Чтение онлайн

— Не указывай, кого мне любить! И если я захочу, то выйду за него замуж!

Мама ахает, её глаза мечутся от меня к отцу. Звон разбивающейся чашки эхом разносится по комнате. Лицо отца наливается кровью, а глаза сверкают неистовой злобой.

— Замуж?! — рычит он, словно раненый зверь. — За этого… ходячего мертвеца?! Пока живёшь в моём доме, ты будешь подчиняться мне! Две недели домашнего ареста, Лина! Забудь о развлечениях, никаких подруг и встреч – только работа и дом! Я приставлю к тебе охранника! Двоих! Клянусь, я сделаю всё, чтобы он исчез из твоей жизни!

Его слова обрушиваются на меня, как смертный приговор. Слезы жгут глаза, но я не позволяю им упасть. Горло сдавливает, точно удавкой. Разворачиваюсь и бегу в свою комнату. Падаю на кровать и в отчаянии утыкаюсь лицом в подушку, чтобы заглушить крики и рыдания. Отец может лишить меня свободы, может следить за мной, но он никогда не сможет отнять мои чувства и воспоминания о Кайле.

И тут меня окатывает ледяной волной осознания. Если я не найду выхода и не смогу достучаться до сердца отца, то стану лишь пешкой в его игре. И рано или поздно меня заставят выйти замуж за того, кого выберет он, и я потеряю себя навсегда…

Глава 9. Кайл.

Холодный порыв ветра хлещет по лицу, возвращая в суровую реальность. Стою у бетонной стены, отделяющей трущобы от парка, и мой взгляд прикован к неприметной дыре, через которую исчезла Лина. Ее прощальный поцелуй, словно выжженное клеймо, горит на щеке – мучительно-приятное напоминание о моей непростительной ошибке. Ведь знаю, что не должен был идти на ту вечеринку на пляже, не должен был позволить себе утонуть в бездонной глубине ее глаз и не должен был влюбляться. Но теперь… не могу, не хочу от неё отказываться. Я одержим ею, жажду её, хочу быть рядом, чего бы это ни стоило. Готов отдать всё, лишь бы видеть её глаза, сияющие от счастья.

Но что я могу предложить ей, дочери главы города, кроме своей никчемной жизни? Я не герой, не рыцарь в сияющих доспехах, не принц из роскошного пентхауса. А она, несмотря на все риски, пришла ко мне в этот проклятый район, где патрульные ходят только пятерками, где даже самая древняя бабка носит под плащем старенький пистолет, где за один косой взгляд можно получить нож под ребро. И самое удивительное, Лина совсем меня не боится – угрюмого, мрачного, с мечами за спиной и черной кровью монстров на руках. Она видит во мне не Легенду, не безликий номер, а живого человека. И это пугает сильнее, чем самые быстрые и жуткие твари с -9 уровня.

Так, стоп! Нужно собраться с мыслями и рассуждать хладнокровно, как перед смертельным боем. Если я действительно хочу быть с Линой, то должен доказать, что достоин её. А значит – стать лучшей версией самого себя, держать тело в форме, мечи острыми, а разум холодным. И к чертям всё! Будь что будет! Да, отношения с ней – это чистое безумие, как спуск на -10 уровень в одиночку, но если не рискну, то так и останусь гнить в этой шахте, пока другие наслаждаются жизнью. И в конце концов, может, и я имею право на счастье? Хочу узнать, что значит жить по-настоящему, а не просто существовать. Хочу, чтобы её улыбка принадлежала только мне, и плевать на последствия.

Всё, хватит думать! Пора что-то делать. Начну с мечей, они давно требуют внимания. Значит, сперва – к старому кузнецу Ронну. А потом – в шахту, на это бессмысленное задание по зачистке -3 уровня.

Трущобы живут своей обычной, хаотичной жизнью. Лавируя между тележками торговцев и уворачиваясь от ловких карманников, я проталкиваюсь сквозь толпу. Крики зазывал, звон разбитого стекла, пьяные ругательства – обычный фон нашего района. Пройдя мимо старого дома, где на четвертом этаже ютится моя крошечная и уродливая квартира, я сворачиваю в узкий переулок, где в конце тупика дымит кузница Ронна. Бывший истребитель, пятнадцать лет назад потерявший ногу на -8 уровне, он как никто другой понимает, насколько важен острый клинок в бою.

