Чтение онлайн

Съезд социалистов в Эпине оказал большое влияние на сторонников Р. Бюрона. В ноябре 1971 г. на IV национальном конвенте «Objectif 1972» после жарких дискуссий меняет название и реформирует структуры (появляются федеральный комитет с представительством от 10 регионов и руководящий комитет, фиксируется статус региональных ячеек), став «Objectif socialiste». Общий идеологический посыл проходит под знаком ощущения кризиса мирового капитализма и необходимости преобразования капиталистической системы в социалистическое и федеративное общество, объединить социалистические силы [137] . Движение подтверждает свою верность объединительной стратегии левых сил, но считает взятие власти лишь электоральным моментом, тогда как реформирование общества требует решения более глубоких задач. Для приспособления структур движения к новым задачам создается «временная комиссия» для разработки устава, издания бюллетеня и актуализации программы. От нее же требовалось установить стабильные контакты с ФСП, ОСП, ФКП, ВКТ и ФКДТ. Однако коммунисты и ВКТ оставили инициативу без ответа [138] .

Взяв курс на поддержку стратегии «Союза левых сил» на парламентских выборах 1973 г., движение все теснее идеологически сближалось с социалистами. Об этом, свидетельствует, например, совместное заявление «Центра коммунистической инициативы», «Objectif socialiste», ОСП под названием «Шесть часов для социализма» [139] .

В ноябре 1972 г. состоялся II съезд «Objectif socialiste». В его перспективе в октябре в специальном номере партийного бюллетеня была представлена подробная картина состояния движения. Во-первых, была упорядочена структура. В апреле 1972 г. временная комиссия была преобразована в федеральный комитет (40 членов, из которых 40 % избирались национальным конвентом, а 60 % определялись локальными группами), генеральный секретариат был реорганизован в исполнительную комиссию (7 членов, из числа которых избирались председатель, секретарь и казначей движения). Были предусмотрены наличие и активность локальных и секторальных групп движения (минимум 5 членов в каждой, с полной автономией и членскими взносами как источником финансирования) на различных собраниях или коллоквиумах, проведение летней сессии для активистов и членов, установление отношений с прессой (например, с газетами «Комба», «Круа», «Монд») и профсоюзами (исключая ВКТ и «Форс увриер»), партиями (исключая ФКП), международными организациями (например, европейской левой). В отдельную структуру были выделены региональные группы, которые должны были создаваться с разрешения руководства локальных групп. Наконец, фиксировался статус национального съезда как основного партийного органа, но число членов которого должно было определяться ежегодно, исходя из состояния численности движения.

Во-вторых, были конкретизированы задачи движения. Ими стали: «поиск новых форм изучения политических проблем, политических действия и структуры, интегрируя в наш демарш конкретные и повседневные проблемы французов, выражающиеся в самой разной социальной борьбе, и в нашей перспективе социалистического и федеративного общества, толкающие к самоуправлению во всех областях».

В-третьих, в плане деятельности и идей констатировался политический упадок Европы, зажатой между двумя блоками и неспособной выбрать свою идентичность, нерешенность проблем стран третьего мира – во внешнеполитическом плане, эволюция общества и отсутствие политической альтернативы и изменения (хотя Совместная программа левых сил стремилась заполнить эту пустоту) – во внутриполитическом плане. Таким образом, по мнению членов «Objectif socialiste», предстоит выбор между двумя социализмами: этатистским, авторитарным и федералистским, самоуправленческим. Выбор должен пролегать исключительно через парламентский и легальный путь взятия власти [140] .

Смерть Р. Бюрона в апреле 1973 г. стала моральным ударом для его сторонников. Новым руководителем движения становится Андре Жансон, выходец из социалистических кругов. Снова был взят курс на возврат к автономии и интеллектуальной деятельности. «Objectif socialiste» все активнее вовлекается в дискуссии о самоуправленческом социализме. В движение интегрируются «Центр исследований и социалистических инициатив», «Социалистический фронт» (производное от Конвента республиканских институтов, некогда руководившегося Ф. Миттераном). Теперь снова речь идет о том, чтобы остаться структурами исследования, образования и приема, продолжая ассоциироваться с левыми силами. Первоначальная цель – занять пространство между коммунистами и социалистами – была отброшена.

