Чтение онлайн

– Какая трогательная глупость! Влюблена в кристаллианского пса! – прошипел он, поворачиваясь к Ксенарису. – Но это не самое интересное. Помнишь Иллирию? Так вот, она не просто спаслась, она предала нас! Связалась с землянином, с тем самым, который участвовал в нашем похищении. И знаешь что самое забавное? От него и понесла… - Элидор плюнул под ноги девушки, - грязь. Этот землянин сейчас в академии.

Лицо Ксенариса исказилось от гнева. Он вырвал из рук Джерри датапад, швырнул его на пол и раздавил ногой.

– Запереть их! Всех, кроме неё! – прорычал он, указывая на Лиру. – Ты пойдёшь с нами, дитя.

Джерри, сломленный и беспомощный, попытался возразить, но Ксенарис прервал его гневным рыком. Старейшины, освобождённые от оков, схватили Ксанию, без сознательного Зэйна и Джерри, безжалостно волоча их к камере, а после плотно закрывая дверь. Техник припал к двери, прислушаясь к остаткам разговора по ту сторону. Арканка, оцепеневшая от ужаса и предательства, смотрела, как исчезает последняя надежда на спасение.

– Идём, – жёстко произнёс Ксенарис, толкая её в спину. – Нам нужно выбраться на поверхность. Устроим встречу старых знакомых, а заодно ударим в самое сердце Межгалактической Федерации.

Девушка послушно двинулась к выходу:

– Что Вы ходите сделать?.. Убить капитана? В федерации полно таких, как он.

– Разумеется, - усмехнулся Ксенарис.- Но мы же сейчас под академией. А здесь много кадетов с разных планет. А что будет, если они умрут? Паника, недоверие, отзыв финансирования… вот как мы ударим по ним.

Лира похолодела. Она поняла. Ксенарис не собирался просто убивать. Он хотел устроить показательную казнь, посеять хаос и страх, заставить Федерацию дрожать. Они шли по тёмным коридорам, арканка чувствовала, как страх сковывает её, но в то же время в ней зарождалось какое-то ожесточённое отчаяние. Она должна что-то сделать. Предупредить, остановить, хотя бы попытаться… Но как? Она была одна, без оружия, окружена врагами, погрязшими в безумии и жажде мести.

Внезапно, арканец остановился. Они стояли у вентиляции, ведущей на поверхность. Ксенарис обернулся к Лире с хищной улыбкой.

– Готова, девочка? Скоро ты увидишь, как рушится мир, который ты так любишь. И ты будешь частью этого.

Ксания очнулась от боли в руке. Мир качался, как лодка в шторм, но сквозь рваную пелену сознания она увидела Джерри, склонившегося над Зэйном. «Он очнётся,» – в его голосе звучала слабая, но цепкая надежда. Ксания попыталась сесть, но острая, как осколок стекла, боль пронзила руку, и тихий стон сорвался с её губ.

– Погоди, сейчас,– пробормотал Джерри, осторожно ощупывая её конечность. Его движения были точными и быстрыми – вывих вправлен, и Ксания невольно вскрикнула, боль и облегчение сплелись в один клубок.

Заметив разбитый в кровь нос Джерри, Ксания, превозмогая боль, приподнялась и помогла ему вправить сместившуюся кость. Он дёрнулся, но её пальцы уверенно держали его за затылок. Закончив, она оторвала лоскут от своей футболки и бережно вытерла кровь с его измученного лица.

– Спасибо, – прошептал он, в его взгляде читалась безмерная благодарность.

– Что случиться? – тихо спросила она, не отрывая взгляда от его побитого лица.

Джерри отвёл глаза, словно прятал что-то стыдное.

– Ксенарис… он избил меня за отказ открывать камеры.

Ксания нахмурилась, в голове роились вопросы.

– Но ты же все равно открыть их… Почему? Зачем мы было терпеть такую боль. Сразу бы подчиниться.

– Потому что я не хотел открывать, но потом он пригрозил твоей смертью.
– Голос Джерри дрогнул, как тонкая струна на ветру.В его глазах плескался страх, но глубже, за этой маской испуга, скрывалось нечто иное – то, чего Ксания, хоть и ожидала увидеть в этом человеке, но отчаянно надеялась избежать. Искреннее и глубокое чувство.

Тишина наполнила пространство, густая, давящая, лишь прерывистые стоны Зэйна, пробивающиеся сквозь пелену забытья, нарушали её. Ксания смотрела на Джерри, пытаясь осмыслить глубину случившегося. Он выбрал её, пренебрёг Федерацией, нарушил клятвы. Ярость, клокотавшая в ней против старейшин, внезапно схлынула, уступая место тёплой волне признательности к этому простому человеку, который в роковой момент проявил больше преданности, чем кто-либо с её родной планеты.

– Лучше бы дать умереть мне… всем нам. Запереть лабораторию навсегда.

– Они все равно вырвались бы на свободу, рано или поздно. Заперев дверь, я лишь отсрочил бы неизбежное, заплатив за это жизнями тех, кто мне дорог… Считай меня эгоистом.

Ксания горько усмехнулась. Эгоистом. Да, наверное, в какой-то степени это было так. Но её собственный народ, хладнокровно жертвовавший жизнями ради выгоды, в этот момент казался ей чужим и далёким. В Джерри, этом слабом, испуганном пареньке, который был едва старше первокурсников, оказалось человечности, чем в ком бы то ни было.

Зэйн застонал громче и попытался сесть, но тут же зашипел от боли, схватившись за горло. Джерри тут же подскочил к нему, помогая принять более удобное положение.

– Осторожней...

Мужчина осмотрелся, понимая, что они в той самой тюрьме, Это была та самая камера, из которой они выпустили на волю разрушительную стихию, имя которой – Ксенарис.

– Нам нужно выбираться отсюда, - прохрипел Зэйн, оглядываясь по сторонам.
– Лира… Где она?

Джерри опустил глаза, не в силах смотреть ему в лицо. Ксания взяла инициативу на себя.

– Старейшина забрать её с собой.

– Они собираются устроить показательную казнь в академии.
– добавил техник.

– Нельзя этого допустить. Мы должны остановить их.
– лейтенант попытался встать, но ноги его подвели.

— Должны, — выдохнула Ксания, и пламя решимости вспыхнуло в ее душе, опаляя сомнения. Остановить Ксенариса, вырвать Лиру из его лап и, если сама судьба будет благосклонна, предотвратить неминуемую катастрофу. Шансы ничтожны, почти призрачны, но у них не было иного выбора.