Чтение онлайн

Началась битва, в которой кости и ошмётки плоти с податливых зомби разлетались во все концы. Один взмах вражеского меча мог положить разом троих оживших покойников, и это сильно воодушевляло армию лорда. Копья работали хуже, пронзив скелета средь рёбер, воин рисковал встретиться лицом к лицу, а точнее с черепом, насаженного и подвижного мертвеца.

Вот только такие лихие воины, засверкавшие надменным уверенным взором и самодовольным блеском улыбок, в скором времени поняли, что отсечь черепушку со скелета – ещё не значит победить. Разрозненные части шевелились, хватали и пронзали их ноги. Зубы прогрызали обувь, пробираясь к пальцам. Орудия в сжатых трупных пальцах продолжали разить. Везло только самым бронированным рыцарям, но на тех у некроманта были свои уловки.

С сияющих и зашевеливших своей бахромой, словно щупальцами, эполетов слетали полупрозрачные сферы с медленно парящими внутри каплевидными светлячками нежно-сиреневого оттенка. Эти энергетические шары пролетали над полем боя и периодически выстреливали во все стороны нитями разящих молний, поражая шлемы и кирасы, впиваясь в лезвия мечей и проносясь своей силой сквозь металлическое обмундирование.

А затем Бальтазар поднял тех, кого заранее заготовил в долине. Восставали те самые мертвецы, что затаились костьми в траве и земле, ожидая своего повелителя. Прямо посреди армии Мортимера поднимались из земли небольшие отряды скелетов и начинали хватать и кромсать всех, кто попадался под руку.

Нежить окружала, хватала крючковатыми пальцами и разрывала воином одежду, доспели и кожу, раздирая несчастных на части вместе с их гербами и знамёнами. Чаще всего они атаковали кого-нибудь одного со всех сторон, а потом разворачивались и переключались на рядом стоящих.

Волны искренней паники от восстающих меж марширующих рядов покойников разносились с воплями даже бывалых и крепких мужчин, не готовых перед собой видеть пустые глазницы и холодную тлеющую плоть. Многие умирали от болевого шока прямо в процессе нападения, иные падали в обморок едва завидев рядом с собой смрадный безглазый лик с гниющим черепом.

Разумеется, выискивались храбрецы, которые мертвецов не боялись. Вот только, чтобы угомонить в недвижимый мусор останков хотя бы один скелет, приходилось довольно много и обильно его дробить. Причём покойники такому отношению в каком-то смысле были даже рады. Едва появлялась заострённая кость в переломе, как та тут же могла если уж не пронзить, то изрядно вогнуть внутрь броню в месте удара. Потом туда шла ещё и ещё одна.

Рано или поздно даже элитные рыцари имели бреши, а сквозь них и серьёзные ранения в печень, селезёнку, икорные мышцы. Хуже всего было тем, кому попросту перегрызали сухожилия. Такие уже не могли подняться, а ползающие даже с лучшими клинками в руках и шипованных доспехах они уже мало что могли сделать. Участь их была незавидной.

Меч некроманта сиял чёрно-фиолетовым цветом. Резкий удар разразился тенями в разные стороны, словно вместо одного взмаха Бальтазар совершал сразу три. Фантомные клинки разили вокруг, не жалея стражу Червегора. Более того, истинный клэйбэг своим лезвием мог ещё наткнуться на броню, а вот магические дубликаты пронзали насквозь, рассекая и кости, и органы, не оставляя ни шанса, прожигая любой металл и оставляя лишь страх смерти в выпученных глазах. Поле боя покрылось стонами ужаса и предсмертными воплями, как куполом.

Ильдар со своего посоха окружил некроманта рыжей капсулой защиты, с силой отражающей взмах каждого вражеского меча. Будто те попадали во что-то эластичное, но не пронзаемое, пружинящее на каждый изгиб и каждый удар по себе.

