Чтение онлайн

– К чему эти настойчивые беседы о свадьбе?

– Ни к чему, минутная блажь, - девушка пытается вывернуться из его рук, старательно избегая пристального взгляда серых глаз.
– Ты мне все сказал, я буду свободна и, это меня устраивает больше, чем возможность стать сеньорой Дамазо.

Макс разжимает руки и довольно усмехается.

– Смотри на это проще, милая, немного удовольствия и развлечений, юным девушкам необходимо относится к себе и окружающим легче, все эти серьезные намерения и переживания оставь зрелым людям.

– Какое удовольствие я получу от общества твоих родителей?

– Папа потратил на тебя состояние, будь благодарной.

– Я расцениваю это, как моральную компенсацию за воспитание сына - мерзавца, ты неплохо развлекся за мой счет.

– Ты тоже, милая, мое тело было в твоем полном распоряжении.

– Основательно потасканное тело престарелого плейбоя и садиста, не находите, дяденька?

Макс смотрит на нее чуть сузившимися глазами и саркастически цедит сквозь зубы:

– Это ты постоянно такая смелая в моей спальне или не хочешь предстать перед родителями без обязательного, в таких случаях, заплаканного личика?

– Я всего лишь говорю тебе, что хочу замуж и не за тебя именно, за кого угодно, но желательно не в этой стране и подальше отсюда, от насквозь фальшивой доброты твоего папеньки. Он дал мне прийти в себя, почувствовать снова вкус независимости и для чего, только для того, чтобы подложить под своего ублюдочного единственного…

Ясмин даже не надеялась закончить выступление, поэтому вызывающе улыбнулась Максу разбитыми губами, оттирая кровь ладонью.

– Думаешь было бы умнее промолчать?

– Определенно, милая, - он медленно наматывает ее волосы на свой кулак, вынуждая запрокинуть голову и снова бьет, в пол силы, словно нехотя.
– Хочешь видеть меня монстром, не достойным юного и нежного создания, подобного тебе?

– Ты считаешь себя кем - то еще?

– Я, по крайней мере, не настолько глуп, чтобы злить того, кто сильней меня.

– Молодость, Макс, в мои годы такое случается.

– Хочешь услышать, что я запру тебя здесь, сожгу документы и сделаю тебя рабыней?

– Ты настолько предсказуем, милый, что я даже не испугалась.

Яся вызывающе улыбается Максу, стоя почти на кончиках пальцев от того, насколько сильно он заломил ее шею.

– Не дождешься, я отказываюсь надевать предложенную тобою маску.

– Это ваша суть, достопочтенный сеньор Дамазо, вы, в самом деле, вот такой избалованный, старый извращенец, давно свихнувшийся от собственной вседозволенности. Ты думаешь, будь я мягче и гибче, ты вел бы себя по-другому со мной? Возможно, но я не умею притворяться и не собираюсь ублажать твою чувствительную к моим словам натуру.

– Подчинение могло быть не таким болезненным.

– То есть ты бы удовлетворился банальным трахом и выкинул из своего дома? Без изнасилований, без избиений, без этого симпатичного вензеля на моей ноге от зажженной сигареты? Я была миленькой девочкой, Макс, когда думала, что ты остановишься только на изнасилование, сорвалась я гораздо позже.

– Мы всего лишь переспали, никакого принуждения не было.

– И я кричала от восхищения твоим членом, не от боли?

– Тебе нравится мой член, Яся, зачем лгать самой себе?

– Мне понравиться любой, возможно даже несколько.

– И кто из нас обижался на шлюху?

– Тебе далеко за тридцать и ты оскорбляешься на гламурного старичка - подонка.

– Дешевая сука с дешевыми номерами из дешевого шапито.

– Тогда что ты делаешь рядом со мной, высокоморальная тварь со связями и деньгами?

– Может, пытаюсь вытащить тебя из болотной серости существования?

– Превратив в личную проститутку и разбив лицо?

