Хранительница дракона
Шрифт:
В Ансолен прибыли чуть позже полудня. Улицы на въезде в деревню оказались почти пусты, и Эрика уже хотела было расслабиться, но чем дальше они с Грассомом продвигались, тем больше народу становилось. Эрика не понимала, зачем демон везет ее в центр, почему не высадил у околицы, но первой заговаривать по-прежнему не решалась. Хотя ей вдруг и показалось, что Грассом совсем расслабился — кажется, она пару раз даже слышала его смешки, когда дергалась от внимательных взглядом земляков.
О, да, на них оглядывались. Видели незнакомого наездника, узнавали похищенную больше месяца назад девушку. Перешептывались. Некоторые даже спешили следом за лошадью Грассома, видимо в надежде узнать, что же будет дальше и точно ли девушка — та самая пропавшая Эрика. Последней от всего этого было не по себе, она старалась не смотреть на знакомые с детства лица и тихо проклинала Грассома за то, что он демон и поступает соответственно — как любой другой демон.
Чем ближе они подбирались к центральной площади, тем больше людей обращало на них внимание. Еле слышные шепотки превратились в целый гул голосов, и теперь Грассом откровенно забавлялся реакцией Эрики на все происходящее.
— Что, золотце, непривычно возвращаться к обычной жизни после того, как тихо дома у моего брата? — произнес Грассом на ухо Эрике, заставляя лошадь постепенно замедлиться. Как будто специально — совсем скоро они остановились, а жители Ансолена взяли их в кольцо. Скорее изумленное и озадаченное, Эрика то и дело слышала с разных сторон фразы:
«Она что, вернулась?»
«Отец ее вроде говорил, что дракон похитил…»
«А ты что, не видишь, что спаситель привез? Даже на белом коне!»
«А с чего ты взял, что спаситель?»
«Так ослеп, что ли? Вон ведь, княжеский герб у него!»
— Зачем ты все это творишь?! — прошипела Эрика, не оборачиваясь на демона и крепче цепляясь за рожок седла перед собой. — И как ты… Все еще зовешь его братом после того, что сделал?
— Ну, не бросать же мне тебя посреди дороги? — Грассом, Эрика уверена совершенно точно, осклабился и нахально сверкнул глазами. И куда только холод подевался? — Здесь же деревенщина бродит, мало ли что сделают с бедной девушкой.
— И откуда в тебе сейчас столько заботы взялось?
— Долг братцу отдаю, — это демон процедил уже сквозь зубы. — А теперь будь добра, покажи людям свое личико, а то не верят, что это правда ты вернулась.
Эрика оскалилась, но голову все же подняла. По собравшейся толпе тут же прокатилась новая волна изумленного шепота.
«О… Она. Живая!»
«Это Эрика! Точно, Эрика!»
«Вернулась!»
«Где Астрид?!»
«Зовите Ульвара! Его дочь вернулась!»
За спиной раздался тихий, неожиданно мягкий смех, и Эрика вздрогнула, оборачиваясь. Кажется, она еще никогда не слышала смеха Гассома, и подобное сейчас казалось издевательским и неуместным. Увидев мрачный взгляд спутницы, демон, впрочем, лишь очаровательно улыбнулся.
— Добро пожаловать домой, золотце.
— Да иди ты знаешь, ку…
— Эрика!
Услышав последний вскрик, Эрика вздрогнула и обернулась. Чуть позади всей толпы стояла мать. Она жадно всматривалась в черты девушки заплаканными глазами, и Эрика невольно вздрогнула. Даже отсюда она прекрасно видела, как осунулась мать за все прошедшее время.
— Кажется, тебе пора.
Грассом ухмыльнулся и легким движением помог Эрике слезть с лошади. Девушка даже не пыталась сопротивляться, тут же сосредотачиваясь на ощущениях: ноги подкашивались, все тело дрожало от шока и неверия в происходящее, а потому было важно… ну хотя бы не сорваться сейчас прочь из деревни и заставить себя попытаться улыбнуться.
