Чтение онлайн

— И не напоминай, — он с досадой махнул рукой. Ситуация в Хогсмиде казалась спокойной, но в трех других деревнях, где проходили аналогичные зачистки, начались столкновения с возмущенными иммигрантами. Толпа протестующих в Лондоне тоже увеличилась.

— Это еще цветочки, — сказал я. — В двух маггловских газетах появились статьи об операциях, которые наконец-то начали проводить в аэропортах. Газеты противоположных взглядов — одна левая, другая правая, — но обе одинаково ругают премьера: левые — за чрезмерную жесткость, правые — за недостаточную. Так что мы на финишной прямой.

Поттер молчал.

— Возьми с собой человека три–четыре, чтобы это не выглядело боевой операцией. Наша официальная задача — ритуал.

— Они подумают, что мы некомпетентные идиоты и хотим отследить нападавших на гробницу.

— Вот и хорошо. Пусть думают, что хотят. Главное, чтобы это убедило их предпринять в наш адрес хоть какие-нибудь действия.

— Скажи, согласно твоему плану я должен взять палочку или только сделать вид? — мрачно спросил Поттер, и я ответил:

— А вот это решай сам.

— За душой Волдеморта? — пораженно воскликнула Макгонагалл и обернулась к Поттеру. Тот никак не отреагировал. — Но я думала, ритуал будет связан с декабрьским нападением… Как всё это понимать, молодые люди?

— У нас есть предположение, что душа Волдеморта — то, что от нее осталось, — все еще находится в нашем мире, заточенная в каком-то предмете, — ответил я. — Речь, конечно, не о крестраже: она оказалась там в результате чьего-то колдовства, и это похоже на месть, однако оставлять ее в таком положении нельзя. Помимо этических вопросов, есть проблема безопасности: попади она в нечистоплотные руки, последствия могут оказаться печальными. Мы хотим знать всё, что произошло, когда он погиб, и постараться понять, где сейчас находится его душа.

— Откуда вы знаете, что она в плену? Кто поместил ее в предмет? — Макгонагалл выглядела ошеломленной, как и Нордманн, и авроры, и даже Эмилия Мазерс. — Гарри, объясни!

— Не могу, — ответил Поттер. — По крайней мере, сейчас. Но этот ритуал нужен, как нужно наше присутствие здесь. Школе ничего не угрожает, не беспокойтесь.

Удивление на лице Макгонагалл сменилось гневом.

— Как я могу не беспокоиться! — воскликнула она. — Вы бы себя слышали! Слова "душа Волдеморта" вызовут панику у кого угодно! Ладно Линг — он всегда был непредсказуем, но ты, Гарри!..

— Вообще-то я тоже был непредсказуем, — хмыкнул Поттер и посмотрел на меня. Я кивнул, соглашаясь.

Директор покачала головой и повернулась к Тао.

— Хорошо, проводите ваш ритуал, — отрезала она. — Это какой-то страшный сон. Если б я знала, ни за что бы не позволила заниматься здесь такими вещами.

Ритуал действительно был красив, оказавшись одной из тех редких церемоний, где возникали звуки. Сперва мы ощутили распространявшиеся от печати длинные, редкие волны, заставлявшие отзываться весь организм. Потом появился низкий звук, гудение на пределе слышимости. Из печати, чей диаметр после начала колдовства достиг почти четырех метров, начали подниматься тонкие языки сероватого дыма с серебристыми искорками внутри, постепенно расползаясь во все стороны, словно лианы. Тао почти не шевелилась, стоя в центре печати и иногда делая палочкой едва заметные движения.

В какой-то момент происходящее захватило и меня, заставив позабыть, что времени мало. Однако полностью отвлечься не удалось; кто-то смотрел на меня, и не почувствовать этот взгляд было невозможно. Лишь один человек мог видеть меня со спины — Эмилия Мазерс, стоявшая сейчас у дверей. Я очень не любил, когда меня разглядывают исподтишка, а интонации ее взгляда не понравились мне еще больше.

Я обернулся и посмотрел на нее в упор. Она быстро отвела глаза, но дело было сделано. Любой колдун почувствует на себе пристальный взгляд, а легилимент ощущает даже обычные. Думая, что это может означать, я тихо подошел к двери.

— Вы куда? — прошептала Эмилия.

Я молча посмотрел на нее и вышел из зала.

— Я с вами, — она направилась за мной.

— Мисс Мазерс, вернитесь обратно. — Я остановился. — Соглядатаи мне не нужны, тем более такие неумелые.

— Соглядатаи? — возмутилась Эмилия.

— Вернитесь, или я вас обездвижу! — процедил я, уже порядком разозленный. Эмилия шагнула назад, и я закрыл дверь.

К Шварцу я послал патронуса, выпустив его прямо из холла замка. Легионеры находились недалеко от опушки леса, скрываясь за толстыми стволами деревьев.

— Никого, — сказал Шварц, увидев патронуса. — В радиусе мили пусто, а если они пойдут от гор, им понадобится час. Так что пока рановато.

Я убрал патронуса, поглядел на вход в Большой зал и направился к подвалу, где некогда располагались камеры и тролли. Готовясь к тому, что у первой двери мне придется проторчать несколько минут прежде, чем она откроется, я был приятно удивлен: ее запирало простое двухуровневое заклятье, так что проникнуть внутрь мог бы даже сообразительный пятикурсник.

Правда, открыть без пароля нижнюю дверь, чья ручка представляла собой колючий венец, он бы уже не сумел.

Завещанный Дамблдором ключ я сохранил, как и другие следы своего прошлого, но забыл о нем почти сразу же после окончания школы. Никогда не думал, что однажды он мне пригодится.

За прошедшие годы подвал совсем не изменился. Здесь были все те же камеры и решетки; из помещения троллей доносился храп. Я смотрел по сторонам, вспоминая свои занятия, встречу с Кэрроу, и думал, что последним в одной из этих камер сидел Тейлор, отправленный мной в тюрьму.

Дверь в карцер была не заперта. Я быстро спустился вниз и зашагал по коридору между всполошившимися персонажами картин, быть может, много лет не видевших здесь ни одной живой души.

Полотно в конце коридора встретило меня настоящей бурей. Вдалеке высился Азкабан, огромный и впечатляющий даже здесь; вокруг его башни летали едва различимые на фоне темных туч драконы, и скоро я увидел, как один из них направился к утесу. Большое, завораживающее и таинственное существо, дракон опустился на край обрыва, вцепившись когтями в камни, свесил хвост вниз и сложил крылья. Харальд, облаченный в рогатый шлем, спрыгнул на скалу и встал напротив, держа в руке свою необычную длинную палочку.

— Приветствую. Ты принес то, о чем тебя просили? — спросил он с акцентом, выдававшим в нем немецкое происхождение.

— Принес.

Я ожидал, что всадник попросит показать ему палочку, и мне придется объяснять, почему я не могу этого сделать — если Олливандер прав, что помешает вампиру распространить свою проклятую магию на закартинный мир? Однако Харальд только кивнул, поверив мне на слово.

— Конрад о тебе рассказывал, — продолжил он, глядя на меня оценивающе, но не враждебно.