Внутри кузницы жар пылающего горна обжигает лицо, воздух пропитан запахом угля, масла и раскаленного металла. Сажа покрывает стены, увешанные оружием на любой вкус: от искусных мечей и грубых топоров до массивных трезубцев, копий и даже луков со стрелами. Ронн, скрупулёзно оттачивающий кинжал, внезапно вскидывает голову, замечая меня.

— О, Кайл, и ты явился! — его голос, осипший от дыма, разносится по кузнице. — Мечи принёс? Или тоже на турнир собрался и хочешь что-то дополнительно заказать? Давно пора, молодец! Последние пару дней, после того как объявили призовой фонд, все как с ума посходили, точат железо, будто война на носу. Состязание в этом году будет как никогда жарким и кровопролитным, поверь моему опыту! Не зря ведь его приурочили к 400-летию основания Единого Государства, и награды для победителей обещают по-настоящему щедрые!

Я задумываюсь, нахмурив брови. Турнир… Это ежегодное кровавое шоу, созданное для утех богатых подонков со всей страны. Гладиаторские бои, где вместо рабов – истребители: треть дохнет, а победитель получает деньги, статус и свободу от шахты. Правда, есть еще второе и третье места, но там награды чисто символические – пара годовых зарплат. Я никогда не лез в это – слишком много лицемерия и пафоса, да и деньги меня никогда особо не интересовали. Но сейчас…

— Все как обычно, нужно зазубрины убрать и отполировать, — говорю я, вытаскивая мечи из ножен за плечами. — И давай без лишних вопросов, настроение сегодня ни к чёрту.

Кузнец лишь фыркает в ответ, откладывает в сторону кинжал и принимается осматривать мои клинки. Они со мной ещё со времён выпуска из академии, выкованные из «чёрной крови» – сложного сплава титана, олова, магния, кремния и ещё какого-то элемента, название которого давно вылетело у меня из головы. Ронн прищуривается, проводит загрубевшим пальцем по зазубренному лезвию и с горечью качает головой:

— Ну ты и варвар, Кайл! Как ты умудрился их так изуродовать? Я тебе сколько раз говорил: бей точно, не лупи, как дровосек! Это тебе не куски железа, а ты их не бережёшь. Сейчас такие мечи уже не создать – все ценные породы сразу в столицу отправляют. Позор тебе, Легенда, истинный позор!

— Не ворчи, ты же не старый дед, в конце концов. Сам помнишь, какие уроды иногда на -9 попадаются – хрен разрубишь. И не называй Легендой, знаешь ведь, как меня это бесит.

— Ладно, ладно, не кипятись. Отточу так, что твари от страха сами разбегутся. Но скажи, правда ли то, что судачат повсюду? Говорят, у тебя появилась девушка?

Стискиваю зубы, чувствуя, как кровь приливает к голове. Дьявол! А Ронн-то про Лину откуда знает?!

— Она не моя девушка, по крайней мере, пока. Да и тебя это не касается. И чтобы я больше не слышал о ней ни слова, понял?

— Эй, не горячись так, Кайл! — кузнец добродушно ухмыляется, поднимая руки в примирительном жесте. — Я же не со зла, просто любопытно стало. Сам знаешь, в этих трущобах новости разносятся быстрее молнии, а ты у нас своего рода герой – о ком ещё им говорить? Но молчу, как могила. Просто знай: любовь, парень, – штука коварная. Поверь старику, который повидал всякое.

Повинуясь умелым действиям мастера, в горне разгорается яростное пламя, и его рев заглушает всё вокруг. Молот обрушивается на металл, высекая снопы искр. Кузнец тщательно шлифует клинок, избавляя его от малейших изъянов, затем окунает в масло, и, наконец, на точильном камне доводит лезвие до зеркального блеска. Закончив, сразу принимается за второй меч, повторяя всё сначала. И все это время Ронн не умолкает: