Чтение онлайн

— А то, — согласился я. — Фигни не делаем и даже не держим. Хотите, покажу? В подробностях?

— Разве что — на обратном пути, — временно отказался киборг. — Нас ждут.

Вот ждали и дождались.

— И это — ваша колония? — удивился я.

Было чему, знаете.

Представьте себе большое торфяное болото.

Именно торфяное — черная вода, ржавые берега, запах гнили и плесени.

Вообразите, что досужий богач забрал это болото, словно озеро, в каменные берега. Солидная такая вышла набережная, квадратиком два на два километра или около того: было не до измерений, прикидывал на глаз.

В моем мире Кизическое болото — я признал его по месту — было не в пример меньше, да и заросло всем подряд. Птахи там какие-то гнездились, редкие. Тут птиц то ли не было, то ли — что вернее — всем было плевать.

Так, вообразили. Теперь поместите по центру торфяной лужи квадратный остров — каменный в основании, окруженный стеной с торчащими позади той готическими шпилями.

Стена тоже каменная — элегантного цвета, черного, как антрацит и блестящего, как обсидиановый скол.

— Не наша, — ответил киборг. — Вампирская.

— Солидно, — решил я. — Внушает.

Про себя же подумал, что вампиры в обоих мирах или очень похожи, или прямо одинаковы: пускать пыль в глаза и любят, и умеют. Черный обсидиан, надо же… Все равно же какая-нибудь краска, химия и жизнь, понимаете.

— Нам туда? — спросил я, уже зная ответ. — В смысле, как попадем?

Думал, будет эпично: громкий крик, высшая магия, какой-нибудь демон-привратник.

А этот, который киборг, просто позвонил по телефону. Причем — по моему телефону!

Тут ненадолго стало эпично: из глубин, раздвигая собой черную воду, вознесся красивый мост о перилах… Черный, понятно.

Я пошел, киборг покатился. Идти было недалеко, катиться — и того меньше.

— Ничего тут у вас, — я бросил оглядываться и решил озвучиться. — Чистенько.

Встретивший нас вампир — не самый старый, не очень молодой, так, в пропорцию — поморщился.

— Небогато, да, — согласился упырь. — Новая колония.

— Ей лет сто, — возразил Кацман.

— Я и говорю: новая.

— Ладно, — решил я за нас с опричником. — В гостях хорошо, а мы по делу. Ведите.

Вампиры — ребята конкретные. Не пришлось ничего уточнять, мол, к кому вести, зачем вести: самый главный упырь ждал нас неподалеку.

Встал он напоказ, не оставив между собой и солнцем даже тонкого навеса: вот, мол, я какой. Древний да высший, ничего не боюсь!

Представился: звать кровососа было почти как меня — тоже Иван, только Степанович.

Поздоровались: со мной — за руку, с киборгом — кивком.

И правильно — я же целый Глава. Коллективный феодал, помните? Долгонеживущие упыри все эти дворянские заморочки соблюдают серьезнее, чем живые аристократы!

Полковник же… А чего — полковник? Их знаете, сколько по Державе бегает, пусть и железных?

— Два дела, — сообщил я. — И еще одно, отдельное. Чтобы не ломать диаду.

Это мы с Кацманом условились заранее — кто из нас говорит и о чем.

— Излагайте, Глава, — предложил старый упырь.

— Завелась тут одна секта, — начал я. — Неприятная. Жертв не то, чтобы очень много, но непонятно, для чего они… Мы, живые, переживаем — нам не нравится, когда нас режут почем зря.

— В курсе, — согласился Иван Степанович. — Телевизор смотрим, газеты читаем.

— И только? — удивился я. — Сказать совсем нечего?

— Совсем, — ответил вампир. — Если официально. Если же между нами, Глава…

Я стал весь внимание.

— То я согласен с вашей оценкой ситуации. Почем зря — это самое верное. Чудовищная трата ресурса непонятно на что! Ни единой деманации или еще чего-то высшего… извините, низшего. А ведь должно быть! Ритуал этот, который не ритуал…

Воу, полегче. Чего тебя так прорвало то, хомо кадавер десмодус? Где хваленая вампирская сдержанность?

— Достали, — коротко ответил упырь на незаданный вопрос. — Коллеги полковника, просто полиция, страшники, какие-то невнятные аристо сразу толпами… Виноватее вампира в сервитуте никого!

— Сочувствую, — поделился я.

«Нужно мне твое сочувствие, как собаке пятое колесо!» — ответил Иван Степанович взглядом.

«Но если что…» — спросил я беззвучно.

«Договорились».

— Тогда второе дело, — я снова перешел на устную речь, а то полковник чего-то занервничал…

— Мы, — сказал упырь. — Это были мы. Технически несложно — забросили в окошко бурдюк с лимфой. Донорской.

— Я ведь даже не спросил, — удивился я. — Откуда?

— А у вас, Глава, к нам других вопросов нет, — показал клыки вампир: вроде как, улыбнулся. — Два вопроса. Сектанты и наш глупый птенец, сдуру влетевший не в свое гнездо!

— Формально, — вмешался Кацман, — колония в своем праве. Тот юноша, вроде как, не успел ничем навредить. Подозрения же к делу не пришьешь!

— Мы не в претензии, — заверил Иван Степанович. — Птенец сглупил сам: вольно же ему было поиграть в живого разумного! Как еще справился, актер, понимаете… Погорелого театра!

Положительно, этот вампир слишком много болтает.

Как бы это и вправду не оказалось чем-то вроде театра, только для меня одного — хорошо, для нас двоих.

— Тогда третий вопрос, — решил я. — Тот, который после первых двух.

— Любопытно, — согласился вампир непонятно с чем. — Даже представить не могу, о чем речь.

— Уточню: это не моя идея, — начал я чуть издалека. — Господина полковника. Или службы, которую он представляет.

— Так?

— Жандармерия считает, что я — некромант, только не полностью.

— Первая инициация? Пустоцвет? — уточнил упырь неверящим голосом.

— Ага, — скромно потупил я очи. — И по этому поводу есть желание поучиться базовым техникам… У тех, кто впитал их прямо с кровью!

Сегодня я видел всякого вампира.

Вампира-глядящего-с-уважением.

Вампира-много-болтающего.

Вампира-очень-догадливого.

Теперь увидел еще одного: вампира-ржущего-что-конь.

— Базовым, — прямо всхлипнул упырь, — техникам? Вам, Глава?

А ведь этот дохлый меня сейчас сдаст! Блин горелый буду, сдаст! Так, ну-ка…