Об этом, в частности, свидетельствуют материалы III национального съезда «Objectif socialiste», состоявшегося 10–11 ноября 1973 г. В своем докладе А. Жансон подчеркнул выбор в пользу поддержки

Союза левых сил, а также готовность участвовать в дискуссиях о самоуправлении наряду с ОСП и ФКДТ, и подтвердил членство в рядах «Комитета связи за социалистическое самоуправление» (объединившего крайне левые группы и ОСП М. Рокара). В итоговой резолюции съезда отмечалась важность информации и изучения вопросов стран «третьего мира», науки, политики, европейской интеграции, образования, самоуправления, социальных проблем; необходимость участия в политической жизни и акциях; поддержка членов «Objectif socialiste» в их внешних обязательствах; приверженность построению социалистического общества на базе самоуправления; продолжение деятельности «Комитета связи за социалистическое самоуправление» и его открытость всем партиям и активистам [141] .

Однако такой поворот в стратегии и задачах вызвал неоднозначную реакцию внутри движения. По сути, это вело к размыванию политической самостоятельности. В ноябре 1973 г. руководством перед членами «Objectif socialiste» ставится выбор – или членство в Социалистической партии, или вступление в ОСП. Оставшись в меньшинстве, социалистические активисты во главе с Ж. Офредо покидают движение.

На президентских выборах 1974 г. движение поддержало кандидатуру Ф. Миттерана от имени «самоуправленческого социалистического течения», но выступило умеренным критиком Совместной программы левых сил. В специальном коммюнике подчеркивалось, что «такое единство не должно ни в коем случае означать, что различные течения социализма отказываются выражать, каковыми являются вне избирательной кампании их перспективы» [142] .

Однако итоги президентских выборов 1974 г. вызвали разочарование в «Objectif socialiste». Летом того же года движение поддержало призыв к проведению «Национальной конференции социализма» (Assises Nationales du socialisme) со стороны Ф. Миттерана, на которых должно было решиться будущее «Objectif socialiste». Этот вопрос обсуждался на специальном заседании федерального комитета 5 октября 1974 г., но конкретного решения принято не было [143] .

В октябре А. Жансон активно участвовал в социалистических конференциях (assises du socialisme), призванных выработать и актуализировать стратегию левых сил. Их итоги обсуждались на «национальном дне» «Objectif socialiste» 1 декабря 1974 г. Тогда прозвучала критика Совместной программы, которая виделась членам движения больше как «разрыв», нежели как «проект реформы капиталистического общества», обсуждалось ухудшение экономической ситуации в стране из-за нефтяного кризиса, констатировалась неудача «национальных конференций» из-за разногласий среди левых. Вновь была повторена цель движения: «стать самоуправленческим течением» [144] .

19 апреля 1975 г. IV национальный съезд движения принял решение о новой смене названия на «Социалистические перекрестки» и руководства движения [145] . Но лишенное финансовых средств, движение не смогло пережить новую трансформацию и окончательно прекратило свое существование к 1977 г.

