Чтение онлайн

Если бы не моя запущенная и взвинченная сила воли, он бы отключился на мгновение, угомонил мой пыл и заставил задуматься над сделанным выбором. Однако ему не было известно, что такое мужская гордость. Гордость, которая не позволяла мне нарушить данному себе слово и тем более упасть в грязь лицом перед Кори.

— На груди тоже раны открылись, — произнесла она, сидя на траве и указывая пальцем на стекающую кровь.

Восемьдесят шесть, восемьдесят семь…

Ноги горели. Колени начинали зудеть, а затем стали ощущаться чугунными, словно в них засыпали пару мешков песка. Дыхание часто сбивалось, из глотки доносились сухие хрипы, а стекающий со лба пот то и дело застилал глаза. Чувство обезвоженности, помноженное на усталость, наконец довели организм до точки, и я пошатнулся на месте.

Девяносто два, девяносто три.

— Знаешь, а ведь это можно было сделать и после, чего ты вообще добиваешься этим? Хочешь, чтобы завтра не смог встать?

Девяносто восемь, девяносто девять, сто!

Я выполнил последний повтор, заметил, что интерфейс засчитал мне полную тысячу, и свалился на траву. Кори сидела рядом и, с натянутым на лицо шарфом, непонимающе смотрела на то, как двигалась моя грудная клетка. Несмотря на усталость, тяжелое дыхание с сухими хрипами и раскрывшиеся, будто алые бутоны, раны, я улыбался. Точнее, не просто улыбался, я был счастлив.

Кори молча взяла нарезанные на лоскуты тряпки, промочила мои раны и принялась повторно обрабатывать их мазью. Было всё же нечто безмятежное в этом мире. Нечто, заставляющее попросту остановиться и бездумно смотреть на облака. Однако стоило лишь опустить голову, как приходило понимание, что под ногами была кровь. С одной стороны яогуаи, с другой кровожадные градоправители, а с третьей небесные боги, воплощённые в лице ИнЛона и СюанУ.

И где-то между ними должен был затесаться я.

— Это того стоило? — спросила девушка, жестом попросив меня сесть.

Я трижды выдохнул, вернул дыхание в норму и ответил:

— Каждая пролитая капля пота и крови, —кажется, Кори улыбнулась. Я повернулся к ней спиной и, ощутив тёплое прикосновение её пальцев, спросил. — А зачем ты тренировалась?

Она пожала плечами.

— Так было надо.

Немногословна, как всегда, хотя во время битвы то и дело бросалась колкими выражениями и не жалела слов в рассказах про техники. Я решил, что, раз уж она не хочет рассказывать, видимо, для этого есть свои причины. Можно было, конечно, настоять, попросить её продолжить, вот только смысл? Однако Кори, закончив с очередной раной, погрузила кончик пальца в мазь и добавила:

— Меня хотели отдать в секту, так как я проявляла достаточный потенциал, но у семьи не хватило цен. Пришлось, как-то использовать этот самый потенциал и начать им зарабатывать.

— Так и вступила в содружество охотников?

Она кивнула.

— Да, вот и вся моя история. Серая, скучная, ничего интересного. Если ты надеялся услышать нечто из ряда вон выходящее, то спешу тебя огорчить.

— Рано.

— Что рано? — с интересом спросила Кори.

— Рано ты точку ставишь на своей истории, она ведь только начинается. Держи локти выше, Кори, и не забывай, что у тебя всё ещё впереди.

Девушка внезапно остановилась, перестала обрабатывать мои раны, а затем тихо спросила:

— Поэтому ты решил тренироваться?

— По этой и по другой причине. Я пока ещё не до конца осознал, но думаю, что у меня попросту нет другой дороги. Так что вряд ли это можно назвать прихотью — скорее, необходимостью.

Кори закончилась с последней раной, вытерла пальцы о тряпку и звонко шлёпнула меня по спине.

— Ну и что дальше в твоих тренировках?

Я обернулся, посмотрел на девушку и впервые заметил, что, несмотря на всю эту маску, она была чертовски красива. Однако не успел я ничего сказать, как за спиной у меня активизировалось место силы. Оно, как и раньше, манило меня своим присутствием, будто верный пёс, без остановки требуя к себе внимания.

— Медитация, нужно заняться медитацией.

Кори кивнула.

— Значит, медитацией.

Я занял место, медленно выдохнул и удивлённо посмотрел на спутницу.

— Ты что, так и будешь здесь сидеть?

— В лагере сами справятся, да и настала моя очередь дежурить в долине, так что, если ты не против, посижу и побуду здесь какое-то время. Или ты хочешь, чтобы я ушла?

Я ухмыльнулся, принял медитативную позу, закрыл глаза и коротко ответил:

— Нет.

— А я вам говорила, что не стоит так перетруждаться, и надо дать пожилому организму отдохнуть

ЛинЛин помогла дедушке Рена сесть на лавочку возле лапшичной и поставила перед ним стакан с горячим зелёным чаем. Старик выглядел не лучшим образом, с другой стороны, кто бы смотрелся иначе в его почтенном возрасте ста двух лет? Пускай он и не понаслышке был знаком с процедурами культивации, за свою жизнь ему так и не удалось укрепить своё тело настолько, чтобы похвастаться отсутствием морщин.

Девушка отправилась на кухню и принялась стряпать небольшой перекус. Её собственный дедушка занимался инвентаризацией в подсобке и что-то бурчал себе под нос. В такой поздний час всё, что смогла сделать ЛинЛин, — это быстро нарезать мочёные давленные огурцы с чесноком, поджарить мягкий тофу и выложить на тарелку побеги соевых бобов. Они приятно хрустели на зубах и подходили даже для тех, кто давно жевал только дёснами.

Она вернулась в зал, поставила еду перед стариком и устало вытерла испарину со лба.

— Сядь, отдохни, — произнёс дедушка Рена, указывая на лавочку через стол.

— Что-то, да… — выдохнула ЛинЛин, усаживаясь напротив. — Что-то день совсем тяжелый. Интересно, а как там дела у Рена?

Старик сделал глоток чая, улыбнулся и задумчиво спросил:

— А ты последнее время часто интересуешься моим внуком.

Девушка покраснела и принялась спешно объясняться:

— Нет, то есть да… Я просто переживаю за него, вот и всё! — она наклонила голову и, понизив голос, продолжила. — Хотя, в последнее время он сам на себя не похож. Такой серьёзный, постоянно пытается заработать цен, начал ходить в походы, а теперь вообще собрал собственную экспедицию! А ведь ещё совсем недавно он и палец о палец ударить не мог, мне приходилось тащить его за собой. Однако теперь… Кажется, я начинаю от него отставать.

Старик закинул палочками в рот квадратик жаренного тофу, тщательно его прожевал и ответил: