Хозяйка приюта, или Я не твоя жена, дракон!
Шрифт:
— Конечно! — вклинился невысокий мужчина. — Это ж эти отродья! Я бы и сам их стороной обходил, взяли тоже моду — в город шляться!
Он бросил на меня неприязненный взгляд, как бы говоря: “Да-да, я о тебе говорю!”
— Отродья — не отродья, а от мышей в этом году никакого спасу нет, — вклинился второй мужчина. — Я бы тоже мышелова нанял — сколько, ты говоришь, отдал? Так мало? Да это ж дешевле мышеловок!
— Точно, точно дешевле!
— А я о чем говорю?
Толпа одобрительно загудела, и я, развернувшись, направился обратно к дому. Иви подрезала какие-то кусты в саду, и я едва удержался от того, чтобы не схватить ее за плечи и не начать трясти.
— Что ты устроила?
Иви спокойно выпрямилась и вытерла руки о фартук. У нее были изящные и тонкие ладони, которые сейчас были покрыты пылью, а ногти — коротко подстрижены, чтобы не мешали работать. Совсем не руки леди. Парадоксальным образом это делало их только красивее.
— Что вы имеете в виду?
Я сжал зубы.
— Зачем ты заставила волка ловить мышей? Что у тебя на уме? Решила выставить этого ребенка на посмешище? Или… или ты хочешь, чтобы горожане вспомнили, кто живет с ними рядом — и пришли разбираться?
Я замолчал. Мне казалось, Иви заботится об этих существах. Я даже смог это принять. Тогда что было у нее на уме, когда она отправляла этого подростка к горожанам? Еще и в волчьей форме?!
Какую-то часть жизни я занимался зачистками среди неблагих, которые вышли из-под контроля.
Но точно так же какую-то часть жизни я занимался тем, чтобы остановить самосуд, который люди устраивали над неблагими существами, которые по каким-то причинам вызывали их недовольство или просто попадались под руку.
Иногда, после того, что мы видели, рвало даже самых стойких солдат.
— Нет, — спокойно ответила она. — Но я не могу запереть детей и Юджина в этом доме навсегда. Им нужно учиться жить среди людей. А людям — учиться жить с неблагими.
— И поэтому ты решила начать с мышей?
— Я решила начать с того, чтобы показать: неблагие могут быть полезными, с ними выгодно иметь дело.
Я качнул головой. Сумасшедшая. Только этой девушке могло прийти такое в голову.
— И что ты собираешься делать дальше?
Помявшись и оглядевшись по сторонам, Иви вытащила из кармана лист бумаги и развернула его. Это было сорванное со столба объявление.
“Ярмарка талантов”?
План Иви дошел до меня спустя пару секунд.
Она сошла с ума? Это невозможно. Чистое безумие.
Иви подняла на меня взгляд, и в нем отразилось все то, о чем думал я сам. Невозможно. Безумие.
— Вы мне поможете, генерал Реннер? — непривычно робким голосом спросила Иви.
Разумеется, нет! Я не собираюсь в таком участвовать? Ради чего?
Видимо, поняв мой ответ без слов, Иви кивнула, а потом вздернула подбородок и сложила афишу вдвое.
— Что ж, тогда я…
— Помогу.
Пожалуй, стоило так ответить хотя бы ради ошеломленного выражения ее лица.
***
— Мы не можем просто так взять и выставить детей на ярмарке, как цирковых уро… — Она замялась. — Как дрессированных котят! Нужно подходить к этому постепенно!
Иви пабарабанила пальцами по столу, и я наклонил голову. Какая она красивая, когда увлекается чем-то.
“Рад, что ты это понимаешь”, — собирался сказать я, но в последний момент прикусил язык.
— Ты что-то уже придумала?
Она замялась.
— Юджина… Сегодня в приют заходил один мужчина, хозяин мясной лавки. Спросил, может ли Юджин, раз уж он справился с мышами, поймать того, кто подворовывает вяленое мясо из подвала его магазина по ночам.
— И что?
— Юджин — сможет, — уверенно заявила Иви. — У него идеальный нюх, он мне еще неделю назад говорил, от кого пахнет так, как будто он ночует в подвалах мясного. Но это…
Я кивнул. Небезопасно, в первую очередь для Юджина. В некоторые секреты лучше не лезть, чтобы потом не оказалось, что главный, кто мешает счастливо жить, спрятав под ковер все тайны, — ты сам.
Иви кивнула, не отрывая взгляда от моего лица.
— Верно. Поэтому я сказала, что он вряд ли справится с людьми, а вот с мышами… Остановимся пока на мышах. И на хорьке, который все еще промышляет в курятниках.
Я наклонил голову. Еще много недель назад я понял, что Иви удивительно смелая и готова сражаться за этих детей, как за своих. Сейчас, пожалуй, я уверился в том, что ума и осторожности в ней не меньше.
Я кивнул, увидев, что Иви мнется, явно собираясь сказать что-то еще.
— Я слышал, в этой осенью неподходящая погода для посадок.
В Брайтмуре, как и везде на юге, зимы были достаточно мягкими, так что ранней осенью сажали и овощи, и травы, и бог знает, что еще. Но вот сейчас погода не радовала — так что большая часть посадок промерзала и не давала ничего, кроме расстройства и поводов пожаловаться соседям на жизнь.
— Да! — выдохнула Иви и благодарно улыбнулась. — Бетти может с этим помочь, она у нас за домом даже томаты умудрилась в такой холод вырастить, где только семена раздобыла… И у меня уже спрашивали, как это так выходит, что в нашем саду розы до сих пор цветут. Я думаю, не будет проблем с тем, чтобы… предложить горожанам ее услуги. Просто…
Она снова замолчала, и я встал.
— Я ее сопровожу. Думаю, не нужно упоминать о том, что случится, если кто-то поднимет на нее руку.
— Спасибо, — благодарно улыбнулась Иви.
Я помедлил с ответом, а затем вышел.
Следующее утро началось с громкого крика под дверью моей комнаты:
— А-а-алан! Я обратился целиком!
Отлично.
Может, теперь мы наконец сможем заняться тем, чтобы научить тебя не бегать голышом.
Софи, которая спала исключительно на матрасе в моей комнате, заворочалась, укрывшись от громкого звука крылом.
***
Сопровождать Бетти в город мне пришлось уже через пару дней. Иви — я в очередной раз удивился ее разумности — в первый раз решила договориться с подслеповатой старушкой Эммой, у которой лет двадцать назад умерли муж и дети от лихорадки. Все, что напоминало ей о семье теперь, — сад, который когда-то они сажали все вместе и который теперь загибался.
Откуда я об этом знал? Оттуда, что старуха не замолкала ни на минуту, рассказывая эту историю во всех подробностях.
Еще один балл на счет Ивари — такая растрезвонит о помощи Бетти на весь город.