Чтение онлайн

В этот момент из нашей комнатушки выскочил Джумбо с громким воплем:

– Папа, я хотел поточить твой меч, а Лия сказала, что я маленький, и дёрнула, и у меня рука разрезана! А-а!

С этим воплем мальчишка пронёсся по всему балкону и подбежал ко мне. Пока он бежал, несколько соседок уже успели протянуть в окно кусочки ткани для бинтов. Я взял один из них и собрался бинтовать, приговаривая:

– Если ты порезался, то надо нести бинты, а не нестись к папе!

– Дай-ка мне твою руку, - потребовала Арсаталия.

Она схватила мальчишку раньше, чем тот успел сообразить, что происходит, и склонилась над рукой, ведя по ране пальчиком. Я услышал, как Тала начала напевать:

– Ма, Ма, Богиня-Ма, помоги нам...

Там, где она проводила пальчиком, рана зарастала, оставляя только розовую кожу. Через несколько секунд от глубокого пореза остался только розовый след. Ух, нам бы на поле боя такую целительницу! Про подобные умения я слышал в легендах, но это были очень глубокие легенды, где-то между умениями ходить по воде и летать по воздуху.

– Ты волшебница?
– спросил потрясённый Джумбо.

Тала как улыбалась, так и продолжила улыбаться:

– Нет. Всё живое состоит из того, что пришло от Богини-Ма. Если правильно её попросить, то это живое начнет расти снова силой Богини.

Я восхитился:

– Здорово! А давно научилась? А кто тебя учил?

– Никто не учил. Я умела это всегда, с тех пор, как научилась молиться Богине-Ма. Скажи мне лучше, солдат, это твои дети?

– Нет. Мальчишка - сирота. Девчонка... тоже по большому счёту сирота. Нам её в одном из городов по пути подарили, чтобы не умерла с голоду. Мне командир приказал о них заботиться.

– И поэтому ты учишь их читать и писать, готовишь для них, кормишь, а ещё играешь по вечерам в "охоту на оборотня"?

– А ты откуда знаешь?

– По всему двору слышно, как ты по вечерам на них рычишь, а они визжат от восторга. Или как ты говоришь: "Кто не съест тёртую репу, тот не будет есть сладости!". Все во дворе думают, что ты их папа, причем очень хороший папа.

– Ха! Она так похоже тебя изобразила, - засмеялся Джумбо.

– Ну... они же дети. Как с ними не играть?

– Ну, вот и я так же. Когда вижу больного ребенка, не могу не взять его на руки. Я обнимаю его и молюсь Богине о здоровье. А потом они выздоравливают. Всегда выздоравливают. Я не знаю, почему.

– У меня была знакомая, которая не могла смотреть, как дети бедняков остаются на Новый Год без подарков. Её отец в итоге выгнал из дома за то, что она потратила на такие подарки все деньги, которые ей выделили для венчального платья.

Арсаталия изумилась:

– Как? Совсем? И она так и не смогла выйти замуж?

Глядя в эти серенькие, но бесконечно чистые и открытые глаза, я понял, что молодая госпожа Тала очень, очень молода, ненамного старше Лии. Из-за большого роста я принял её за молодую маму, но это было ошибочное впечатление.

– Пока что не вышла... насколько я знаю.

– У тебя добрые люди в знакомых. Я о таких не слышала.

– Ты ходишь в школу? В каком ты классе?

Арсаталия неожиданно смутилась и опустила глаза:

– В последнем. В седьмом. А ты?

Здесь в школу идут довольно поздно, в восемь - девять лет. Это значит, ей где-то пятнадцать - шестнадцать.

– А меня в первый класс записали. А дома, пока родители не погибли, во второй ходил, - влез Джумбо.

– А у меня всё так сбилось, что совсем непонятно. Капитан записал меня в высшую школу. Хотя я писать по-вашему почти не умею.

– В высшую школу? Тогда я, наверное, должна называть вас "молодой господин"?

– Почему?

– Только дети очень богатых родителей могут ходить в высшую школу, и то немногих берут. Нам запрещают даже заходить во двор высшей школы.

– Нет, обойдёмся без "господ". За меня отряд заплатил. У нашего капитана пунктик на тему высших знаний. Расскажи, а как можно научится твоему умению заживлять раны?

– Я уже всё рассказала. Я просто молюсь Богине и веду пальчиком по ране. Если рана сильно загрязнена, стоит её сначала промыть кипячёной водой или горячим вином. Всё.

– Я знаю! Ты тайная богиня!
– сказал Джумбо и полез обниматься.

Мне стало стыдно за мальчишку:

– Иногда он бывает бесцеремонным. Прости его. Общение с леопардами его испортило.

– С леопардами?

– Да. Он слишком долго с ними спал.

Тала была в шоке.

Только произнеся фразу до конца, я понял, что более сказочной истории выдумать было невозможно. Леопарды были дикими животными, а значит, должны были вымереть много лет назад. Не говоря уже том, что это хишники. Круче было только сказать, что он играет в кости с бесплотными девами - посланцами смерти, теми, которые приходят забирать души умерших. Хорошо, что я ещё про оборотней не упомянул.

– Они добрые, а со Львёнком мы в войнушку играем, - пояснил Джумбо.

– Он ездит на нём, как на коне, - пояснил я, отвешивая мальчишке подзатыльник. Тот смутился - про тайну оборотней его предупреждали не раз.

– А почему у тебя на щеках следы женских ладоней?

– С чёрными колдунами познакомился. Точнее, с одной колдуньей.

– Ты видел императрицу Империи Зла?- Арсаталия ужасно перепугалась.

– А ты не видела разве? Она была тут недавно. Уже уехала.

– Императрица была... здесь?

– Честно говоря, она меня спасла от гибели в бою. Но потом вот наградила плюхами...

– Так это была Она?
– Тала была в ужасе. Надо будет узнать, что в городе рассказывают про северную империю.

В этот момент дверь квартиры внизу напротив открылась, и оттуда позвали Талу домой. Девушка подхватилась и побежала вниз. Пока дверь была открыта, я успел услышать, как мама ругала Талу злобным шепотом: и как она смела прямо смотреть на мужчину, и как она вообще смела разговаривать с чужестранцем, стыдно перед Богиней за такую безголовую... И как у такой язвы смогла вырасти такая хорошая девчонка? И как бы нам освоить её умение исцелять?

Мои размышления прервал приход сержанта Зигано. Сержант пришёл проверить наше житьё. Нам нагорело за всё: за недомытую посуду, неубранное жильё и незашитые вещи. Сдерживать голос, как мама Талы, сержант совсем не считал нужным, и весь двор с интересом прослушал историю моего разгрома. Задав нам перцу, сержант ушёл с чувством выполненного долга. Перед уходом он обрадовал, что теперь мы можем не приходить на утреннее построение, и идти прямо в школу. Это было серьёзное облегчение жизни. До сих пор приходилось вставать затемно, срочно кормить детей и нестись сначала в штаб, а потом на учёбу.