Чтение онлайн

– Запускайте. Только пусть сначала кто-то принесёт кофе.

Три часа спустя. Новая камера связи. Максим в кресле, с закреплёнными датчиками и нейрошлемом. Осколок снова перед ним - холодный, молчащий. Но трещина в нём чуть светится, будто узнав знакомого.

– Протокол ''Резонанс-1''. Стабилизация нейроимпульсов.

Белов в наушнике. Вся команда - в наблюдательном зале.

– Вопрос: Кто ты?

Никакой реакции.

Максим закрыл глаза, сосредоточился. Его дыхание замедлилось. На пике медитации шлем издал короткий сигнал - частоты совпали.

Экран загорелся. Потоки энергии - от Маркера внутрь головы.

– Идёт передача!
– закричал техник.
– Он... Он вещает!

Сигнал пошёл не словами. Изображениями. Чувствами. Воспоминаниями, не принадлежащими Максиму. На экране мигнуло.

Непроглядная чернота космоса, висящая на близкой орбите багрово-коричневая луна над серой поверхностью землеподобной планеты, лишенной воды, атмосферы, не говоря о жизни.

– Э-э, луна?
– удивился Белов.

– Ха-ха!
– внезапно воскликнул Максим.
– Это то, чем оно стремится стать. Нам пока ничего не угрожает, Обелиски выступают ретрансляторами сигнала, но сами по себе они функционируют автономны до момента Конвергенции.

– Стремится стать луной?

– Да, -подтвердил парень.
– Но я это и так знал. Луны и есть супернекроморфы, финальная ступень их эволюции.

– Но на Земле не хватит никакой биомассы для создания небесного тела такого масштаба.

– Я знаю, профессор.

Вспыхнувшая в висках боль заставила Максима поморщиться. Странное чувство чуждого присутствия покинуло мозг.

– Резонанс исчез. Осколок разорвал контакт, -растерянно пробормотал техник за голоконсолью.
– Мозговая активность возвращается в норму.

– Мы больше ничего не добьемся, -парень снял с головы шлем.
– Осколок, если можно выразиться, потерял ко мне интерес. Сломать, взять под контроль не получилось, напоследок решил запугать...

После серии экспериментов с неоднозначными результатами Белов с Шифом приняли решение оставить Максима в покое на некоторое время. Вернулся ''домой''. На пороге его встретила Евгения с встревоженным видом:

– Максим, где ты был?

– А, да, по бабам ходил...
– дабы не пугать коллегу по несчастью, он отложил оружие на ближайшую полку.
– Участвовал в экспериментах и чтоб не мотаться туда-сюда, ночевал на территории исследовательского комплекса.

– Зачем автомат?

– Меры предосторожности. На всякий случай.

– От кого?

– А от кого я отстреливался на Титане?

Лицо Евгении побледнело.

– Они уже и тут?

– Что? Нет. Решил перестраховаться.

Максим направился на кухню, подкрепиться чем-нибудь, а потом завалиться спать. Ментальный контакт с чужеродным артефактом отнял много сил.

– Расскажешь, что там происходило?

– Они экспериментируют с осколком инопланетного артефакта, но и этого немногого хватило. Все чуть не вышло из-под контроля.

Он полез в холодильник за кастрюлей с супом, который приготовила Женя. К счастью, она обладала определенными кулинарными навыками и взяла на себя роль домохозяйки.

– Как именно?

– Вжарил по мозгам всем, кто находился рядом. Даже экранирование не помогло.

– А ты?

– А мне хоть бы что. Мы намного устойчивее к воздействию. Кусок Маркера мог со мной говорить, но свести с ума, взять под контроль - нет.

– Боже...

– Он тут точно не причем, -сказал Максим, накладывая аппетитно пахнущее варево в тарелку.
– Правда есть относительно хорошая новость.

– Какая?

– Создатели артефактов нас не услышат. Плохая заключается в том, что местные умники кивают, когда им твердишь об экзистенциальной угрозе, соглашаются и продолжают наступать на грабли.

Женя нахмурилась.

– Меня к опытам тоже привлекут?

– Вроде нет. Хватает и моего участия.

***

Мир за стенами исследовательского комплекса медленно, но неотвратимо погружался в хаос. Максим, устроившись перед голографическим терминалом в своей комнате, день за днём наблюдал, как трещины в, казалось бы, незыблемой конструкции человеческой цивилизации расширяются, угрожая обрушить всё здание.

Крах корпорации СЕС стал лишь первым камнем в лавине. За ним последовала цепная реакция банкротств среди связанных с ней подрядчиков, поставщиков и дочерних предприятий. Фондовые рынки, и без того шаткие после десятилетий экономической стагнации, рухнули в течение недели. Индекс межколониальной торговли упал на пятьдесят шесть процентов что для экономики, построенной на космических перевозках, было катастрофой.

На Земле это вылилось в мгновенное обесценивание кредитов, массовые увольнения и паралич банковской системы. Максим смотрел репортажи, где толпы вкладчиков осаждали филиалы банков, требуя вернуть свои сбережения. В ответ правительство ввело временный мораторий на снятие средств - ''для стабилизации ситуации''.

Хуже было в колониях. Первой начала тлеть Луна. Колония Новые Горизонты, где, как Максим знал, сейчас находился Айзек Кларк, превратилась в эпицентр протестов. Шахтёры, занимавшиеся добычей гелия-3, и без того работавшие в адских условиях, устроили забастовки, когда их зарплаты задержали второй месяц подряд.

Затем волна недовольства перекинулась на Марс. Там ситуация была ещё хуже: автоматизированные фермы, снабжавшие продовольствием, остановились из-за нехватки запчастей. Цены на продукты взлетели в десятки раз. В жилых куполах начались погромы.

Неспокойно было в Поясе астероидов. Колонии Цереры и Весты, зависящие от поставок с Земли, оказались на грани голода. Когда правительство попыталось ввести жёсткие квоты на продовольствие, местные жители взялись за оружие. Начались столкновения с корпоративной охраной, а затем и с присланными войсками СОЗ.

И на фоне всего этого - стремительный рост юнитологии.

Максим листал новостные ленты, и каждая вторая запись была так или иначе связана с культом. Их проповеди звучали везде: от уличных экранов до закрытых форумов колонистов. ''Маркеры - это дар! Они даруют бессмертие! ''. ''Правительство скрывает правду! Они боятся нашего единения! ''Схождение приближается! Готовьтесь!''

Юнитологи ловко использовали экономический кризис в своих целях. Они раздавали еду в бедных кварталах, организовывали бесплатные медицинские пункты, а заодно вербовали новых адептов. Их ряды росли как снежный ком.

И самое страшное - их влияние в армии, правительстве, корпоративном секторе росло.

Оставалось лишь ждать, когда вспыхнет гражданская война. Но пока всё ограничивалось беспорядками, забастовками и относительно редкими стычками. Настоящего пламени ещё не было. Но Максим знал - оно уже тлеет. И когда оно вспыхнет, потушить его будет невозможно.