Чтение онлайн

– Спаслась, – выпалила Лира, чувствуя внутренний порыв утешить Ксенариса, но тут же поджала губы под серьёзным взглядом лейтенанта.

– Рад это слышать...– Старейшина попытался улыбнуться, но вышло у него скверно. Вдруг Зэйн поднялся со своего места:

– Мы пойдём, узнаем, есть ли ещё выжившие. – Мужчина коснулся плеча арканки, безмолвно требуя, чтобы она шла за ним.

Девушка поднялась с места и, переполненная энтузиазма, пошла следом за Зэйном. Её переполняла радость, что им удалось спасти хоть кого-то, но радость эта разбилась о холодный взгляд Чэйза, когда они покинули камеру и двинулись обратно в главный зал, где находился Джерри.

– Что такое? – Поинтересовалась Лира.

– Ты слишком торопишься, Лира, – проговорил Зэйн, понизив голос. – Нельзя слепо верить первому встречному, каким бы измученным он ни казался. Мы не знаем его мотивов, не знаем, что он скрывает.

– Но он старейшина. – возразила Лира, возмущенно взглянув на лейтенанта. – Он страдал столько лет. Зачем ему что-то скрывать?

– Затем, что он выжил, а учёные нет, – отрезал Зэйн. – Эмоции – плохой советчик в такой ситуации. Нам нужны факты, а не домыслы. Мы проверим каждое его слово, каждую деталь. И если он лжёт…

Лира осеклась, поражённая холодностью и безжалостностью, звучавшими в голосе Зэйна. Она знала, что он прав, что доверять нельзя никому, особенно в таком месте, но в душе её кипело возмущение. Как можно сомневаться в человеке, пережившем столько ужаса?

– Джерри, – обратился Зэйн к технику, когда они вернулись в главный зал. – Проверь записи Эмили Картер, сопоставь их со словами старейшины. Выясни, что она знала о программе, о выживших, о причинах закрытия лаборатории. Нам нужна полная картина.

– В этом нет необходимости, лейтенант…

Звон, резкий и грубый, словно удар молота о наковальню, разорвал тишину. Лира обернулась и увидела, как на каменном полу, отскакивая, катается массивный металлический ошейник, только что сковывавший шею старейшины. Ксенарис же, с хищной ухмылкой на лице, наблюдал, как под кожей вздымаются забытые бугры мышц, как прежняя сила, словно вырвавшийся из заточения зверь, наливает его тело.

– Я вам сам об всём расскажу.

Застигнутый врасплох, Зэйн не успел даже моргнуть. Молниеносный рывок – и стальные пальцы Ксенариса, словно тиски, сомкнулись на его горле. Земля ушла из-под ног, и лейтенант взмыл в воздух, беспомощно болтая ногами, словно марионетка, оборванная кукловодом. Старейшина, чья сила казалась порождением древних, забытых богов, удерживал его над полом, словно пушинку. Лейтенант впился пальцами в предплечье арканца, стараясь оторвать чужую руку от своей шеи.

– Нет! Ксенарис, прошу, не надо! – Лира, с криком полным боли, бросилась вперед, отчаянно пытаясь разжать мёртвую хватку старейшины. Её пальцы скользили по его окаменевшим рукам. – Умоляю, не убивайте его!

Лицо Зэйна наливалось багровой кровью, хрип вырывался из пережатого горла, он судорожно пытался вырваться из смертельной ловушки. В глазах, мечущих молнии ярости и отчаяния, плескался животный страх. Лира, не помня себя от ужаса, почувствовала, как внутри нее вновь пробуждается неведомая сила. Воздух вокруг арканки заискрился фиолетовыми искрами, глаза засветились неземным светом. Не раздумывая, она сосредоточилась на ближайшем столе, массивном и металлическом, и силой мысли подняла его в воздух. Стол, словно повинуясь невидимой команде, устремился на Ксенариса, намереваясь сокрушить его мощью.

