Чтение онлайн

– Да. Ты уже большой... я в тебя верю.
– Медленно проговорил я.
– Только, помни, даже если кто-то что-то будет говорить тебе обо мне...

– Пап, я уже большой.
– По слогам, словно несмышленому, повторил Родик.
– Я понимаю, что такое тайна и не буду никому ничего доказывать... Но в нос дам.

– Родион!
– Вспыхнула Лада, явно не зная, то ли ей плакать, то ли смеяться.

– Он прав. Доказывать, что противник лжет, он не сможет, но и спускать прямые оскорбления, малодушно. Поэтому, пусть лучше, бьет. Молча и ничего не объясняя.
– Вздохнул я и с легким беспокойством отметил, как сверкнули глаза сына. Черт, он же теперь в Каменграде ни одному ровеснику спуску не даст... А учитывая старательность, с которой сын тренировался даже в мое отсутствие, достаться может и ребятне постарше...

– Родик, но только, если не найдешь иного выхода.
– Строго заявила Лада. Сын вопросительно на меня взглянул и, получив в ответ утвердительный кивок, в свою очередь вздохнул.

– Обещаю.

– Вот и славно.

Но, все рано или поздно заканчивается. Закончился и мой, почти двухнедельный отпуск с семьей, перемежавшийся редкими вылазками в город.

Кортеж из шести автомобилей Канцелярии вырулил из ворот нашего дома и покатил в сторону вокзала, увозя с собой мою семью и домочадцев, а я, покинув дом тем же путем, каким пришел, отправился на окраину Плотни, где все эти две недели, Грегуар сходил с ума от безделья. Учитывая, что покидать Плотненский конец я ему запретил, хм... с другой стороны, такого количества борделей, нет больше ни в одном районе, так что, думается, он на меня не в обиде.

Дворецкий встретил меня в воротах гаража и, судя по ментальному фону, был вполне доволен жизнью.

– Могу я спросить, как обстоят дела, ваше сиятельство?
– Поинтересовался Грегуар, когда я плюхнулся на водительское сиденье своего "Классика".

– Хорошо, я полагаю. Правда, времени, да и сил, на то, чтобы донести до комиссии весь идиотизм их действий ушло более чем много. Зато, сейчас, Лада с детьми и всем скарбом уже направляется на вокзал. Как раз к трехчасовому рейсу на Каменград.

– Хм. Позволено ли мне будет узнать, почему вы не присоединились к супруге?
– Устраиваясь на заднем диване, проговорил дворецкий.

– Охранители. Там такой конвой, что мне и близко к ним не подойти.
– Коротко пояснил я и, почувствовав немой вопрос Грега, ответил.
– Нет, друг мой, члены комиссии меня не выдадут, иначе им придется объяснять, откуда взялись те двести тысяч, что осели на их счетах.

– Это много.
– После недолгого молчания, заметил дворецкий, пока я выгонял машину из гаража.

– Семья дороже, Грег. Они, единственное, что удерживает меня здесь.
– Вздохнул я, и встряхнулся.
– Ладно, оставим. Как смотришь на то, чтобы прокатиться до вокзала? Хочу убедиться, что все в порядке.

– Вы хозяин, мессир.
– Я заметил в зеркале заднего вида, как дворецкий пожал плечами, и решительно повернул руль в сторону объездного шоссе. Дорога легла под колеса авто широкой желтовато-серой лентой, и уже через четверть часа, стоя на кромке поля, я смог наблюдать взлетающий в небо, рейсовый дирижабль, увозящий мою семью в безопасный и уютный Каменград. Вот, огромная туша оторвалась от причальных пандусов и, развернувшись, величаво поплыла на восток. Я задрал голову вверх, чтобы получше рассмотреть проползающего надо мной "кита"...

Огненная вспышка озарила небо, хлестнув по глазам яростной белизной... Удар... и темнота.

ЧАСТЬ 5. Уходим под воду, в нейтральной воде.

Глава 1. Спасение утопающих, дело рук самих утопающих.

