Чтение онлайн

Медленно она покачала головой.

– Правда в том, Элейн,- начал он, затем качнул и своей головой.- Прошу прощения. Правда в том, сестра Мэри Грейс…

Ее глаза округлились от удивления.

– … что сегодня последняя наша встреча.

Ее глаза сузились: «Что это значит?».

– Так решил твой отец,- произнес Хендриксон, вздохнул и продолжил,- чтобы сменить линию поведения.

Полная решимости она наклонилась вперед.

– Короче говоря, я ухожу,- сказал ей Хендриксон.- Мы оба знали, что так и произойдет, не так ли?

Она изобразила руками жест приближения.

– Да, ты права,- согласился он.- Очень хорошо. Новый человек придет на следующей неделе. Мне жаль, но я не могу произнести правильно его имя. Мне кажется, он венгр или болгарин или что-то в этом роде,- Хендриксон махнул рукой «в сторону» Восточной Европы.- У себя на родине,- продолжил он,- этот мужчина был, по-видимому, экспертом в промывании мозга.

Она сделал шаг назад, широко раскрыв глаза и прижав одну руку к горлу.

– Твой отец…- вздохнул Хендриксон.

Она изобразила рвотный рефлекс.

Хендриксон набрал воздух в легкие и продолжил:

– Ты абсолютно ошибаешься,- признался он.- Твой отец волевой человек и он теряет терпение. И этот румын или украинец или кем он там является, известен тем, что убедил самого кардинала изменить мнение о Боге. Вот как они будут работать в дальнейшем. Быстрее всего, будет применено физическое насилие, сторонником которого я никогда не был, поэтому я и ухожу. Когда я последний раз беседовал с твоим отцом, он был полон решимости сделать из тебя омлет.

Она приложила руку к виску своей головы. Хендриксон кивнул.

– Боюсь, что так,- согласился он.- Ты яйцо и они собираются тебя разбить.

Она указал на него, на себя и ткнула пальцем в сторону двери. Он лишь грустно улыбнулся и опустил свою голову.

– Не могу. Они никогда не позволят тебе уйти вместе со мной. Если ты расскажешь об этом твоему отцу, я буду все отрицать. Но на самом деле, я помог бы тебе бежать, если бы мог. К сожалению, это невозможно. Мне жаль, сестра Мэри Грейс, но никто не сможет помочь тебе. Мой совет: свыкнись с этой мыслью.

Ее губы зашевелились. Хендриксон вглядывался в нее, и ему показалось, что она прошептала слово «Джон». Он кивнул в знак солидарности с ней. Девушка удивилась и снова замолчала.

– Все в порядке,- заверил ее Хендриксон, оттолкнувшись от подлокотников кресла, поднялся на ноги. Он чувствовал себя опустошенным.- В ближайшие дни,- сказал он, под руководством этого нового парня, я думаю, ты будешь много разговаривать и в другие дни кроме четверга, хочешь ты этого или нет.

Она сложила руки и смотрела упрямо.

– Мы делаем все от нас зависящее,- продолжил Хендриксона, скорее для себя, чем для нее.- Как ты думаешь, Бог действительно смотрит на нас? Матфей, Марк, Лука и Иоанн благословите эту трудную ситуацию, в которой я нахожусь. Удачи, сестра Мэри Грейс.- Он снова улыбнулся.- Ты была близка к депрограммированию меня,- признался он и вышел.

А что это такое, вздрагивающее, подмигивающее и нервничающее в холе Государственного банка Авалона? Будь я проклят, если это не Уилбер Хауэи, который вспыхивал улыбками, подмигивал, раздавал салюты, а кончики его шляпы склонялись к каждой проходящей мимо особи женского пола. Возле него находился мужчина-шотландец в традиционном килте и мальчик из службы доставки в белом фартуке. Дортмундер вошел внутрь здания и увидел его. Казалось, что тяжелый груз лег на его плечи, но, тем не менее, он подошел и спросил у Хауэя:

– Что теперь?

Хауэи перестал косо рассматривать двух трансвеститов, которые направлялись на эпиляцию волос электролизом. Маленькие блестящие глаза сфокусировались на Дортмундере.

– Привет! Я ведь знаю тебя!

– И не думаю отрицать это,- заверил его Дортмундер.- Чего ты здесь делаешь?

– Это место!- Хауэи сделал два крошечных шажка, и, казалось, что он вот-вот закружиться, однако он не сделал этого, а воскликнул:- А вот и я!

– Только не в лобби,- предупредил его Дортмундер.

– Ну и ну, посмотри,- ответил Хауэи,- вот как это было. Ты помнишь тот лист бумаги, где Тина записал все?

– Ты потерял его.

– Авалон,- произнес Уилбер и сделал щелчок пальцами.- Так вот. Ранее, ты понимаешь, кучу времени тому назад, я был знаком с девушкой по имени Мейбл. Таким образом, они звучать одинаково, и…

Дортмундер спросил:

– Они что?

– Мейбл,- повторил Хауэи.- Авалон. Улавливаешь?

– В любом случае, ты находишься здесь.

– Джонни на месте и ваш покорный слуга тоже,- ответил Хауэи, усмехнулся и отсалютовал.

– Семь-двенадцать,- указал ему Дортмундер.- Давай.

Когда они приблизились к лифту с табличкой «5-21», Хауэи произнес:

– У меня никогда не было девушки с числами в имени.

И что нужно было ответить на такое замечание? Дортмундер все больше и больше склонялся к тому, что с этим человеком лучше ни о чем не говорить. Когда они вошли в лифт, там уже были две стройные молодые женщины, одетые в «успешные» темно-синие костюмы с юбкой-миди, простые белые блузки и красочные галстуки. Они разговаривали об употреблении в пищу шоколадного печенья с маркетинговой точки зрения.

– Наша главная задача - смягчить угрызения совести,- сказала одна.

– Совершенно верно. Конечно, если женщина располнела настолько, что стала похожа на гиппопотама, и муж не может больше выносить одного ее вида, то ей достаточно протянуть руку за диетический шоколадным печеньем, чтобы показать серьезность намерения похудеть. И больше нет чувства вины,- добавила вторая.

Двери закрылись, лифт поехал вверх. Хауэи наклонился к близстоящей молодой девушке, подмигнул и произнес:

– Привет, милка. Обожаю двубортные костюмы, ты улавливаешь мои намерения?

Женщина повернула молодое лицо с серьезным взглядом к Хауэю, затем к Дортмундеру, который стоял напротив, но тот сделал такой вид, что как будто ожидает автобус на углу улицы в Бойсе в штате Айдахо. Одна из них спросила у Дортмундера:

– Он с тобой?

– Мы одна команда, милка,- ответил вместо него Хауэи и приподнял шляпу.- Мы могли бы договориться о свидании вчетвером!

Продолжая обращаться к Дортмундеру, молодая дама сказала: