Чтение онлайн

– Я мог бы сделать вид, что между нами все по-прежнему, возможно, даже признаться в любви, сказать насколько ты мне дорога…

Тлеющий кончик сигареты прижимается куда - то между лопаток, потом снова и снова, до ее слабого сдавленного всхлипа.

– Но какой толк в этом, моя маленькая тощая лицемерная сука? Тебе было мало того, что я с тобой, надумала переиграть меня и чего ты добилась? Я же не возражал против твоих занятий, закрыл глаза на чуть ли не ежедневные посиделки с друзьями по этим твоим любимым дешевым забегаловкам, слова не сказал против нелепой одежды. Я пытался стать… другим, не имело смысла, теперь я это понимаю. Мое терпение, моя снисходительность и уважение к твоим интересам привели к тому от чего я, и пытался нас увести. Наверное, зря старался что - то изменить между нами. Лично мне без разницы, какая ты будешь лежать подо мной, сломленная и избитая или наглая до безрассудства. Вероятно, тебе понравилось насилие, и все эти наигранные слезы, дрожащие губки и трясущиеся от ужаса руки только обман, на самом деле тебя заводит грубая сила? Без сантиментов, не отвлекаясь на ненужные мелочи типа ласковых слов и касаний. Тебе хочется трахаться, Ясмин? Надоели задушевные беседы, хочется почувствовать мой член и, ты не будешь возражать, когда я разорву тебя сзади.

Звук расстегиваемой молнии его брюк, рывок за волосы вверх, теперь лицом на тот самый столик, за которым она пила чай с его папой всего несколько часов назад.

– Все будет, как ты любишь, маленькая.

Макс касается губами ее плеча, с нежной ласковостью проводит вниз по вздрагивающей от приглушенных рыданий узкой спине, сжимает талию, до боли, до очередного хрипящего вскрика.

– Пока я буду трахать тебя, можешь представить белое платье и кружевную фату. Мы обязательно поженимся…

Легкий поцелуй в основание шеи.

– Я же не напрасно устраивал глупый маскарад с помолвкой.

– Пожалуйста…

Слезы бегут по щекам, смешиваясь с кровью, стекают мутными каплями на стеклянную столешницу. Макс опускается на колени позади нее и Яся снова еле слышно, отчаянно шепчет:

– Я же ничего… я бы отказалась… пожалуйста…

– Не унижай себя еще больше не нужными ни тебе, ни мне просьбами и слезами, предательство я прощать не собираюсь.

– Вот чего тебе не хватало, Ясмин, - Макс полулежал в кресле возле ее постели, закинув руки за голову, и насмешливо смотрел на девушку из под длинных ресниц.
– Я же был почти идеальным любовником, неужели это и подтолкнуло тебя согласиться на предложение папеньки? Привыкла к жесткому давлению, не можешь сама принимать решения, тебе необходимо создавать нам проблемы, чтобы не было повода относиться ко мне с должным почтением? Я понимаю, это же более чем странно влюбиться в симпатичного мужчину, который удовлетворяет в постели, у которого есть деньги и который потратил на достаточно, чтобы ожидать от тебя хотя бы уважения. Но нет, наша Яся не ищет путей легких, ее проницательный ум ухватился за единственный недостаток почти совершенных отношений и давай причитать без устали, ты старше, ты старый, ты почти пенсионного возраста. Больше претензий нет, только эта, но и этого нашей маленькой девочке хватает, чтобы стремиться перечеркнуть все, что могло бы быть между нами. С завидным упорством она бьет по одному и тому же, отказываясь понять, что лучшего у нее просто не будет.

Макс изменил положение, наклоняясь к Ясмин, стискивая ее руку в своих ладонях, прижимаясь к ней губами.

– Иногда я чувствую себя героем сказки наоборот, Яся, “И встретил прекрасный принц свою суженную, влюбился без памяти, не сразу, правда, не прямо на дороге, где они случайно столкнулись. Немногим после, когда красавица с невероятными глазами оторвала свой чудесный взгляд от разложенной перед ней карты и взглянула на бедного принца так, словно видеть его не хотела, а уж знать так тем более. И расстроился прекрасный принц и попытался доказать ей свою любовь и ухаживал он за ней, и по королевству своему катал, и в дорогих ресторанах кормил и поил. Все без толку. Смотрела нищая, но гордая красавица на него равнодушно и улыбалась, спокойно так, почти безразлично, видимо ее каменное сердце было невозможно растопить”.