Воронье периодически атаковало ещё стонущих раненных, а сиреневый огонь защищал птиц от вереницы летящих стрел. Слепленные из кусков разных мёртвых животных некромантические звери напрыгивали, как науськанные псы, и разрывали воинов лорда в клочья. Те просто не понимали, как их убить. Горящие сиреневым пламенем глаза спокойно впускали вглубь черепа лезвия клинков. Рёбра их не скрывали меж собой никакого сердца, а вгрызались в плоть, как дополнительные зубы.

Лишь стражники с молотами, кистенями и булавами могли дробить чудовищ и шагающих мертвецов. И тогда Бальтазар делал пассы руками, поднимал ввысь отломанные конечности, куски рёбер, переломанные черепа и создавал из десятка мёртвых скелетов и разрушенного голема ещё более жутких и неописуемых бестий.

Челюсти некроманта сводило точечными импульсами боли в попытках удержать столько чудищ и воинов. Лёгкие будто бы наполнились иглами или мелкими гвоздями, давящими со всех сторон. Слишком тяжело для одного чернокнижника, но сейчас надо было превозмогать и делать даже невозможное.

В голове звучал голос наставника, Черноуст периодически любил говорить о каких-то там скрытых ресурсах человека. Самое время было их в себе отыскать. Каждый вдох обращался мукой, каждый выдох – неистовой пыткой, но нужно было держать себя в руках, забыть об ощущениях тела и продолжать вести свою армию.

Позвоночники собранных тварей извивались, как щупальца, несколько черепов составляли многостворчатые пасти, а иногда даже хваткие пальцы лап, которые лихо перемалывали любого, кто к ним попадался. Разверстые дикие драконы-скелеты. Пауки и скорпионы из черепов и отдельных костей, соединённые тлеющей плотью и сине-зелёной соединительной гнилью. И лишь благодаря ведущему их вперёд Мортимеру многие не отступали и с трясущимися коленками продолжали воевать с отрядами тьмы.

Но лорд и вправду преуспевал. Меч его бил цепной молнией по скелетам и зомби. Щит отражал все заклинания некроманта, какие бы тот ни швырял, а шлем делал неуязвимым даже для размашистых ударов костяных драконов из тысячи неупокоенных тел.

Кира Морвен дала трёхцветный яркий залп на врага, но в полёте все три сверкающие стрелы резко сменили свои траектории и рванули вниз, будто стали приманены зачарованным щитом. Яркие заклятья с чародейского лука рванули к Мортимеру, впитавшись своей энергией в прямоугольный заслон, переливаясь в его ауре и попросту растворяясь. Туда же слетела и энергия защитной янтарной капсулы, едва Бальтазар приблизился на расстояние действия артефакта.

– Вот и встретились, чёрный барон! – сметая отряды покойников, ринулся на некроманта правитель Червегора.

Бальтазар не сдвинулся с места, а разразился вспышками во все стороны от себя, не навредив Лорду, но хотя бы сбив его с ног. Тот быстро поднялся, глядя в глаза чернокнижнику, сделал замах, но ощутил только лязг защитной капсулы, в которой разошлась ярко-жёлтая трещина.

– Лорд Юлиан что-то там, – посмеивался, глядя в его шлем, некромант. – Зачем вы здесь? Почему не сидите в своём замке? Вас обещали вытащить оттуда с помощью чародейских порталов в случае опасности, где ж ваши маги? – развёл он руками. – Бедные стражники Червегора, жители поселений, городов, самой столицы. Ради чего они умирают? Разве я угрожал им? Хотел их истребить?

– Вы бунтарь, и по вам давно плачет плаха! – заявил ему лорд, разламывая зачарованным мечом мерцающий барьер, словно тот сделан из полупрозрачного хрусталя.

– Пусть плачет, люблю атмосферу печали, – спокойно заявлял ему некромант.

– Вы же понимаете, что эти ваши кости скоро просто сметут! Что вы здесь устроили?! Ночь среди бела дня! – скалился лорд Червегора.

– Устроил, потому что могу, – со зловещей ухмылкой отвечал Бальтазар.

– Все бунтовщики заканчивают одинаково! Почитайте летописи, углубитесь в историю! – кричал на него Юлиан.