Два часа дня. Я сижу в комнате, которая когда-то стала первым увиденным мною в этом гребаном мире, помещением. Символично... Вот только желания лить слезы, и проклинать судьбу-злодейку, у меня нет и в помине. Я жду. Просто жду, когда сюда придет Телепнев и подробно расскажет, чья это была идея, и где мне искать того урода, что подорвал рейсовый дирижабль.

Рядом сидит бледный, но все такой же каменно-невозмутимый Грегуар. Это он вытащил меня с места аварии, контуженного и потерявшего сознание. Затащил в автомобиль и попытался увезти с места происшествия... но, не успел. Охранители слетелись моментально, благо, до кромки поля от вокзала было совсем недалеко. Потом был визит врача, которого я не помню, поскольку еще не пришел в себя, и гонка по улицам Хольмграда. Нет, не в больницу или госпиталь... сюда, в подвал Особой канцелярии. Очнулся я уже в этой камере, не узнать которую, не мог.

Придя в себя, увидел рядом Грега. Понять, что произошло, и так было несложно, а его короткий, но емкий рассказ расставил все точки над "i". Поблагодарил, через слово вставляющего свои бесконечные "мессир", дворецкого, и стал молча ждать. Грег нервничал, и его можно понять. На Руси, да и во всем мире, немного найдется людей, что могли бы спокойно отнестись к необходимости визита на нижние этажи этого ведомства.

Вот в замке заскрежетал ключ и в комнату, освещенную забранной решеткой, тусклой лампочкой под самым потолком, вошел Телепнев в окружении четырех рослых синемундирников, тут же занявших удобные для контроля места. А ничего так, натаскал. По крайней мере, с первым моим посещением этой камеры, разница просто огромная.

– Князь.
– Короткий кивок вместо поклона. Поднимаюсь навстречу с колченогого стула, и зеркально отражаю скупое приветствие главы канцелярии.

– Князь.
– Телепнев долго на меня смотрит, после чего оборачивается к своим телохранителям и, едва заметно поморщившись, жестом приказывает им покинуть камеру. Грегуар смотрит недоуменно.

– Вот, Виталий Родионович, такие дела... да.
– Вздыхает мой бывший шеф, когда за охранниками с лязгом захлопывается дверь. Он явно не знает, что еще сказать, но... мне не нужны слова. Точнее... нужны, но другие.

– Владимир Стоянович, ты мне должен.
– Это не вопрос, он действительно мой должник, и прекрасно это знает.

– Помню.
– Хмуро кивает Телепнев.
– Что ты хочешь? Свободу? Извини, это за пределами моих возможностей. Я не могу тебя отпустить. Государь предупреждал, чтобы ты не смел появляться в Хольмграде, ты нарушил приказ. Так что, придется ждать его решения. И не здесь.

– Мне не нужна помощь в побеге.
– Я внимательно смотрю в глаза Телепнева, и тот также прямо смотрит в ответ.
– Только имя.

– Имя?
– Приподнимает бровь князь. Давлю поднимающееся раздражение. Мне не до игр.

– Там были только твои люди. О времени и дате отъезда, тоже знали только они. Мне нужно имя.

Телепнев мрачнеет, морщится и, в кои-то веки начинает выглядеть на все свои "за шестьдесят". Под глазами залегли тени, лицо осунулось, на нем явно проступили следы усталости.

– Ты же понимаешь, что это не его инициатива. Стража...
– Короткий взгляд на Грегуара...
– Ладно, черт с тобой. Все ты прекрасно понимаешь. Подчиненные знакомого тебе боярина пришли к выводу, что это единственный способ завершить ваше противостояние с пользой для государства. И тут, такой удачный повод. Комиссия, домашний арест... Извини, но ты сделал форменную глупость, приехав в столицу. Дальше, как ты сам любишь повторять, дело техники... и возрождающийся клан Старицких прекращает свое существование... а тебя попросту тихо удавят... вместе с твоим дворецким.