Чтение онлайн

— О, да-а… — протянула Нонна, закалывая на затылке узел из косы. — Поэтому пока все остальные готовятся к празднику, мы с тобой занимаемся общественно-полезным делом.

Несса хихикнула.

— Я посмотрю, как ты будешь хихикать после тысячного сшитого мешка.

— Примерно, как от бесконечной писанины в канцелярии.

Девушки прыснули.

Дэниел заглянул в канцелярию, но Нессы там не было. Его бровь раздражённо дернулась. Где носит эту ходячую катастрофу?

Граф внимательно оглядел помещение. Кажется, она ушла совсем недавно и не закончила работу. Вопреки обыкновению, том инвентарной книги лежал поперёк стола, а не занимал своё законное место на полке архивного шкафа, который уже ломился от их количества. Между исписанных неровных листов торчал заломленный кончик страницы. Дэниел тихо цокнул. Так торопилась, что замяла страницы? Девочка–катастрофа не переживёт эту катастрофу.

Граф аккуратно приподнял страницы тома и с неприятным изумлением вытянул жёлтый смятый пергамент. Под размашистым почерком он с неудовольствием узнал руку своего давнего врага — Второго заместителя по наследным делам, человека, который уже десять лет отравлял ему жизнь.

Десятки сотен раз этот мерзкий человек отклонял его заявления и задерживал рассмотрение наследного дела.

«В доступе к Хранилищу отказать! Р. Иблис.»

«В рассмотрении дела отказано.»

«Заявление отклонить, согласно абц.3, п.27, парагр. 87, ст. 37248 Наследного Кодекса Империи.»

«Отказ.»

«Отклонить!»

«Отказать.»

Вронежский с трудом вернул утраченный графский титул, не без помощи брата и тётушки. Последняя, хотя и была заинтересована в возврате Дэниелу титула, но не спешила помогать с продвижением дела, поставив свою дружбу с некоторыми высокопоставленными чинами выше интересов брата собственного сына. Стефан же действовал с крайней осторожностью, чтобы не навредить будущей карьере.

Только спустя три месяца после смерти матери и пять месяцев, как Дэниелу стукнуло шестнадцать лет, графский титул вернулся к законному обладателю. Это было в середине одиннадцатого месяца, необычайно теплой осенью. Изрядно пожелтевшая листва крепко держалась на деревьях. С утра было прохладно и небольшой сад во внутреннем дворике усадьбы Ашперов затягивало сизым туманом. Но яркие лучи встающего солнца были признаком очередного жаркого дня.

Дэниел сидел в глубине сада на ступенях беседки, прячась в промозглой тени от лишних глаз, когда личный слуга тётушки принёс ему на серебряном подносе два конверта.

Первый — пухлый, увесистый, перевязанный бечёвкой с лиловой печатью Совета, а второй — крохотный конвертик из декоративной плотной бумаги с вензелями от его тётушки. Конечно же, Мишель давно прознала о возвращении графского титула, раз успела организовать помолвку со своей племянницей, воспользовавшись правом регента. По большей мере, Дэниелу было всё равно, кто станет его избранницей. О браке он тогда ещё не задумывался, и кандидатуру Августы Плевако воспринял спокойно.

Августина была приятной девушкой. Манерами и повадками она напоминала Дэниелу мать до того, как ту охватил недуг, однако сама Августа к юному графу не была расположена. Оказалось, что её сердце занял его брат — Стефан. Дэниел стал случайным слушателем ссоры, разразившейся между тётушкой и племянницей.

Однако глупец тот, кто посмел перечить баронессе Ашпер. Высказав племяннице всё свое недовольство крепкой бранью простолюдинки, Мишель выволокла непокорную графиню Плевако за волосы из своих покоев и захлопнула дверь. Не замеченный никем Дэниел тихо выскользнул из гостиной.

Решение о возвращении графского титула было подписано самим Советником по наследным делам. Кто поспособствовал этому: тетушка или брат — Дэниел выяснять не стал и произнёс обоим одинаково горячую пламенную речь, щедро рассыпавшись в благодарностях. Впрочем, Мишель осталась довольна.

Но Ренольд Иблис продолжал отравлять существование графу Вронежскому, тормозя и запутывая каждое дело об имуществе. Второй заместитель так отчаянно цеплялся за каждый клочок земли, пересчитывал каждую золотую монетку в банковском хранилище и отправлял на экспертизу каждое из семейных украшений, как будто всё достояние древнейшего рода Вронежских принадлежало ему.

Камнем преткновения стал исчезнувший особняк на графских землях в Соснопене. Не стесняясь, Ренольд Иблис размашистым почерком строчил многостраничные доклады на имя самого Императора об изъятии земель Вронежских в республике. Начинающиеся волнения лишь играли ему на руку. Дэниел едва не попал под трибунал из-за бесконечных кляуз Иблиса и при первой же возможности вступил на Императорскую службу. Не в силах добраться до юного графа Второй заместитель на время успокоился.

А теперь этот пронырливый чиновник снова добрался до него.

Дэниел скривился, перечитывая послание. Вот чьи интересы преследовала Несса! Ему следовало тщательнее покопаться в голове девчонки. Или же с самого начала избавить себя от отравляющего воздействия её зелёных глаз. Он подпустил её слишком близко…

Окинув взглядом стол, граф Вронежский заметил возле стопки бумаг дремлющего паучка-почтальона. Значит, шпионка не успела отправить письмо своему руководителю. Придётся проследить за ней, чтобы поймать за руку и перехватить послание.

Стиснув челюсти до скрежета, Дэниел вышел из канцелярии. Не стоит показывать подозрения.

Из-за угла склада послышался девичий визг и дружный хохот. Перепачканные в пыли и, одним небесам известно, чем ещё, Нонна и Несса вывалились на лужайку, которая была завалена рулонами мешковины.

Дэниел нахмурился и прибавил шагу. Нашли время для веселья!

— Складывайте рулоны давайте, веселушки! Это всего лишь крыса, — прогудел из глубины склада голос Эдгара. Впрочем, в суровом тоне слышались отчётливые нотки смеха.

Дэниел нахмурился. Несса уже переманила на свою сторону не только Нонну, но и его верного соратника. Придется перенести серьёзный разговор с Эдгаром на более удачное время.

Первой его заметила Несса. Продолжая смеяться, она помахала рукой и улыбнулась. Девушка не придала значения мрачному выражению лица графа, повернулась к Нонне и помогла той оттащить рулон от крыльца. Но вторая медсестра оказалась более наблюдательной, она считала выражение лица начальника лагеря и незаметно подала знак рукой Эдгару. Тот вышел на крыльцо с двумя рулонами мешковины на одном плече и мешком с обрезками в руке. Кинув внимательный взгляд на Дэниела, мужчина скинул рулоны, поставил рядом мешок и прогудел:

— Дальше сами управитесь? Если мешковины не хватит, позовёте.

Нонна, не оборачиваясь махнула рукой, отпуская Эдгара. Дэниел всё это время не сводил глаз с Нессы, пытаясь считать её.

Они отошли за угол. Разговор, отложенный на потом, пришлось начать немедля:

— У нас завелся предатель.

В ответ Эдгар лишь неоднозначно хмыкнул и тихо прогудел в ответ:

— У нас пол-лагеря предателей и религиозное общество фанатиков прямо под носом.

— Речь идет о Нессе.