Чтение онлайн

– Меня никто не понимал, - Яся мягко, но твердо освободила от захвата свои пальцы и шагнула в сторону.
– Каприз вашего сына слишком дорого обошелся мне, последуйте его же совету, заплатите и забудьте меня.

Нина плакала, стояла, молча смотрела на Ясмин и плакала, слезы лились из ее глаз, но она словно не замечала этого.

– Пожалуйста, прости его, прости нас и вернись к моему сыну. Ты же видела его, ему нужна помощь, ему нужна ты.

– Ему нужна любая из его многочисленных шлюх, он у вас постоянством никогда не отличался.

– Он звал тебя.

– Он меня выгнал и, вы это слышали, я не хочу вас знать, не хочу вас видеть и, если вы хотите, чтобы я молчала и никуда не обращалась, то заплатите не только мне, но и моей подруге, я хочу быть уверена в том, что она будет обеспечена. Сделаете это и, я продолжу изображать из себя финскую студентку, откажетесь и, я обращусь к властям.

– Мы заплатим, Ясмин, но ты можешь получить состояние, просто вернувшись к нашему сыну.

– Я не жадная, мне хватит обычных отступных.

– Где твоя жалость?

– Там же где было ваше сочувствие, когда помощь нужна была мне.

– Спать с моим сыном ты считала испытанием?

Нина усмехнулась, доставая из сумочки платок и вытирая следы слез со своего лица.

– Он насиловал и бил.

– И теперь ты опускаешься до его уровня?

Яся тоже усмехнулась, жестко и цинично отвечая сеньоре Дамазо.

– До уровня вашего сына мне не опуститься при всем желание, даже в наших детских домах не воспитывают подобных монстров. Я подожду вас в автомобиле.

Девушка развернулась, направляясь к выходу и слыша за спиной сдавленное:

– Не стоит, водитель отвезет тебя домой, я позвоню секретарю, чтобы оформил необходимые бумаги.

Ясмин обернулась, чувствуя щемящую жалость к этой сломленной женщине, единственный сын, которой находился в тяжелом состоянии. Она могла бы вернуться, но… ей надоел спектакль, она желала уйти с театральных подмостков. Пусть Макс ищет новую приму для своих блистательных постановок.

Яся перебралась в свою прежнюю квартиру, купленную сеньором Дамазо и, вернулась в университет. Ее временное отсутствие, словно не было замечено никем из преподавательского состава, и девушка подозревала, что не обошлось без вмешательства семейства Дамазо. Еще через неделю она поняла, что определенно не умеет красиво мстить. Она была зла и наговорила множество гадостей бедной женщине, била по больному, наслаждаясь чужими страхами, подло, низко, недостойно и как - то совсем не получалось оправдывать теперь себя тем, что они были не лучше. Беседа с секретарем Нины оставила неприятный осадок и Ясмин вроде и приняла все то, что они посчитали должным ей выплатить, но не могла себя заставит притронуться к деньгам. Хотя почему бы и нет, если это облегчало их совесть и умаляло чувство вины перед ней. Особенно досадным выглядело упоминание о том, что Макс почти год назад предоставил место переводчика Мине в одной из своих компаний. Ее подруга зарабатывала почти сказочно по меркам их города, вышла замуж и даже смогла приобрести небольшую квартиру. Яся почему - то была уверена, что та точно без нее пропадет, не сможет ничего добиться самостоятельно, ведь из них двоих именно Яся постоянно выступала паровозом, который тянет вперед, не позволяя останавливаться на достигнутом. И вот теперь, она сама в чужой стране, с чужим именем и документами, неустроенная и одинокая, все еще студентка, в то время как Мина достигла их общей мечты. Она же продолжает метаться, искать свое место, потому что и вожделенный диплом и пресловутая независимость перестали маячить на горизонте заветной мечтой, напрочь смытые могучей волной под названием “Отношения с Максом Дамазо”.

Жалость, неуместная и никому ненужная жалость. Запавшие глаза, бледные губы и жгучая ненависть, исказившая правильные очертания лица, когда он велел ей убираться из палаты. Не собирался быть слабым при ней, слишком привык повелевать и командовать. Пускай продолжает строить из себя волевого супергероя, не нуждающегося в помощи посторонних, ей плевать на него и его проблемы. Она сможет собраться и двинуться дальше, без него, но с его деньгами, хотя так и подмывало разорвать выписанный чек и отослать обрывки по почте. Еще один мелочный поступок в неуместном желании укусить поверженного противника. Ясмин купила небольшой дом в пригороде, получила права и приобрела авто, маленький, юркий автомобиль, как раз для переполненных городских улиц. Почти все ее вещи уже были отправлены по новому адресу, когда на пороге ее квартиры появилась сеньора Дамазо. Очень любезная, очень милая и ужасающе несчастная.

