Чтение онлайн

Мы отошли в сторонку и принялись терпеливо ждать, а чтобы не скучать, начали строить предположения о том, что за человек может ходить в настолько изодранной одежде. У самых последних наших односельчан одежда лучше. Даже те, кто не могли себе купить ткань, могли получить чужие обноски и зашить их. Но чтобы ходить вот так, со свисающими лохмотьями... И что самое удивительное, управляющий разговаривал с этим человеком очень уважительно.

Закончив разговор, управляющий поклонился собеседнику и повернулся к Айсфинг:

– Чего тебе, маленькая штучка?

– Простите, господин, могу я узнать, возможно ли такое, чтобы вы осенью купили у меня зерно за деньги?

– Зачем нам покупать у вас зерно, если мы можем получить его даром с других селян просто как налог за землю?

– Затем, что вы сможете потом продать его в городе князю намного дороже.

– А зачем князю зерно за деньги, если он получает его от нас даром?
– управляющий смеялся над нами.

Я почувствовал неминуемую порку. Проклятие, я не смог удержаться от того, чтобы не спрятаться за спину княжны.

– Затем, что так можно содержать больше лошадей и воинов, а с их помощью захватить ещё большие богатства.

– Хм. Хо-хо. Ты у них в семье, значит, старшая хозяйка?
– продолжал веселиться управляющий.

– Я просто хочу узнать, по какой цене я смогу продать зерно, если у нас его будет больше, чем нужно для выживания.

В этот момент человек в рваной одежде повернулся, и мы с удивлением узнали в нём нашего помещика.

– Хотел бы я узнать, как вы будете выращивать зерно? У вас же земли нет, - засмеялся наш хозяин.

Мы Айсфинг ничего не ответили, так как онемели от изумления.

– Не удивляйтесь, это одежда для тренировки собак. Я люблю тренировать собак.

– Мы распашем дальние поля, на месте брошенного села, - наконец нашла в себе силы ответить княжна.

– Ого! Хотел бы я посмотреть, как это у тебя получится! Особенно я хотел бы посмотреть на то, как ты пахать будешь, - помещик ушёл, смеясь.

Управляющий воспринял слова помещика как разрешение:

– Это серьёзный разговор, а серьёзные разговоры лучше проводить в помещении.

Он провёл нас в замок, в небольшую комнатку. Очевидно, это была его рабочий кабинет. В нём не было никаких украшений, зато по всем стенам высились стеллажи и полки с документами. Здесь были и свитки, и сшитые пачки листов, и коробки разных размеров. В коробках тоже лежали записи на листочках разного размера.

Управляющий уселся за стоящий у окна массивный рабочий стол, устремил на княжну пронизывающий взгляд и произнёс:

– Я обещаю подумать над твоим вопросом. Но у меня есть для тебя другое предложение. Посмотри на все эти счётные книги, на все эти проклятые листы с податями, недоимками и долгами. Ты не представляешь, как много здесь счётной работы. Учитель из школы говорил, ты быстро считаешь. Вычисляю я и сам хорошо, но мне бы пригодился кто-нибудь, кто проверял бы за мной расчеты. Я буду тебе платить, положим тебе несколько монет в неделю. Что скажешь на такое предложение?

– Он тоже умеет теперь быстро считать, - ткнула в меня пальцем Айсфинг.

– И его возьмём, - благодушно согласился управляющий, - расчётов здесь на десятерых таких, как вы.

– Я подумаю, но мне больше нравится стать управляющей большой фермой,- сказала Айсфинг.

– Подумаешь? Ну ладно, подумай, - управляющий заметно рассердился, но не стал показывать гнев.

– Ты что, с ума сошла?
– накинулся я на Айсфинг, когда мы вышли из замка, - Просьба управляющего - это, считай, приказ! Да и дело-то какое - не тяжелое, а почета много! В школе как узнают, что ты управляющему помогаешь, так больше пороть никогда не будут. И все наши хулиганы больше никогда твою сумку школьную отбирать и прятать не будут.

