Чтение онлайн

– Ну, по последнему пункту тебе ведь не на что жаловаться?

– Как думаешь если я тебе сейчас сверну башку, поединок состоится?

Сорей спокойно положил череп на стол.

– У тебя пять минут, для принятие решения. Если ты не выйдешь, это будет считаться отказам от поединка и тебя попросту растерзают.

Интересно, каким местом думали Магистры, когда отправили меня на гарантированную смерть? И почему я не ослушался? Выпиваю последний мутоген, который ускорять регенерацию и укрепляет кости.

Напротив дома приютившего меня собралась вся Стая, среди них куча обычных волков. Сколько любопытных, желающих мне смерти глаз. Вот только никого похожего по описания на пусторукого. С другой стороны, что ему делать среди вовкулаков? Мне некуда спешить поэтому неторопливо оглядываю каждого, заглядывая в глаза, самцы воспринимают это как вызов, начинают надувать мышцы, глядеть в ответ злобнее, самки реагируют по-другому. Чувствуя силу животное спешит либо убежать, либо продемонстрировать покорность. Перевертыши разумны, но все же животное начало в них сильно.

Интересно кто из них вождь? Наверно самая большая особь? Начинаю выискивать такую, но никого крупнее пытающегося испепелить меня взглядом Горея, нет. Ладно пора заканчивать балаган. Размахиваюсь и со всей дури швыряю в лицо жениха Аулины фетиш. Получается удачно, прямо в презрительно сжатые губы.

– Падаль!
– орет Горей и перекидываясь бросается на меня. Похоже я переборщил, его никто не пытается остановить. Надо было бросать череп к ногам, теперь поединок начнется немедленно, да он уже идет!

У меня пара мгновений решить: зарезать его серпами или вступить в рукопашный поединок. Пришлось выбрать второе не исключено, что оружие табу и результат признают нечестным, дальше понятно, меня просто растерзают.

Вовкулак как обычный волк нападает в прыжке. Туша под полтонны весом летит раскрыв пасть полную зубов на зависть любой акуле. В последний момент, когда его зловонное дыхание опаляет мои ноздри, отступаю направо. Горей пытается извернутся в воздухе, но его масса и скорость таковы, что ему не удается. Его тело врезается в дом, тот трясется, а моя нога успевает ударить его в висок. Пытаюсь повторить, но чудом одергиваю от клацнувших челюстей.

Если бы это был простой волк, я бы намотав на руку одежду, сунул бы конечность в пасть животному, это больно, но зверь не успел бы отгрызть, я бы вырвал ему язык, это гарантированная смерть от болевого шока. Но в случае с Гореем это не метод, он перекусит бревно и не подавится.

Отхожу от стены дома, теперь он мне будет скорое помехой, лишая маневра.

– Я отторррр-рву тебе член! Я буду пожир-рррать тебя живьем!

Святая ночь, почему мне встречаются одни извращенцы?

Он хлещет себя хвостом по бокам. Делает шаг в бок, меняет направление, еще шаг и прыжок. Прыгаю на встречу и чуть вбок, целясь по восходящей траектории ногой в кадык. Вовкулак пригибает голову и удар приходит в нос. Только чудом его зубы не отрывают мне пальцы.

Приземляемся рядом, расстояние между нами не более метра. Тут он выкидывает трюк, который я от него не жду. Когтистая нога летит в живот, когда-то на заре обучения, меня лягнула химера, тогда это было не так больно. Отлетаю в толпу оборотней. Меня мгновенно поднимают и пихают в сторону противника. Внутренности отбиты, несколько ребер сломано, живот сплошная кровоточащая рана, к счастью это только сорванная кожа. Если бы я не выпил эликсир на этом все бы кончилось.

Горей легко встает на задние лапы. Его рост не меньше трех метров, любой медведь испачкал бы себе шкуру от страха при виде такого монстра.

– Я набью чучело из твоей кожи, а из черрр-репа буду пить брррагу!

Никакой фантазии. Он что-то еще говорит, а я бегу к нему, кровоточа, как порядочная девушка в первую брачную ночь. Да сравнение дурное, но мне простительно, я никогда не видел девственниц.

Загребает правой лапой на встречу, подныриваю под нее, пытаясь зайти за спину, но он успевает схватить меня, сдавливает, так что хрустят многострадальные кости и вместо того, что бы просто оторвать голову с силой кидает оземь. Это мне знакомо, сколько раз из нас выбивали дух, до кровавой рвоты. Искусство падения первое из изучаемых. Я отпрыгиваю от земли, как детский мячик, что на самом деле дается на пределе усилий и всаживаю палец ему в левый глаз.

К сожалению в последний миг Горей дергает мордой, поэтому палец не погружается в глазницу, а лишь травмирует, бессмысленно молотя лапами он делает пару шагов на зад и падает на четвереньки. Это хороший момент для продолжения атаки, я даже подался вперед, но поперхнулся и кашлянул кровью.

Вовкулак трясет мордой, проясняя зрение. Вокруг царит мертвая тишина, оборотни молчат, их братья меньшие - волки сидят застывшими изваяниями, не слышно ни птиц, ни насекомых.

– Ты сейчас сдохнешь мясо!

Прыжок! Уже не такой мощный и выверенный. Опрокидываюсь назад, туша пролетает надо мной, задевая волосом и я одним движением отрываю яйца. И кто после этого извращенец? Как же противно!

Горей приземляется не уверенно, его конечности начинают крупно дрожать, между задних лап возникает лужа из крови и мочи.

– Хороший песик, - я первый раз открываю рот за этот поединок.
– Хороший песик, где твои кокошки? Ой, вот они, - на вытянутой руке держу мошонку.
– Иди ко мне песик, я тебя ими накормлю.

Это не рык, это визг на грани выносимого. Искалеченный вовкулак бросается прямо без всякой хитрости, очумев от боли и от факта произошедшего. Успеваю отскочить вправо, хлестнув ладонью по носу и получив порез плеча.

Опять стоим друг против друга, я почти издыхаю, держусь лишь на каплях мутагена в моей крови, но ему хуже, он сломлен и погребен заживо. Показываю ему мошонку, кручу над головой.

– Тебе это надо? На возьми!
– свищу, словно подзывая собаку.

Горей снова поднимается на задние лапы, между ног у него кровавое пятно, раскинув передние конечности, словно мечтая заключить врага в объятия медленно идет ко мне.

Собираюсь с силами, рывок. Уворачиваюсь от вялых ударов, ставлю ногу на его чуть согнутое колено, использую как рычаг, второй ногой упираюсь в солнечное сплетение и взмыв оказываюсь на плечах, не медля вбиваю мошонку в пасть. Его глаза наполняются ужасом, а я сдавливаю шею захватам и влеку вниз. Мы падаем, тело Горея оказывается сверху, но мой захват становится только прочней.

– Плохая смерть, - шепчу ему в ухо.
– Позорная, но пусть тебя успокоит то, что ты ее заслужил. Это тебе за девушек которых ты зарезал, это тебе за Кренка и Ханка, которых ты медленно пожирал.