Чтение онлайн

Мне сделалось стыдно. Невыносимо.

Я закусила губу и не могла поднять глаза на лорда-герцога.

Я обвинила его в невообразимой низости, просто потому что не смогла совладать с собой и дать себе труд подумать, прежде чем говорить такое. А ведь Сангриено просил меня воздержаться от поспешности.

– Я… – Силы Небесные, как же сложно подобрать слова извинения…

– Я спишу ваши слова на состояние, в котором вам приходится находиться, – холодно оборвал меня лорд-герцог. – У вас есть время до вечера подумать, согласна ли вы на последнее условие. В противном случае, я и не подумаю говорить, где искать Кинжал Отречения. Мертвая невеста мне нужна еще меньше, чем мертвая королева.

– Ваша све…

Но Сангриено, как и любой высокородный, не был расположен слушать неуверенные извинения. Мужчину бы вызвали на дуэль, а с леди взять нечего.

– А пока, я оставляю вам это. Надеюсь, вы разберетесь, что это.

Наместник достал из кармана нечто, завернутое в батистовый платок, и положил на край стола. Поклонившись, как того требовал этикет, он вышел из столовой.

А я была так шокирована тем, как изменилось ко мне обращение Сангриено, что даже не сразу посмотрела, что конкретно он мне оставил.

Однако, когда шаги лорда-герцога стихли, я, едва сдерживая подступившие слезы, протянула руку к подношению, то почувствовала нечто особенное, а развернув ткань, все-таки шмыгнула носом.

Сангриено сдержал слово.

И, держа в руках тяжелый кованный крупный ключ, я поняла, почему он не спешил его мне отдавать.

Я сидела в кабинете, задумчиво уставившись в окно, которое выходило в до сих пор не обихоженный нами сад. Обстоятельства нас с Марсией, конечно, извиняли, однако вид был удручающий. Кусты требовали ножниц садовника, дорожка метлы, а клумбы полива.

Отсюда мне не было видно ограды усадьбы, но Марсия мне уже доложила, что за воротами оттирается парочка гвардейцев и один гнусного вида тип в неприметном плаще.

Гвардейцев она видела своими глазами, когда выходила к молочнику. Марсия даже специально припиралась со стариком подольше, чтобы убедиться, что у служак не обычное праздное бездельное шатание, а самое что ни на есть задание.

А третьего углядел Рамиро, который, как я и предполагала, домой идти даже и не подумал. Он устроился на дереве над забором и бросался оттуда подобранными с земли старыми желудями в «плаща». Тот, несмотря на доставляемые неудобства, пост свой не оставлял, так что Дантесоль не обманул, мы были в осаде. Я не проверяла, но наверняка за задней калиткой тоже обнаружился бы какой-нибудь соглядатай.

На душе было пакостно.

Тревожно, неуютно и досадно.

Кончиками пальцев я снова погладил лежащий у меня на коленях ключ. Тяжёлый и приятно прохладный, он представлял собой эталонный образец старинного кузнечного ремесла. Таким ключом не грех отпирать ворота королевского дворца, тем удивительнее, что он был предназначен для неказистой двери в погребе.

А ещё ключ был наборный. отмыкающие. Часть с бородкой отсоединялась от головки, деля шейку пополам. Заметив это ещё в столовой, я сразу же разобрала его, но так и не поняла, для чего это было сделано. Может, для того, чтобы можно было ключ надёжно спрятать? Очередная загадка «Забытой усадьбы».

Гоня от себя печальные мысли, я хотела заняться чем-то полезным, чтобы едкий осадок, оставшийся после размолвки с Сангриено, перестал меня беспокоить, но все валилось из рук.

Можно было сколько угодно искать себе оправдания, но я поступила некрасиво. И отчего-то мне очень не понравился официальный тон лорда-герцога, который словно бы воздвигал между нами стену. Определённо, прежде меня раздражало чересчур личное обращение, но именно оно ничего именно оно давало мне негласное право дерзить безнаказанно и вытворять глупости. И теперь я чувствовала будто меня наказали.

Проклятый знает, что со мной творится!

В общем, я махнула рукой на хозяйственные дела и засела с ключом в кабинете. Изначально я подумывала, что стоит повторить то немногое из магии, что знала, чтобы не выглядеть вечером перед наместником совсем уж неумёхой.

Не имела я и понятия, почему мне хотелось предстать перед Сангриено в выгодном свете. Хотя я и не могла не признавать, что его слова о том, что я самая храбрая леди, которую он знал, согревали меня. Так же, как будоражили прежде его взгляды, полные мужского интереса, и возмутительные прикосновения. И даже похвала моему арчо мне откровенно польстила.

И да, я собиралась согласиться на все условия.

Теперь, когда сама персона лорда-герцога, вызывающая во мне бурю противоречивых чувств, отсутствовала, я смогла поразмыслить как следует и нашла условия Сангриено вполне разумными. Никто же не мешал мне подстраховаться своими силами. И уж в чем не был наместник виноват, так это в моём приглашении на проклятый ужин к проклятому Грегори и в его проклятых намерениях.

Силы небесные, друзьями нам с Сангриено, разумеется, не быть, но я искренне надеялась, что рана, нанесённая мной его гордости, затянется и раньше, чем та, что у него на Боку. Я очень рассчитывала, что великодушия лорда-герцога хватит на то, чтобы понять, что мне очень страшно.

Очень.

К такому жизнь меня не готовила.

В любом случае, к повторению знаний я оказалась непригодна. Мало того, что в голове творилось Покровитель не разберёт что, так ещё и ключ отвлекал.

Когда я к нему прикасалась, кожу словно покалывало, и где-то возле сердца будто вспыхивала маленькая холодная звёздочка.

Сначала, испытав это, впервые, я напугалась, но потом распознала магический холодок. Теперь же, после того, как звёздочка вспыхивала, она начинала согреваться и расти, рождая во мне странное ощущение некой незавершённости, будто я должна была что-то сделать и остановилась на половине пути.

Спустя час подобных упражнений, я поняла, что окончательно извелась и в ожидании вечера тронусь умом, в трезвости которого у меня и так уже возникали сомнения, в особенности, когда я вспоминала наместника, его голос, взгляд, жесты…

Немного поразмыслив, я предположила, что раз это чувство незаконченного дела вызывает у меня ключ, я должна с ним что-то предпринять. А для чего предназначены ключи? Отпирать замки.

Конкретно этот мог открыть всего лишь одну дверь.

Ту самую, переступать порог которой мне запрещено.

Пальцы сами сжались на головке ключа, подсказывая, что именно к этому вынуждает меня артефакт.

Я закусила губу.

Что же делать?

Я не хотела, чтобы Сангриено счёл меня безрассудной или глупо рискующей. Я ведь с таким жаром доказывала ему, что на мою рассудительность можно положиться. Да и страшновато без подстраховки. Лорд Мортензи, да и господин Горганз упоминали, что сила источника может свести с ума.

А ну, как я прямо на пороге обезумею?

Стоило ли дождаться лорда-герцога? Но он же сказал, что надеется, что я разберусь.