— Да, кстати, — демон, впрочем, не позволил сразу Эрике отойти. Перехватил ее за плечо, наклонился ближе и ткнул пальцев в висящий на груди кулон — оберег Рагнара. — Золотце, эту штуку я бы на твоем месте снял. Здесь она тебе ни к чему, да и мешаться будет.
Грассом заглянул девушке в глаза и ухмыльнулся — насмешливо, но не зло, совсем как когда общался с Рагнаром в горах. Эрика сжала в руке кулон, поджала губы и едва удержала себя от того, чтобы прямо сейчас не влепить своему «спасителю» пощечину. Отступив, она тут же оказалась в объятиях какой-то девушки — Эрике понадобилось пара секунд, чтобы вспомнить, что перед ней подруга детства, Ребекка. Она что-то лепетала, прижимая Эрику к себе и утягивая за собой в толпу.
Тут же Эрика ощутила, что как будто перестала существовать. Поняла, что вокруг слишком громко, слишком многолюдно, слишком неприятно. Но вырваться ей сейчас не дадут, не отпустят. Придется терпеть.
За спиной раздался смех Грассома, и Эрика резко обернулась, внимательно прислушалась. Как оказалось, смеялся демо не над ней — над вопросом, который задал кто-то из деревенских мужиков. Краем уха, уже отворачиваясь назад, к матери, к которой ее потащила Ребекка, Эрика услышала слова Грассома:
— Да, можно сказать, что спас ваше красавицу от дракона. Нет, не убил. Пока… он под охраной гвардейцев. Я?.. Ну, можно сказать и так, что тоже из гвардейцев, да.
Грассом засмеялся громче, а затем его голос затих, сменился удаляющимся топотом копыт лошади. Эрика зажмурилась, опуская, но оборачиваться и смотреть вслед не стала. Внутри лесным пожаром разгорелась злость и, кажется, ненависть. Они обжигали легкие, так что мгновенно стало нечем дышать, и когда Ребекка наконец вытолкала Эрику из толпы в объятия матери, девушка отчаянно всхлипнула и тут же свалилась на плечо уже тоже рыдающей Астрид. Та прижала дочь к себе, что-то бормоча о том, что Эрика живая и вернулась.
Наверное, Эрика должна была радоваться, что ее искали и ждали. Наверное, ей нужно было выбросить из головы Рагнара и его проблемы и заставить себя быть здесь и сейчас — с близкими, которые места себе не находили, пока понятия не имели, что с ней и где она. Но Эрика не могла. У нее не получалось. Все ее мысли наполнились лишь страхом за Рагнара и полным, тотальным непониманием — что ей делать с собственной жизнью дальше.
Глава 13. Бежать нельзя остаться
— Проходи в дом, проходи скорее, родная. Сейчас, — с придыханием частила Астрид, пропуская Эрику первой. — На кухню, дорогая, скорее на кухню! Сейчас обед тебе сделаю. Оверст, тебя и не кормили небось толком… Так похудела! Бедная моя девочка, бледная, тощая… Что с тобой делал этот изверг… Слава Оверсту, спасли! И такой милый гвардеец тебя привез, сразу видно, князь заботится о простых людях…
— Астрид, ну какой обед, ее только что привезли домой, — ворчливо вставил отец в трепыхания супруги реплику. — Ей отдохнуть надо, освоиться… Столько времени у чудовища прожила.
— У чудовища прожила и ничего не ела! — Астрид едва сдержалась, чтобы не дать Ульвару подзатыльник. — Обед не помешает! Я же не заставляю помогать… Ну, не стой, милая, проходи скорее, садись, — последнюю фразу женщина адресовала уже Эрике. Калле, садясь рядом с сестрой, только тихо вздохнул, наблюдая за происходящим.
Астрид метнулась к печи. Женщина продолжала о чем-то причитать, украдкой поглядывая на Эрику и утирая слезы. Она принялась что-то торопливо готовить и полностью пропускала все попытки Эрики ее остановить мимо ушей. Отмахивалась: мол ей не сложно, а Эрике просто необходима забота после зверского обращения у этого змеюки подколодного, ведь мало ли что он делал с ее бедной ненаглядной кровинушкой.