Чтение онлайн

«Они не могут. Василиск впитывает их магию. И мою. Лисы тоже. Становится сильнее. И лечится.»

Точно не глюк. Я говорю со своим волком… огневолком! Разбираться в причинах я решил потом, после того, как разделаюсь с… василиск? Ладно.

«Но я его ранил.»

«Это из-за сока росянки.»

«Лады, куда бить? По глазам?» — перешел я к сути и поспешно выскочил из-под дерева. Василиск тряхнул головой и срезал толстенный ствол.

«Потеряешь ценный ресурс. — Мне показалось, или я услышал нотку цинизма в его рычании? — Бей в сердце.»

Легко сказать, «бей в сердце», фыркнул я, это еще попасть надо. Я служил не снайпером, а связистом. Конечно, я умею драться и стрелять, но не настолько метко. И все же план у меня созрел.

«Он просто питается магией или дуреет при виде большого источника?»

«Дуреет, да. Вон за лисой…»

«Много слов. Спасибо, Игнис.»

Я перебежал к Стасу и пригнулся от очередного взмаха рогов.

— Я не могу… — начал он.

— Знаю, — остановил я его. — Когда скажу, сделай большое облако тьмы на той стороне прогалины. Долго объяснять. И развей, если тварь добежит.

— Сделаю, — не стал спорить Стас.

— Пули его не берут, да?

— Нет.

Теперь ясно, почему Иван спрятался и не высовывается.

А я перебежал к Веронике и повторил просьбу. Она тоже кивнула. И я выскочил на середину открытой площадки. Василиск остановился и посмотрел на меня. Начал рыть землю мозолистой ногой и опустил голову. Изначально я смотрел на рога, но быстро понял, что так можно случайно поймать его взгляд. Превращаться в живую статую не хотелось, потому опустил глаза на его грудь, а потом поднял на загривок. Я смотрел несколько раз корриду и знал, что бить надо между ребрами, чтобы попасть в сердце. Для этого василиска надо отвлечь.

И коррида с василиском началась. Вот уж в какой роли себя никогда не представлял, так это тореадором. И ведь без костюма и тряпки. А вместо шпаги у меня магия. Ну что же.

— Торро, — мрачно сказал я себе под нос и отправил огненное копье в лоб чешуйчатой твари.

Это его разозлило. Видимо, редко получает меж рогов. Трижды я уклонялся и немного ранил его в бока. Один раз все же смог попасть в ногу и вынудить его захромать. Все это время бок побаливал, но не так сильно, как должен был. Но вот кровь текла обильнее, чем полагалось. Этак истеку и не замечу. Может, в том и смысл? Но пора заканчивать, решил я и снова оказался в центре прогалины.

— Кидайте! — крикнул я друзьям.

На дальнем краю появилось густое чернильное облако диаметром в метр. Василиск замер и перевел взгляд на него. Но не побежал. Он словно бы выбирал цель: убить человека, что посмел сопротивляться и причинять боль, или наконец поесть.

«Игнис, добавь туда огня. И попроси Алису что-то там сделать,» — попросил я.

Через секунду облако словно бы загорелось. А еще через две куст рядом превратился в кристалл. Красиво.

Василиску тоже понравилось. В глаза я ему не смотрел, но не сомневался, что они стали красными. Из ноздрей снова повалил дым. И чешуйчатый зубр погнал в ту сторону, припадая на раненую ногу. Как раз мимо меня.

Этого я и ждал. Быстро собрал огонь в копье и метнул в выбранную точку. Копье прожгло чешую и вошло в тело. Василиск взревел, но все же добежал до облака. Я запустил еще копье и еще. Он начал втягивать тьму в себя, но она вдруг исчезла. За ней и огонь. И кристалл снова стал кустом. Я запустил еще одно копье, чувствуя, как магический заряд истончается.

И василиск упал. Я тоже упал. Ощущение было такое, словно из меня выкачали все силы, не только магические, но и вообще все. В ушах шумело, перед глазами плыло.

«Сделай еще такую штуку и мы поговорим,» — услышал я последние слова Игниса и сознание уплыло.

Когда очнулся, не сразу понял, где я. Последним я помнил лес, ночь и морось. А еще слабость. Нет, даже не так — абсолютное бессилие. Примерно так я чувствовал себя прошлым летом, когда тело взбунтовалось от применения больших объемов магии. Как мышцы, которые никогда не качали и вдруг дали им большую нагрузку.

Размышления прервал петушиный крик. Вернулось ощущение тела, тепло у шеи. Ах да, надо открыть глаза. Потолок, балка с сучком в виде забавной рожицы. Дома.

— Ты нас всех напугал, — услышал я ласковый голос Лены. На щеку легла ее нежная рука. — С пробуждением.

Я повернул голову и посмотрел на нее. Глаза ввалились, между бровей разглаживалась напряженная складочка. За одну ночь таких изменений не происходит.

— Спасибо. Как долго я спал? — Собственный голос показался чужим, слабым и хриплым.

Над ухом раздалось нежное урчание и по виску прошелся шершавый язык.

— Два дня. Мина не отходила от тебя. Если только поесть и в туалет.

— Мина? Это ты так сократила ее имя? Мне нравится. Что произошло? Я помню бой с василиском, а потом все.

Я выпростал из-под одеяла руку и погладил кошечку. Другую руку тоже вытащил и накрыл ладонь Лены.

— Магическое истощение. Не надо больше использовать росянку. Я ее вылью.

— Не вздумай. — Мой голос внезапно затвердел. — Его необходимо использовать. Если бы не она, мы бы сейчас не разговаривали. Стас и Ника не рассказали разве?

— Но такие последствия…

— Думаю, это как прошлым летом — с непривычки. Что-то вроде вакцины, когда переболел и окреп.

— Ты уверен? Мне кажется, это опасно, — с сомнением сказала она.

— Я готов рискнуть еще раз. И, кажется, я говорил с Игнисом.

— Это точно галлюцинация, — рассмеялась Лена.

— А как бы я еще узнал о том, как победить василиска? Стас только сказал не смотреть ему в глаза. А от волка я узнал, что он питается магией. На этом и построил план.

Лена нахмурилась и задумалась, закусила губу. А я любовался ей и гладил Минерву — Мину. Да, так даже хорошо, а то выходило длинно. Тут и Матиас прыгнул на кровать, пристроился сбоку и присоединил свое низкое урчание к нежному голоску сестры. Лена начала поглаживать его за ушком.

— Хорошо. Но пока не восстановишься, никаких экспериментов. Договорились? — твердо сказала она, наконец.

— Конечно. Я не враг себе.

— А теперь рассказывай.

Я честно рассказал обо всем, что было, начиная с того, как мы зашли в лес, и до момента, когда я отключился. Лена не перебивала, но то хмурилась, но кивала.

— Не похоже на галлюцинацию, — сделала она вывод, когда я закончил говорить. — Тебе придется повторить это для остальных.

— Да, я знаю. Что тут происходило в эти дни?