Старейшина, чьи чувства были обострены многократно, мгновенно среагировал. Вокруг него возникло багровое свечение, окутывая тело подобно зловещему пламени. Он взметнул вторую руку. Стол застыл в воздухе, натолкнувшись на незримую преграду, и фиолетовое сияние, окутывавшее его, зловеще перелилось в алый. Мужчина с силой сжал пальцы в кулак, и стол, словно смятый лист бумаги, беспомощно свернулся, обратившись в бесформенную груду, а после грохнул о пол.

– Успокойся, девочка, – прорычал Ксенарис, не ослабляя хватки и не отпуская землянина, его голос звучал как скрежет камней. – Я не собираюсь его убивать. Просто нужно немного усмирить его… пыл. Излишнюю самоуверенность.

Сила старейшины была нечеловеческой, словно подпитываемая какой-то тёмной энергией. Вскоре, сопротивление Зэйна ослабло, и он, обмякнув, потерял сознание, безвольной куклой повиснув в руках арканца.

Ксенарис, с презрительной усмешкой, разжал пальцы, и тело лейтенанта с глухим стуком рухнуло на пол. Зэйн лежал неподвижно, его лицо было мертвенно-бледным, а дыхание – прерывистым и хриплым, словно у умирающего зверя.

– А теперь, – Ксенарис окинул взглядом растерянную Лиру, в глазах которой плескался ужас и непонимание, – у нас есть дела поважнее.

Ксенарис повернулся к Джерри, который всё это время стоял в оцепенении, наблюдая за разворачивающимся кошмаром. Его лицо было серым от страха.

– Техник, ты откроешь остальные камеры. Освободишь моих союзников.

Джерри отчаянно покачал головой.

– Я не могу этого сделать, – пробормотал он. – У меня нет доступа. Это невозможно.

Ксенарис нахмурился, испепеляя землянина взглядом. Не говоря ни слова, он приблизился к технику, словно хищник к своей жертве. Схватив его за грудки, он с силой ударил лицом о стену. Раздался хруст костей, Джерри застонал от боли и попытался вырваться, но Ксенарис был чудовищно силён. Он нанёс ещё несколько ударов, пока лицо техника не превратилось в кровавое месиво.

– Я спрашиваю ещё раз, – прорычал арканец, его дыхание обжигало лицо Джерри, – ты откроешь камеры?

Джерри сплюнул кровь и упрямо покачал головой, сквозь боль и страх прошептав:

– Нет.

Ксенарис молчал несколько секунд, сверля Джерри взглядом, от которого кровь стыла в жилах. Алые зрачки его глаз сияли зловещим огнём, и техник чувствовал, словно мужчина роется в его мозгах, вытаскивая на поверхность самые сокровенные воспоминания и страхи. В его глазах читалось нескрываемое презрение к слабости и трусости.

– Хорошо, – наконец произнёс он, в его голосе сквозила ледяная решимость. – Тогда, видимо, придётся действовать по-другому. Более… убедительно.

Ксенарис выхватил коммуникатор из рук Джерри, словно вырывая у него часть души.

– Ксания, – произнёс он в микрофон, его голос был полон угрозы. – Спускайся.

Последовала короткая пауза, напряжённая до предела, а затем раздался встревоженный голос морбуланки:

– Ты что ещё за фрукть? Дать мне Джерри.

– Джерри немного занят, – усмехнулся старейшина. – Спускайся. Нужна твоя помощь.

Джерри закричал, захлёбываясь в отчаянии, пытаясь вырвать коммуникатор из рук арканца, но тот уже сбросил вызов.

– Не трогай её! Пожалуйста, не делай этого!
– вновь закричала Лира.

Ксенарис проигнорировал её крики.

– У тебя есть минута, Джерри, – произнёс он в коммуникатор. – Минута, чтобы передумать. Иначе Ксания умрёт. Мучительной смертью. Ну что, техник? Твоя любовь… или свобода моего народа? Выбирай. Время пошло.

Джерри схватился дрожащими руками за голову. Этот монстр ставил его перед невыносимым выбором. Освободить этих чудовищ, или обречь Ксанию на верную гибель. Минута тянулась невыносимо долго, словно резиновая. Каждая секунда отдавалась ударом в висках, разрывая сознание на части.