинтересовать, пока вдруг я сам не обнаружил, что с помощью Интернета можно играть в бридж с друзьями по всей стране. После этого в течение первых шести месяцев каждый день, приходя домой с работы, я часами играл на компьютере. Вот так – несмотря на то что я всячески избегал вычислительной техники и вложений в нее – однажды я все-таки сел за компьютер и тут же попался на крючок, получил самую настоящую интернет-зависимость. В общем, теперь я пользуюсь услугами Интернета даже активнее, чем мой друг Билл. Теперь я хочу на своей яхте сделать нечто похожее на то, что он оборудовал в своем доме, – получение новостей и развлечений одним касанием пальца. Но это надо видеть. Согласны?

– Конечно, – хором сказали Шапошниковы, с трудом веря в свою догадку. Судя по всему, они попадут в дом самого Билла Гейтса, а это, конечно… Ну что говорить? Просто нет слов, как интересно.

Владимир много читал о доме Гейтса, который начал думать о его строительстве еще в конце восьмидесятых. Гейтсу тоже хотелось «чего-то необыкновенного», но без излишеств. Нужен был дом, способный вбирать в себя все изощренные и постоянно меняющиеся технологии, но так, чтобы это происходило ненавязчиво. Чтобы техника служила человеку, а не наоборот. Он вовсе не желал, чтобы его дом считали неким технологическим монстром. Гейтс подыскал земельный участок на берегу озера Вашингтон, сравнительно недалеко от Microsoft. В 1990 году началось строительство гостевого коттеджа, а в 1992 году подготовили фундамент для основной резиденции. Это была грандиозная работа; потребовалось огромное количество бетона, потому что Сиэтл находится в сейсмоопасной зоне, ничуть не менее рискованной, чем Калифорния…

Уже на следующее утро Шапошниковы в сопровождении Уоррена летели на его самолете в Сиэтл. Два часа – и они на месте. Дальше – на машине, вдоль берега озера.

Внезапно перед ними встал лес из кленов, ольхи и пихт редких пород. Как потом рассказал хозяин дома, до того, как он начал строительство, леса частично уже начали вырубать. Он решил восстановить лесной массив. Теперь чего там только нет! Пройдет несколько десятков лет, и лес поднимется снова, только на участке вырубки будет преобладать пихта – как это было много лет назад, в самом начале двадцатого века, когда лес стоял здесь нетронутым.

Остановив машину на полукруглом развороте, они оказались перед парадной дверью. Оттуда была видна лишь макушка дома, его верхний этаж. Войдя внутрь, они сразу же получили электронный значок, который нацепили на свою одежду. Значок подключил гостей к электронным службам дома. Вниз можно было спуститься либо на лифте, либо по лестнице, ступеньки которой сбегали к воде под наклонным стеклянным потолком, который поддерживали стойки из необработанной пихты. Таких вертикальных и горизонтальных пихтовых балок, как отметил про себя Владимир, в доме было очень много. Внизу перед ними открылся великолепный вид на озеро.

– Надеюсь, что при спуске на первый этаж вас больше заинтересовал именно этот вид и прекрасные пихты, а не электронный значок? – раздался приятный голос откуда-то сверху.

Через секунду они увидели хозяина голоса, дома и всего Microsoft – вечно молодого, стройного, с юношеским блеском в глазах Билла Гейтса. Радушно поприветствовав гостей, он сразу стал рассказывать о том, как строил дом, которым, несомненно, очень гордится.

– Основная часть древесины поступила к нам с лесопильного завода Weyerhaeuser на реке Колумбия. Ему стукнуло уже лет восемьдесят, правда, сейчас его решили все-таки сносить. Древесина получена из деревьев высотой под сто метров с диаметром стволов от двух с половиной до пяти метров. Пихта – одно из самых крепких деревьев на свете (при сравнительно небольшом весе). К сожалению, молодые деревья – семидесятилетние – при распилке на стойки часто расщепляются, потому что их волокна еще не так прочны, как у пятисотлетних. А таких старых пихт почти не осталось, те же, что есть, следует сохранить. Но мне повезло: на лесопильном заводе я нашел старые бревна, которые можно было повторно пустить в дело, что мы и сделали.

Да, выглядело все это очень впечатляюще. Стойки из пихтового дерева поддерживали два этажа жилых помещений, мимо которых гости Гейтса спустились к воде.

– Личный покой для меня очень важен. Я хотел, чтобы здесь было такое место, где чувствуешь себя по-домашнему уютно и уединенно, даже когда в других частях дома шумят и веселятся гости. Надеюсь, вы останетесь на сегодняшнюю вечеринку? – без паузы, риторически спросил гостей хозяин дома, видимо считая вопрос уже давно решенным.

Шапошниковы смущенно посмотрели на Уоррена. Получилось, что они вроде как навязались, но тот и глазом не повел, сказал, что для того и приехали. И тут же попросил провести экскурсию по всему дому.

Дойдя до подножия лестницы и повернув направо, они попали в кинотеатр. Ненадолго заглянули туда, затем через дверь, ведущую налево, вошли в приемный зал с серией раздвижных стеклянных дверей, открывающих выход на террасу, за которой блестело озеро. В восточную стену приемного зала оказались встроены двадцать четыре огромные плазменные панели с диагональю больше метра – четыре в высоту и шесть в ширину. Площадь приемного зала свободно позволяла устраивать обеды на сто персон.

– Мне нравится организовывать вечеринки для новых сотрудников Microsoft и тех, кого мы нанимаем на лето, – сообщил Гейтс. – Именно такая вечеринка и будет сегодня. Вечером вы увидите мониторы в деле. Они работают как единое целое, создавая крупные изображения для развлечения. Можно их, кстати, использовать и для деловых целей. Изначально я хотел, чтобы в то время, когда мониторы не используются, они сливались с фактурой деревянной стены. Для этого они должны были бы просто показывать картинку, имитирующую эту фактуру и совпадающую с остальными частями стены. К сожалению, современная техника ничего убедительного на этот счет предложить не может, поскольку любой монитор всегда испускает свет, тогда как дерево его отражает. В общем, пришлось удовлетвориться тем, что плазменные панели просто закрываются деревянными.