Закат партии МРП имел следствием возникновение новой организации христианских демократов под названием «Демократический центр» (ДЦ). В самом общем виде, процессы партийной трансформации, предпринятые командой Ж. Леканюэ, вписываются в общий ход эволюции христианской демократии. Известный политолог М. Дюверже в своей книге «Демократия без народа» дал контуры такой эволюции, сравнивая итальянский и французский варианты. По его словам, успех МРП во Франции и «Христианской демократии» в Италии был следствием их антикоммунизма. «В послевоенном контексте единственное средство борьбы против партий Тореза и Тольятти состояло в том, чтобы не оставить их у власти один на один с социалистами, которых они рисковали поглотить, как они это сделали в странах народных демократий. Между трипартизмом 1945 г., центристской «третьей силой» 50-х годов и перегруппировкой правых 1966 г. имеются лишь тактические различия. Фундаментальная цель остается той же: бороться против коммунизма» [146] , – писал М. Дюверже. С акцентом на антикоммунизме, как важном факторе существования христианской демократии можно согласиться, но следует добавить, что своим успехом партии подобного толка были обязаны не только ему, но и своим реформистским программам. В то же время М. Дюверже проводит различие между «лейбористским» стремлением активистов МРП, требовавших глубоких социальных реформ и находивших поддержку со стороны руководства партии, и ситуацией, сложившейся спустя двадцать лет, когда Ж. Леканюэ и Ж. Фонтане «должны будут нарушить решения съезда их партии, чтобы отвергнуть проекты Деффера» [147] . Таким образом, антикоммунизм «Демократического центра» выступает как фактор преемственности христианско-демократической политической культуры, тогда как последующая более правая и консервативная позиция сторонников Ж. Леканюэ выступает фактором разрыва с левоцентризмом МРП первых лет ее существования. Различается и глобальная цель. По мнению М. Дюверже, теперь «речь идет, с одной стороны, об объединении всех правых вокруг христианской демократии», а с другой стороны, «о сближении с радикалами и социалистами, чтобы оторвать их от коммунистов в перспективе традиционного французского центризма» [148] . Хотя увязка двух вариантов различных стратегий неверна, на наш взгляд. Никогда французская христианская демократия не ставила цель объединения вокруг себя всех правых и правых вообще (по крайней мере, мы не обнаружили в партийных архивах документов, указывающих на это). Это противоречило принципам ее существования, но также вступало в непреодолимое противоречие со вторым тезисом М. Дюверже, касающимся сближения с левыми. Кроме того, к признакам эволюции христианской демократии, выделенным французским политологом, можно добавить также реакцию на социально-экономическую и культурную эволюцию общества, а также изменения в политическом пейзаже Франции тех лет (включая эволюцию самой политической системы в сторону президенциализма).

23-24 апреля 1966 г. в Лионе прошел первый (учредительный) съезд «Демократического центра». Он собрал 1867 делегатов из 82 департаментов. Средний возраст участников составил 38 лет. По социально-профессиональной принадлежности делегатов: 30 % фермеры, 15 % саларье (кадры и рабочие), 10 % представители либеральных профессий, 15 % главы разных предприятий, ремесленники и торговцы, 10 % студенты. Это делало его достаточно представительным и демократичным. Основными темами дискуссий стали «подлинная демократия», экономическая экспансия и социальный прогресс, движение к единой Европе, безопасность Франции и Атлантического альянса. В ходе работы съезда прозвучали доклады Ж. Леканюэ о философии партии, Б. Жанно о функционировании институтов, Т. Брауна о социально-экономических приоритетах, Жильбера о внешней политике, А. Генена – о сельском хозяйстве [149] . По итогам голосования председателем был избран Ж. Леканюэ, его заместителями – радикал М. Фор [150] и «независимый» Б. Мотт. Руководящий комитет включил 41 члена, из которых 16 были бывшими руководителями МРП (в т. ч. генеральные секретари Т. Браун и П. Абелен). Среди других фигурировали несколько членов НЦНК, Р. Плевен, покинувший ЮДСР, Ж. Дюамель, П. Бодис. В целом, 44 % активистов «Демократического центра» являлись выходцами из христианско-демократических партий – «Молодой республики» или МРП, что давало свидетельство преемственности структур [151] .

В своем выступлении Ж. Леканюэ подчеркнул важность итогов прошедших президентских выборов и обновления французской политики. Новая партия не должна, по его словам, представлять комбинацию политических игр руководства партий, а быть «движением» по методу организации. По его словам, 32 % голосов, полученных Ф. Миттераном в первом туре президентских выборов, означают, что другие 68 % французов не хотят социализма. Отсюда, по его словам, возможности для нового политического проекта. Среди ключевых требований он озвучил создание «стабильного и демократического режима», достижение прогресса и социальной справедливости в рамках политики экспансии, «Францию, ориентированную к Соединенным Штатам Европы», что дало бы реальную независимость и безопасность, достижение «национального примирения». Непосредственные политические цели – выиграть ближайшие парламентские выборы и создать условия для изменения политики. «Важно помнить, – говорил он, – что даже малейшее смещение голосов может разрушить нынешнее большинство и, следовательно, позволить «Демократическому центру» стать осью французской политической жизни» [152] .