– Мы перевезли Макса домой, - Нина присела на самый край дивана, нервно поправляя замысловато завязанный узел шейного платка.
– Ты могла бы приехать к нам, ненадолго, мы не станем удерживать, сын не позволит.

– Я…

– Подожди, - сеньора Дамазо наклонилась к ней, накрывая ее руку ладонью, призывая дать ей высказаться.
– Когда его вытащили из под завала. Он ненадолго пришел в себя и принял светловолосую женщину, оказывавшую ему первую помощь за тебя. Он признался ей в любви, упрашивал простить. Об этом она рассказала нам с Витале, сказала, что это было самое трогательное признание в любви, которое она только слышала, просила передать тебе поздравления.

Нина слабо улыбнулась, только в ее улыбке не было ни тепла, ни искренности, лишь паническое отчаяние загнанного в угол зверя.

– Макс… не был с тобой… нежным…

– Он был со мной садистом, и вы это прекрасно знаете.

– Он не был с тобой… нежным, Ясмин, но я могу заплатить тебе за каждый визит в наш дом, любые деньги… только вытащи его из замкнутого пространства… он один, постоянно один, до него невозможно достучаться. Он говорит, что все замечательно, но его взгляд… он совершенно пустой.

– И что я могу сделать?

Яся освободила пальцы и откинулась на спинку стула, намеренно увеличивая расстояние между собой и Ниной.

– Останься с ним, пожалуйста.

– Он меня выгнал.

– Он сорвался, он не был готов…

– И кто вам сказал, что теперь он обрадуется нашей встрече?

– Ты сможешь найти нужные слова, поговори с ним, если он думал о тебе, когда ему было настолько плохо, звал тебя…

– Я не заплачу и не проникнусь, сеньора Дамазо, и вы заплатили мне достаточно, чтобы не нуждаться в средствах, мне больше от вас ничего не нужно.

Нина мазнула по девушке неприязненным взглядом, отводя глаза в сторону.

– Ты хочешь, чтобы я встала на колени, я встану, если это поможет моему сыну.

– Я не хочу унижать вас, сеньора Дамазо, но я искренне не понимаю, почему вы неожиданно решили, что я для Макса больше, чем просто девочка на одну ночь. Он что - то прошептал без сознания, и вы тут же прибежали за мной на что - то надеясь. Я ничего не значу для него…

– Он надел на твой палец обручальное кольцо…

– И потом основательно попинал ногами, я слабо помню вас у своего изголовья в той же самой клинике.

– Он мой сын.

– Я не поеду к нему, - Яся встала и отошла к окну, зябко обхватывая себя за плечи, этот разговор тяготил ее, заставлял чувствовать себя виноватой.
– И не, потому что хочу отомстить, потому что не вижу смысла в нашей встрече с Максом, я одна из многих, возможно, у него полная записная книжка различных Ясмин.

– Пожалуйста…

– Не нужно меня упрашивать, это лишено смысла, я не нужна Максу, он не нужен мне, мы встретились случайно, случайно разошлись, не нужно придавать нашим отношениям оттенок постоянства. Мы чужие друг другу, я не нужна ему, поверьте мне.

Нина тяжело поднялась с дивана и, усмехнувшись кончиками губ, тихо произнесла:

– Трудно просить прощения, еще трудней прощать, Ясмин, надеюсь у тебя однажды получиться.

Яся еще какое - то время смотрела на закрывшуюся за Ниной входную дверь, потом подхватила сумку с оставшимися вещами и покинула квартиру и все связанные с семейством Дамазо воспоминания. У нее впереди университет, диплом и другая жизнь, в которой не будет места ни Максу, ни сожаления о том, что у них могло бы все получиться, повстречайся они в другое время, в другом месте. Его роскошная машина попросту проехала бы мимо нее на узкой улочке того маленького живописного города. Она осталась бы для него обыкновенной прохожей, он для нее не встреченной мечтой. Жаль, искренне жаль, но мечты должны оставаться мечтами, чтобы звать за собой, увлекать, зачаровывать.