– Пороть не будут?
– эта идея княжну заметно заинтересовала. Но потом она ещё немного подумала и вынесла решение: - Не хочу быть никому слугой. Хочу иметь свою ферму, совсем небольшую, в несколько работников, и мирно выращивать зерно. Даже если это даст меньше денег и уважения. Быть слугой властителя - это, конечно, почетно. Но это жизнь в постоянной готовности услужить хозяину, а для ещё большей чести - умереть ради хозяина. Быть слугой - это совсем не то, что быть хозяином. Я не смогу. Мне нравится строить планы и смотреть, как они исполняются. Я слишком своевольная для того, чтобы становиться слугой.

Чем дольше Айсфинг говорила, тем больше она меня удивляла. Надо же, находится на краю выживания, без денег, без слуг, а ещё перебирает - это не нравится, то не нравится... Я был так удивлен, что не заметил того момента, когда ноги сам свернули на кратчайший путь - на Грушевую улицу. Вот только ходить по этому кратчайшему пути нам никак не стоило. Это была улица богатых людей, а ещё это была вотчина самой крутой молодежной банды. Трое одноклассников делали мою жизнь нестерпимой в школе, и все они входили в эту банду. Причём входили отнюдь не на первых ролях. Скорее, они были отбивным мясом.

Когда я сообразил, куда занесли меня ноги, было уже поздно. Пока я озирался, придумывая пути обхода, нас успели заметить.

– Ха! Это тот самый пупсик, который сегодня отказался делать то, что должен, - раздался насмешливый голос за моей спиной. Аргитак, мой одноклассник. Я обернулся. Аргитак был не одинок. За его спиной торчало пятеро старших ребят. Это означало, что они скучали у кого-то во дворе, издалека увидели новую забаву в нашем лице и организовали засаду. А ещё это означало, что Аноритоко, главарь этой банды...

– Все люди должны делать то, что должны делать, - раздался за моей спиной голос Аноритоко. До чего же он противный!

Я развернулся ещё раз. За главарем торчала вся остальная банда - человек двадцать, а может, и тридцать.

– Я не собираюсь издеваться над людьми ради забавы. Даже если Аргитак считает, что я должен.

Речь шла об одном случае, имевшем место сегодня в школе. Бергинотос, один из неплохих парней с соседней улицы и ученик из другого класса, вынужден был задержаться в мастерской. Его никак не отпускал учитель. За это время в мастерскую зашли наш ребята, обнаружили беззащитную сумку Берга и начали перекидываться его вещами. Берг долго бегал от одного до другого, и только я, когда мне кинули его ручку, отдал ее бедолаге. Абаргак и Аскаротак, дружки Аргитака, кричали мне этого не делать самым угрожающим тоном, но я их не послушался. Аргитак посчитал это предательством класса и прилюдно пообещал мне "не оставить этого дела без последствий". В школе он ничего сделать не успел, но сейчас, похоже, сильно вырастет в глазах своей банды, предоставив ей новую игрушку. Я против воли начал сжиматься в комочек.

– Пожалуйста, позвольте нам пройти. Мы ходили в замок по делу и не могли пройти мимо вашей улицы, - раздался голос Айсфинг.

– Обязательно пропустим, милашка, - голос Аноритоко стал сладким и ещё более противным, - но только вот понимаешь, какое дело... Если всяким говнотопам не напоминать периодически, кто они такие, и не пинать по разным чувствительным местам, то они могут подумать, что за ними теперь никто не смотрит, и что теперь они могут пинать всех, кого хочется. Например, если этот мелкий не слушает авторитетных людей своего класса, то это беспорядок, который должен быть наказан. Или вот ещё один пример. По нашим законам женщина не имеет права первой заговаривать с мужчиной, ты должна сначала поднять руку и ждать, пока тебя спросят. Уверен, что тебе это говорили. Говорили?