Чтение онлайн

Да ну? Не хотел он. Вместо ответа я иронично выгнула бровь и сложила на груди руки.

— То есть хотел, но не так... не то, что ты подумала.

— А что я подумала?

Макс смутился еще больше, краска залила его лицо и уши.

— Я виноват. Просто ты такая... Конечно не такая, - косноязычно оправдывался он, тихо пятясь к выходу. — Я исправлюсь, вот увидишь. И к отцу сам съезжу. Через час вернусь с прислугой.

Блондин резко кивнул на прощание и вылетел за дверь.

Я расхохоталась. Ну чудо же! В нашем мире таких и не встретишь. Повымерли давным-давно.

Ну пусть идет. Если и правда приведет мне помощь, так и быть прощу. Но кажется мне, что вряд ли. Поэтому придется все самой.

— Дэйс! Не прячься, я знаю, что ты здесь. Где у нас инвентарь для уборки?
– позвала я в пустоту.

– Я и не прячусь, чего мне прятаться?
– на фоне дивана проявилась чеширская улыбка.

На этот раз была она особо ехидной. Или мне так показалось?

– Да-да, просто подглядываешь.

Не-е-ет, не показалось.

– Присматриваю. Ах, Лисетт, я не хотел, мур-мур-мур, — кот изобразил поцелуи в воздухе и язвительно ухмыльнулся.

Я осмотрела его задумчиво.

– Жаль, веника в руках нет. Так и наподдала бы по чьей-то наглой синей морде.

Кот проявил голову целиком, жалобно поджал ушки.

Я сдалась.

— Ладно, экзекуции оставим на потом. Показывай, где тут метлы-швабры-тряпки хранятся?

– А тебе зачем? — на морде опасливо встопорщились усы.

– Пыль гонять. И нахальных котов.

Улыбка растворилась в воздухе и в тот же миг проявилась прям около моего лица.

— Карму испортишь, хозяюшка, — с непередаваемой интонацией муркнул он мне на ушко.

Вот же засранец! Он и так умеет? Я от внезапности перемещения чуть инфаркт не хватанула. Правда, быстро взяла себя в руки.

— Уговорил, для котов возьму что-нибудь потяжелее. Чтобы не наглели.

Улыбка Дейса стала воистину возмутительной.

— Злая ты, Алиска, — поведал он с трагизмом в голосе. — Уйду я от тебя.

— Куда ты денешься? Если я правильно поняла, ты привязан к этому дому и парку. Да? Нет? — Я выслушала целую серию возмущенных булькающих звуков. Погрозила пальцем: - И не вздумай врать. Я обязательно уточню у Джастина. Он точно обманывать не станет.

Утро началось со странного.

Дейс читал газету. Хотя нет, газета была чуть позже. Сперва я проснулась и наконец-то разглядела потолок своей спальни. До мелочей. С чувством глубочайшего неудовлетворения разобрала все то, что было скрыто в сумраке ночи.

Честное слово, лучше бы и не разглядывала. Паутина — совсем не тот декор, который хочется наблюдать у себя над головой. Зато как бодрит вид на паучьи сети! Ух! Похлеще зарядки и контрастного душа. Особенно когда хозяин паутины висит на ниточке у тебя перед лицом и смотрин с немым укором, как на оккупанта.

Лишь крепкие нервы и закалка, приобретенная на работе, не дали мне заорать. Я просто вскочила, подхватила со спинки кровати халатик, откопанный в чемодане настоящей Алисы, всунула ноги в домашние туфли и метнулась в туалетную комнату. Там уже отдышалась и кое-как привела в порядок мысли.

Все! Никаких рисунков. Никаких фамильяров. Сначала надо отмыть хотя бы часть комнат. А тот так и до инфаркта недалеко.

Руки у меня предательски подрагивали. Ноги тоже.

Я поплескала в лицо водой. Вдохнула-выдохнула успокаиваясь. Лишь после взялась за утренний туалет основательно, как и положено благовоспитанной девице из хорошей семьи.

На кухню я попала почти через полчаса. Уже умиротворенная и довольная собой. А там основательно подвисла.

Кот читал газету. С чувством, вдумчиво, изредка подчеркивая строчки отточенным когтем. На печи пыхтел чайник. На окне колыхались шторки. Шелестели страницы. Упоительно пахло свежим кофе, сыром и бужениной.

Кот изредка прихлебывал из чашки, манерно подцеплял с блюда закусь, жмурился от удовольствия и... читал.

— Что пишут? — спросила я так, словно лицезрела читающих котов регулярно и не по одному разу на дню.

— Ничего интересного, — синий паршивец глянул на меня поверх листа, как академик на двоечницу. — На неделе обещают хорошие погоды.

Господи, пошли мне терпения! Или я не выдержу и кое-кто пойдет на синий воротник.

— Чудесная новость, — покивала я своим мыслям, наливая кофе и нацеливаясь на ароматное розовое мяско.

А чего бы и нет? Кому мешают «хорошие погоды»? Мне точно нет. И вообще я всем довольна. Проснулась там же, где и засыпала, стало быть новая жизнь продолжается. И пока она куда интереснее жизни предыдущей.

План у меня есть. Хороший план. Вот сейчас только позавтракаю — и снова в бой. Для начала, паутину с потолка спальни — убрать. А после и за кухню можно приниматься. Или сначала все же отдраить гостиную? Чует мое сердце, в гостях недостатка не будет. Стыдно перед людьми светить такой запущенной обстановкой.

Хотя нет, не стыдно. Пусть стыдится хранитель. Это он довел дом до такого состояния.

Решено — первым делом гостиная. Дойдут руки — вымою и кухню хоть в первом приближении.

Я соорудила еще один бутерброд, положив поверх мяса пластик сыра. Повздыхала, что на столе нет завершающего штриха — помидорки. Ну ничего, мы из помидорки могём. Чай, не баре.

Подтверждая собственные мысли, хлебнула кофе. Нарочно погромче. Чтобы выбесить поганца с газетой.

Только сработало это как-то не так.

— О, тут и про тебя есть, — оживился синий пройдоха.

— Что? — сбилась я с мысли о мести.

— Точно-точно, гляди! — хранитель расстелил газетку на столе и ткнул лапой в крупный заголовок: «Новая хозяйка питомника фамильяров оказалась в центре скандала». Тут даже портрет.

— Чего? Откуда это? — обалдело рассматривала я свое новое, вполне симпатичное, лицо на странице бульварной газетенки.

«Алиса Озэрро — девица двадцати двух лет, о прошлом которой мало что известно», — начиналась статья. А дальше шел перечень всего движимого и недвижимого имущества, что отошло к новоявленной наследнице.

— Ты меня спрашиваешь? — взвился хранитель.

— А кого мне спрашивать? — уткнула я руки в бока.

— Вон его, — кот указал синей лапой куда-то мне за спину.