– Твоя маска сломленной невинной девочки требует доработки, Яся, не могу отказать настойчивой просьбе, теперь ты просто восхитительна, поэтому обувай туфли и, пойдем ужинать в компании остальных злобных обитателей этого дома.

– Я могу понять почти все, Макс, - Ясмин послушно натягивает обувь, не глядя на него.
– Захотелось новых впечатлений, но прошло столько времени, а ты все еще бегаешь за мной, машешь ручками и, раз за разом, притаскиваешь в свой фамильный особняк. Не много ли чести для обычной шлюхи, не надоело еще развлечение?

– Ты неподражаема.

– С твоими деньгами и опытом найдешь достойную мне замену.

– Желаешь еще кому - то такого же счастья?

– Мне все равно, Макс, уже давно все равно, надоело бояться, хочу подличать и подставлять, хочу, чтобы ты выкинул меня отсюда, забыл…

– Полчаса назад ты собиралась за меня замуж.

– И ты послал меня по определенному адресу.

– Мы видим наши отношения по-разному.

– Я смотрю на наши отношения с точки зрения жертвы насильника со склонностью к садизму.

– Тогда кто ты в этом положение вещей, Ясмин? Когда кричишь, когда стонешь подо мной и просишь продолжать? Маленькая лицемерная дрянь, возможно?

– Под другим мужчиной я тоже согласна стонать и извиваться.

– Мечтай, милая, хотя и за мечты наказывают.
– Макс отворяет дверь в коридор, предупредительно пропуская девушку перед собой, придерживает дверь и закрывает ее с мягким стуком, потом берет Ясю за локоть, изображая галантного кавалера.
– Нам на первый этаж, в большую столовую.

– Обожаю совместные ужины с твоими родителями.

Мужчина усмехается кончиками губ и, склонившись к ее волосам, снисходительно советует:

– Тогда перестань говорить обо мне гадости, почему бы не удивить их нежными отношениями между нами?

– Ты мне губу разбил.

– Я тебя пальцем не тронул, девочка моя, ты споткнулась и упала… прямо на мою сжавшуюся ладонь.

– Когда ты разоришься, Макс, попробуй подвизаться на ниве юмористический выступлений для широкой публики, грандиозный успех тебе обеспечен.

За столом Макс усадил Ясмин рядом с собой, напротив матери и отца. Сеньор Дамазо скупо улыбнулся девушке и отвел взгляд, Яся надеялась, что его терзает совесть, но судя по ровному тону лица мужчины, надежды были напрасными. Нина Дамазо наоборот лучилась и буквально сияла, переливаясь бликами драгоценного ожерелья в свете огромной люстры над обеденным столом. Ожерелье было на удивление безвкусным, впрочем, как и вечернее платье уважаемой сеньоры, но выгодно отличалось от последнего подлинностью камней и их огранкой. Камни были настоящими, чего нельзя было сказать о насквозь фальшивой улыбке сеньоры и ее манер. Показное радушие и ненужные слова о долгожданной встрече выводили девушку из себя, подстегивая на совершение глупых, безрассудных поступков. Ей хотелось отпускать саркастические замечания и плоские шутки, но рука Макса не самым приятным воспоминанием расслабленно лежала на спинке ее стула и тот, изредка, пробегался кончиками пальцев вдоль ее спины, смело обнаженной покроем наряда или игрался завитками волос, собранной в высокий пучок, прически. Семейство оживленно переговаривалось между собой, изредка вежливо приглашая Ясю вступить в беседу, но та без особого интереса гоняла овощи по тарелке и вступать в беседу отказывалась с молчаливым упорством. Впрочем, ее поведение и настроение никого особенно не интересовали поэтому, когда после очередной смены блюд прислуга вышла из столовой и, Макс с видом опытного фокусника извлек из кармана смокинга бархатную коробочку и поставил перед ней, Яся оторвалась от бесцельного созерцания вышитой скатерти и вопросительно посмотрела на него.