Чтение онлайн

– Давно этого хотел. Стилет отдай и посмотрим у кого претензии острее.

– Я передумал: нельзя обманывать графа. Пусть покуражиться над идейным душегубом. Мне будет приятно и мать успокоится. Передачки будет носить с крендельками. Зато сын под присмотром. Согласен приплатить для гарантии тюремщикам. А хочешь лоботомию сотворим? Вечный покой среди дураков.

– Так я пошёл? – хитро сверкнув глазами, поднялся Антон.

– Молодец, весь в меня. Двигай лопастями, гони скорость!

Антон кинулся к чёрному выходу, но путь преградил величественный Вениамина.

– Клинок, - успел выдохнуть с сожалением отпрыск, но был свёрнут по всем полицейским правилам в рогалик со стянутыми за спиной в узелок конечностями.

– Вениамина, ты что делаешь? Это мой сын, - бросилась на выручку Модлен.

Я прокрутил вокруг пальца стилет сына:

– Уверен, что жить уже поздно? – и пошёл на агента Третьего Отделения.

– Э-э, маэстро, остановитесь! – ко мне из разных концов зала устремилось, по крайней мере, дюжина перекачанных гермафродитов. Я оскалился словно крыса в западне.

– Всех девчонками сделаю навсегда, с десяток точно! – и достал второй клинок из ножен за спиной. В это время почувствовал мощный тупой удар в левый бок, словно на меня наскочил манёвренный паровоз, и потерял сознание. Последнее что отпечаталось в сознании, это пронзительный крик земной женщины.

4. Цена бессмертия

Очнулся в мрачном каземате из гранитных плит вместе с обер-камергером Его Императорского Двора.

– Граф, и в чём подвох? Меня ладно, а вот за вас совсем не понимаю вы же вроде пошли за полицией?

– Кинулся защищать даму. Результат, - обер-камергер повернулся и тяжело охнул от боли, устраивая руку.

– Вы защищали Модлен? Поздравляю! Перелом?

– Не думаю, но помяли крепко. Как я раньше не догадался. Они за нами шли от самого театра. Как щенков сделали! Опять форменную диверсию сделали!

– Кто?

– Прекратите валять дурочку! Кто, кто - корпорация! Неужели думаете, я стал бы впутывать местную полицию. У нас с подписана крупная сделка, нельзя допустить огласки ни в коем случае.

– Объясните, ради бога. Зачем эти хитрости. Не проще ли убить парламентёров и дело с концом.

– Этот ваш гендиректор – надёжный человек?

– О-хо, более чем надёжный. Ему нет выгоды: у него семья в Эль-Кадифе. Если узнают в совете директоров за сепаратные переговоры, то ликвидируют под корень, чтобы другим не думалось.

– Тогда не понимаю, откуда они узнали о переговорах.

– Лучше расскажите, кто это меня так приложил? Вот до ужасти интересно. У меня наверняка из костей домино сочинили, - я принялся проводить инспекцию опорно-двигательному аппарату, шевеля по очереди суставами.

– Вылечим в лучших клиниках империи, дайте только выбраться. Полиция из помповых ружей дала залп резиновой картечью почти в упор. Идти сможете?

– А куда деваться! Снимите-ка с меня сапог и вскройте изнутри каблук.

Граф под мои непрекращающиеся стоны стащил обувь, вырвал стельку и достал мини-шприц с флупером.

– Вы полны сюрпризов. Это яд? – он показал на медицинский прибор.

– Не дождётесь. Наркотик от боли, на пару суток хватит. Давайте уже маячок, - я вырвал флупер и нажал одну единственную кнопку SOS.

– Кому сигнал, позвольте узнать?

– Секретарю, кому же ещё? А он уже придумает быстрый старт на волю.

– Не понимаю, а что здесь может сделать ваш Ферапонт? Здесь теперь только гвардейский спецназ поможет.

– У него масса талантов. Узнаете за один из них уже скоро.

Утро началось багрово-жёлтыми пятнами на декоративной штукатурке камеры. В узкую щель между железными прутьями в руку толщиной, протиснулась знакомая летучая мышь и спустила на шнуре трубку портативного телефона.

– Приветствую, шеф, плохо выглядите. И граф с вами? Тоже не комильфо. Нельзя одного оставить. Вы, как малый ребёнок, обязательно споткнётесь.

Я помахал, скривившись, здоровой рукой в объектив летающего устройства.

– Погляжу на тебя после резиновой картечи в бок. Что придумал?

– Хорошо, что рядом оказался, уморили бы вас местные туземцы. Забейтесь под шконку и накройтесь матрасом. Мышь с крупинкой антиматерии внутри. Держитесь!

Летающий механизм выпустил позитроны наружу. Стена керамогранита исчезла в пламени аннигиляции. В руке осталась трубка с оборванным витым телефонным шнуром.

– Достойный ученик! Смену растите просто на загляденье. Почище вас разрушения наводит, - граф подошёл к отверстию и выглянул.
– Здесь оказывается километра полтора до поверхности. Высоко они нас запрятали.

Подлетела знакомая до боли беседка и прижалась к торчащему над бездной обломку плиты с арматурой.

– Вы живы! – раздался тревожный голос с небес.

– Ферапонт, это что такое? А где яхта? – мы с обер-камергером, кряхтя и ойкая за переломы и ушибы, перебрались в крохотный аппарат.

– А «Модлен» с Модлен, извините за каламбур. Ваша бывшая реквизировала судно за моральный ущерб. Вы, когда контракт подписывали с правительством Венеры, и не подумали о за её интерес, вот результат: месть обманутой в своих ожиданиях дамы.

– На яхте Семён был, как он отъём яхт у честных граждан?

– Она обманом провела агентов, которые промассировали Семёна дубинками и бандеролью отправили на Землю. Лежит в поместье со сломанной ключицей.

– Ты на этом сюда добрался?! Восхищён!
– я похлопал по витому столбику беседки.

– Ну нет, конечно, в целях конспирации вынужден был использовать садовый инвентарь, чтобы тюремщики не заподозрили. Задали вы работёнку, я как бешеный сайгак последние сутки метался между планетами.

– Подожди с хроникой титанических усилий, сначала абсент и в немереном количестве! Потом «Повесть временных лет». Да, побыстрей убираемся отсюда. Жми педали из этой тюрьмы народов.

Перед рывком в космос зависли над планетой, ожидая транспорт. Естественно решили лечить испорченные нервы абсентом из встроенного бара. Граф, помня прошлые ошибки в рецептуре, сам принялся готовить. После нескольких вдумчивых порций обратились к изрядно осоловевшему Ферапонту.