Макс замолчал, потом его губы чуть дрогнули в едва заметной усмешке и он тихо закончил:

– Это в сказках бывает все удивительно легко и просто, а в жизни прекрасный принц, сраженный любовью к глупой нищей красавице с каменным сердцем не нашел ничего лучшего, чем привезти ее к себе в замок и трахнуть пьяную, не обращая внимания на жалкие просьбы остановиться. Грустная сказка у нас с тобой получается…

Он снова прижался губами к ее узкой ладошке, прикрыл глаза, словно наслаждаясь тишиной больничной палаты.

– Ты знаешь, наверное, я все-таки солгал, влюбился я в тебя сразу, с первого взгляда, а признаюсь только сейчас. Ведь возможно такое, что прекрасный сказочный принц не верил в любовь и предпочитал исключительно голый секс с постоянной сменой партнерши? Он и с гордой красавицей пытался жить так, как привык до этого, не обращая внимания на ее желания, заставляя меняться в угоду ему, только не подозревал бедный принц, сколько норова спрятано в бездонных глазах цвета зеленной листвы. И он устал от сражений, ему хотелось покоя рядом с ней, но златокудрая нищенка отвергала его с завидным постоянством. Лгала всем, конечно, и в первую очередь лгала себе, обманывала и хитрила, что сможет прожить без него, без своего прекрасного принца. Глупая маленькая девочка заставляла себя видеть в распрекрасном принце только недостатки и никаких, ровно никаких достоинств.

Макс неожиданно выпустил ее руку и встал, отошел к окну, брезгливо передернул плечами, словно стряхивал с себя нечто досадное и не нужное.

– Яся, перестань кричать и вырываться, ты ничего не сможешь исправить, пожалей себя, неужели тебе нравиться лежать вот так, под оглушающим действием успокоительного? Вялая, никчемная и только вот так послушная. Еще неделя и мы вернемся домой…

Он вернулся к кровати, снова склонился над ней, упираясь руками по обе стороны ее лица.

– Дай мне слово больше не закатывать истерик, и я прикажу отменить назначения Донатто.

Ясмин едва заметно кивает, из уголка глаза медленно скатываются бессильные слезы слабости, признание его власти над ней.

– Не нужно, - Макс нежно сцеловывает ее слезы.
– Я больше не позволю тебе совершать ошибки, значит, не будет повода и для наказания. Давай продолжим нашу сказку словами “и поняла юная нищенка, как ей повезло встретить прекрасного принца”.

Он запер ее в спальне, больше не позволяя выходить даже в коридор, все стало так же, как и было в самом начале их странных отношений. Яся все больше проводила времени, устроившись на подоконнике с книгой, спиной к двери и застывшей на стуле служанке. Потом появлялся Макс, и они оставались наедине, чужие друг другу, словно между ними мела снежная пурга и стелился туман отчуждения. Он спрашивал, она отвечала, он предлагал, и она соглашалась, ровно, безлико, до безмолвного крика в удушающей тишине.

– Я должен присоединиться к группе завтра.

Макс рассеяно перебирал ее локоны, бездумно глядя на танцующие тени на потолке.

– Попросишь и, я останусь с тобой…

– Не нужно.

– Меня не будет несколько дней, хочешь, попрошу маму и, она пригласит Сильвию, выберешь подарок на прошедшие праздники.

– Я не хочу.

– Украшения, женщины любят украшения, у нас свой ювелир, знаешь?

– Догадываюсь.

Его пальцы зарываются в шелк ее волос, притягивая, заставляя приподняться, взглянуть в его глаза.

– Продолжаешь хандрить?

– С чего ты взял?

– С твоих односложных ответов.

– Мне тебя разорить?

Жесткая линия рта прихотливо изгибается.

– Я продолжаю думать, что это все еще действует успокоительное, ты сама на себя не похожа.

– Ты не этого хотел?

– Ты же знаешь, что я хотел от тебя другого.

– Сколько можно разговаривать с пустотой, ты меня не слышишь и, вряд ли, когда - нибудь начнешь.

Яся слабо усмехается кончиками губ и опускается на его грудь, вслушиваясь в мерные удары сердца. Макс скользит кончиками пальцев по ее плечу, рисуя замысловатые узоры. Полумрак спальни, смятые простыни, сплетенные тела.

– Ты выстроила стену вокруг себя, из ледяного камня, не даешь приблизиться к себе.

– Ты же этого хотел, меня покорную, с тобой согласную.

– Не преувеличивай, я защищал тебя от твоих же необдуманных поступков, глупых слов и бездарных ошибок. Я не хочу от тебя уезжать, - он сжимает руки за ее спиной, словно желает втиснуть ее в себя.
– Я люблю горы, мне нравится риск, но… что - то удерживает, я не могу уйти, мешает чувство неясного страха, я боюсь тебя потерять.

– Твои преданные слуги вокруг меня весь день, глаз не спускают, куда я денусь отсюда?