Чтение онлайн

Как следует из содержания этого документа, строительство армянской кладбищенской церкви было начато на средства того же И.Л. Лазарева; оно началось на территории, отведенной армянам рядом со Смоленским православным кладбищем, которое существует с 1756 г. Армянское кладбище запланировано как прямоугольник, имеющий 100 саженей в длину и столько же в ширину.

История строительства второго армянского храма в Санкт-Петербурге – церкви Св. Воскресения, расположенной на территории армянского Смоленского кладбища, связана с горем, постигшим семью И.Л. Лазарева. В 1791 г. на Русско-турецкой войне (1787–1791 гг.) погиб его единственный сын и наследник, гвардейский офицер, адъютант князя Г.А. Потемкина 23-летний Арутюн (Артемий) Иванович Лазарев. Его останки перевезли в Россию и погребены на том месте, где вскоре началось строительство храма. Церковь заложили по высочайшему разрешению 4 мая 1791 г., и строилась она на средства И.Л. Лазарева как усыпальница для погибшего сына, а затем стала семейной усыпальницей Лазаревых.

Строительство церкви завершили к 1794 г. 5 мая того же года ее освятили духовный предводитель российских армян архиепископ Иосиф Аргутинский и настоятель церкви протоиерей Степаннос Лорис-Меликов. Церковь построена в стиле русского классицизма конца XVIII в. Ее объемно-пространственные формы довольно просты и скромны. Существует убедительное предположение историков архитектуры, что проект армянской церкви Святого Воскресения (Сурб Арутюн) также принадлежит выдающемуся мастеру Ю.М. Фельтену [1025] . Настоятелем церкви стал протоиерей Стефан, один из двух армянских священников Петербурга.

И.Л. Лазарев скончался в чине действительного статского советника в 1801 г. в возрасте 66 лет. В 1802 г., уже после смерти графа, в притворе церкви установили беломраморное надгробие, ваявшееся в течение 10 лет знаменитым скульптором И.П. Мартосом, автором памятника Минину и Пожарскому на Красной площади в Москве. (В 1934 г. шедевр Мартоса перевезли в музей городской скульптуры в здании Благовещенской церкви Александро-Невской Лавры.) Здесь же, при храме, похоронены жена И.Л. Лазарева Екатерина Ивановна, умершая в 1819 г., и его братья Минас и Еким.

Армянская община в Петербурге обладала и недвижимой собственностью. Одновременно с храмом Св. Екатерины и тоже на средства И.Л. Лазарева по проекту Фельтена строился восточный флигель (ныне – Невский пр., 42). Дом был завершен к 1777 г. и предназначался для причта. Двухэтажный, на высоком цокольном этаже, он своей ясной и строгой архитектурой продолжил характерную для того времени застройку Невского проспекта. (В 1835–1837 гг. здание перестроено и надстроено по проекту А.И. Мельникова.)

В 1785 г. И.Л. Лазарев подал прошение на высочайшее имя о строительстве второго дома. В обращении к Екатерине II он выразил желание внести свою лепту в украшение города: «Пустырь другой половины церковной земли будет безобразием в симметрии великолепной столицы, и ежели приступить к исправлению того безобразия, от чего последовать должно немалое всему проспекту украшение…». В 1794 г. императрица дала разрешение на строительство дома при церкви Св. Екатерины, «выходя из оной по правую руку» (ныне – Невский пр., 40). Этот западный флигель ансамбля строился в 1794–1798 гг., очевидно, по проекту архитектора Е.Т. Соколова. Фасад здания близок к решению фасада восточного флигеля, только на уровне третьего этажа были помещены барельефы как дань новым веяниям в архитектуре. Оба церковных здания сохранили отделку интерьеров и ценны как прекрасные образцы жилого дома конца XVIII – начала XIX в. Лицевые и дворовые флигели образуют тесный двор, обрамляют церковь, не соперничая с ней своим скромным обликом. Если И.Л. Лазарев пожертвовал на строительство церкви Св. Екатерины 30 тыс. руб., то дом и каменный флигель стоили ему в 50 тыс. руб. [1026]

В 1778 г. Лазареву и его наследникам дано право на пользование «всем произведенным строением, яко собственностью». В 1800 г. архиепископ Иосиф заверил завещание Лазарева, по которому тот даровал Санкт-Петербургской армянской церкви и общине свою недвижимость.

В Российской Национальной библиотеке хранится папка, озаглавленная «Лазарев Еким: Документы о разделе наследства Екима Лазарева и об имущественных отношениях его детей. 1800–1859 гг.» [1027] . Речь идет о тексте духовного завещания действительного статского советника и кавалера Ивана Лазаревича Лазарева в пользу его многодетного брата Екима Лазаревича Лазарева. В этой папке есть следующий документ (орфография подлинника):

«ИМПЕРАТОРСКОГО ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ДОМА. СПБ. ОПЕКУНСКИЙ СОВЕТ СВИДЕТЕЛЬСТВУЕТ, ЧТО ПРИЛОЖЕННОЕ У СЕГО ЗАВЕЩАНИЕ ДЕЙСТВИТЕЛЬНОГО СТАТСКОГО СОВЕТНИКА И КАВАЛЕРА ИВАНА ЛАЗАРЕВИЧА ЛАЗАРЕВА ЕСТЬ ПОДЛИННОЕ И ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ТО САМОЕ, КОТОРОЕ ЗА ПЕЧАТЬЮ БЫЛО ПРИНЯТО В СОХРАННУЮ КАЗНУ».

«Петербургская часть» завещания содержит такие строки: «В наследие жене моей Катерине Ивановне определяю купленную мною на ея имя Санкт-Петербургской губернии в Гдовском уезде Заянскую вотчину 2 тысячи душ, которую оставляю ей в собственность. – Сверх того все имеющееся в петербургском доме моем состоящем на Церковном дворе движимое мое имущество, как то: Бралиянты, серебро, мебели, разные вещи, екипажи с приборами и прочее все оставляю жене моей в собственность и по ея смерти отдать кому она заблагорассудит, кроме картин и фамильных портретов, о коих упомянуто будет ниже; касательно же до письменных дел и бумаг в кабинете моем находящихся, то все по смерти моей немедленно ей жене моей запечатать, а каким образом потом с ними поступить, о том оставлю ей особую записку. – При том завещаю во-первых: владеть ей жене моей и пользоваться по смерть ея петербургским домом моим на Церковной земле мною построенным от оных Церковных домах распоряжения и Архиепископом нашим, Иосифом утвержденнаго» [1028] .

Согласно завещанию, наследник И.Л. Лазарева, его младший брат О.Л. Лазарев обязывался внести в Опекунский совет 200 тыс. руб. с тем, чтобы из основного капитала и процентов с него составилась сумма, достаточная для сооружения «со временем приличного здания для воспитания и обучения бедных детей из армянской нации». По завещанию дома передавались наследникам Лазарева по мужской линии до четвертого колена, после чего становились собственностью армянской общины. (В 1904 г. князь С.С. Абамелек-Лазарев передал дома по Невскому пр., 40–42, армянскому церковному управлению.)

Во время правления императора Павла I (1796–1801 гг.) издана грамота о том, что российская корона берет армянский народ под свое покровительство (1798 г.). В том же году император Павел I купил у графа И.Л. Лазарева его имение в Ропше в память о своем отце Петре III, где тот был убит в результате дворцового переворота.

Архиепископ Иосиф продолжил свою активную деятельность на ниве духовного просвещения. Будучи одним из руководителей армянского освободительного движения, он всецело поддерживал деятельность своих соотечественников, связывавших освобождение Армении с христианской Россией. За свою деятельность архиепископ Иосиф, его братья и племянники были возведены императором Павлом I «в княжеское достоинство с дозволением именоваться Аргутинскими-Долгорукими (Еркай-набазук)».

Проявляя большой интерес к древнеармянской литературе, особенно к литературе духовной, и стремясь распространять ее среди народа, архиепископ Иосиф основал армянские типографии в С.-Петербурге, Новой Нахичевани и Астрахани, в которых был издан ряд богослужебных книг, важнейшие труды Нерсеса Благодатного (Шнорали), некоторые исторические сочинения, а также русский перевод чина священной литургии Армянской Церкви и другие богослужебные тексты. В 1799 г. в Петербурге напечатана книга под названием «Исповедание христианской веры Армянской Церкви, переведенное с армянского на российский язык и изданное тщанием преосвященного Иосифа, архиепископа всего армянского народа, обитающего в России, и кавалера князя Аргутинского-Долгорукого». (1-я глава – Исповедание христианской веры; 2-я гл. – Чин крещения и миропомазания; 3-я гл. – Таинство святой и Божественной литургии.) В 1857 г. уже вторым изданием напечатан «Чин священной и божественной литургии Армянской Церкви. Перевод с армянского архиепископа Иосифа князя Аргутинского-Долгорукого» (2-е изд. СПб., 1857).

Нельзя обойти вниманием фигуру переводчика и языковеда Григора Ходжамаловича Халдаряна (Халдарова), являющегося пионером армянского типографского дела в столице России. Уроженец Нор Джуги, Г. Халдарян вначале занимался торговлей в Индии, а затем обосновался в Лондоне. Уже будучи известным лондонским книгопечатником, в 1779 г. Халдарян перебрался в Россию с целью завести там армянское книгопечатание. По его заказу в Голландии изготовили «десять различных шрифтов армянских букв». Под покровительством архиепископа Иосифа в 1783 г. он открыл типографию в одном из домов при церкви Св. Екатерины (левый флигель).

Первым изданием стали сочинения католикоса Нерсеса Шнорали (ХII в.), затем выпущена книга архимандрита Егише (V в.) «О Вардане и войне Армянской». Одним из лучших изданий стал составленный им же первый армяно-русский словарь (издан в 1788 г., уже посмертно). После смерти Халдаряна его вдова Екатерина (Катарине) Захаровна продолжила дело своего супруга. Она завершила издание словаря и вошла в историю как первая армянская женщина-издатель. Одним из интереснейших изданий Е. Халдарян стал первый в истории учебник русского языка для армян, озаглавленный «Книга, содержащая в себе ключ познания букваря, словаря и некоторых правил из нравоучения». Составителем книги стала Клеопатра (Мариам) Сафарова, дочь богатого петербургского судопромышленника. Она же усыновила и воспитала будущего известного дипломата и литературного деятеля того периода Артемия Араратского.