Хроники Вергилии. Изгой
Шрифт:
Я продолжал тянуть, чувствуя, как с каждым мгновением во всем теле разрастается боль, пока наконец огромный брус не выскочил из пазов одной створки. Чтобы освободить ее от второго засова, засов нужно было вытащить полностью, так как он открывался в другую сторону. А сил у меня уже почти не осталось. Впрочем, как и времени – из караулки выглянул еще один стражник, наверное вышедший поискать своего пропавшего товарища. Увидев нас, он поднял крик.
– Изгой, тяни же! – в отчаянии воскликнула Дидра, прижимая к груди руки.
– Поздно, – ответил я, услышав отдаленный шум со стороны казармы. – Я не успею…
– Посторонись, дилетант, – презрительно фыркнула Светлика и, оттерев меня плечом и небрежно бросив через плечо: – Лучше спрячьтесь, – демонстративно вскинула руки.
Переглянувшись с Элем, я скользнул за высившийся неподалеку штабель бочек, побратим последовал за мной. Дидра затаилась за коновязью, и Светлика принялась колдовать.
В нескольких милиузлах от нас из казармы на дорогу высыпали стражники. Несколько секунд – и они будут здесь…
Магиня вытянула перед собой медальон и нараспев произнесла:
– Стихия воздуха! Воздушный удар!
Это заклятие было мне уже знакомо: камень в амулете девушки засверкал пронзительным белым светом, и из ладоней Светлики в ворота ударил мощный порыв ветра. Одна из створок не выдержала и с треском распахнулась, удерживавший ее деревянный брус с хрустом переломился пополам. Во все стороны полетели щепки.
– Бежим! – завопил я и, пользуясь смятением оторопевших стражников, со всех ног бросился к воротам.
– Стихия воздуха! Пылевая защита! – воскликнула Светлика, и в воздух позади нас взметнулось целое облако пыли. Оно было до того густым, что мне не стало видно, что делается за воротами. А значит, и стражникам не было видно нас.
Не теряя времени, я помчался прочь от заставы.
– Молодец! – пробегая мимо Светлики, хлопнул ее по плечу я, чувствуя, как в груди разрастается пьянящая радость. Мы покинули Лагарик!
Вскоре застава осталась далеко позади. Некоторое время я опасался погони, но, видимо, обленившиеся за сто лет мира стражники решили не преследовать столь опасных противников. Тем более что они не пытались проникнуть в город, а, наоборот, спешили из него убраться…
И я вдруг почувствовал себя СВОБОДНЫМ. Хотя я и понимал, что это чувство было ложным – охотники Алориэля все еще шли по нашему следу, а на тракте мы были слишком легкими мишенями. Но сворачивать с него было нельзя – Старлетская дорога была самым коротким путем в Дахарон, а нам следовало поспешить, потому что, если Кан уедет в Балтикус, за Великими горами он будет для нас недоступен.
Единственным минусом этого маршрута было то, что Старлетская дорога проходила через Эвиленд – самый опасный для нас участок пути. Это были земли эльфов, их дом, и Алориэль вполне мог подготовить нам там теплый прием.
Но сперва нам надо было добраться до Варвароса. Там мы могли купить лошадей и запастись провизией.
Идти было легко и приятно. Звездная ночь, призрачное сияние Эба и Ио и зыбкая лента убегавшей вдаль дороги. Каждый из нас думал о своем. Светлика закусила губу и шла, уставившись взглядом в землю и не замечая царившего вокруг нее великолепия природы, Эль казался собранным и слегка встревоженным, и только Дидра сияла каким-то детским восторгом, будто она никогда прежде не покидала душных пыльных улиц Лагарика и все вокруг было ей в новинку. Ее глаза горели, она то и дело вертела головой по сторонам, словно впервые видела начинавшие зеленеть поля и темную стену леса, вздымавшуюся у горизонта по обеим сторонам дороги.
А я думал о Кане. Когда меня не занимали насущные дела, в мыслях я неуклонно возвращался к отцу. Чем больше я о нем узнавал, тем отвратительнее он мне становился. В моей голове вновь всплыла предсмертная фраза приора: «Тот, кто продал душу Оксу, получает его силу, но даже у него есть своя слабость». Интересно, какая слабость была у Кана? И неужели он как-то связан с Повелителем Темной Бездны?
– Бред какой! Окс – такая же выдумка религиозных фанатиков, как и Всемогущий! – фыркнул я, в раздражении даже не заметив, что произнес это вслух.
– Богохульник! – мигом оживилась Светлика. Потерянное выражение на ее лице тут же сменилось фанатичным блеском в глазах, и обретшая почву под ногами магиня принялась меня обличать: – Как ты можешь такое говорить? Всемогущий сотворил наш мир, он вдохнул жизнь и в твою жалкую душу, а ты осмеливаешься утверждать, что его не существует?
– Хм… Я не вижу доказательств. – Я невольно улыбнулся, увидев, как вытянулось лицо магини при этом богохульстве.
– Когда в твою печенку вцепятся зубами демоны Темной Бездны, ты еще вспомнишь мои слова! – категорично заявила она и отвернулась, всем своим видом давая понять, что спор окончен.
– Но не раньше… – ухмыльнулся в ответ я. Мне не хотелось рушить наивные представления о мире глупой девчонки. Пускай верит в своего Всемогущего, мне-то что?
– Люди более не нуждаются в Боге, но делать что-то самостоятельно они так и не научились, вот в чем беда, – горько заметила Дидра. – Хорошо вы умеете только разрушать!
– Вы? – приподнял брови я. – А ты?
– А я верю во Всемогущего! – гордо ответила мне Дидра.
– Ну-ну. – Я снова усмехнулся. – Я поверю в него, только когда увижу его своими собственными глазами!
– Да? – Дидра окинула меня насмешливым взглядом. – Я запомню. Только ты неправ, Изгой. Вера не нуждается в подтверждении. Ты либо веришь, либо нет. Когда ты требуешь доказательств, это уже не вера. И если ты эти доказательства получаешь, то обретаешь знание. Знание, что этот факт действительно имеет место быть на нашей земле. А там, где есть знание, вере места не остается.
– Это твое мнение.
– Да, мое.
– Вот и держи его при себе.
– Эль, – неожиданно обратилась к моему побратиму Дидра, – а ты что думаешь по этому поводу?
– Мм? Насчет веры во Всемогущего? Я уже говорил…
– Дидра! Как ты смеешь столь непочтительно обращаться к почтенному эрлу эльфу? – перебив сестру, возмущенно завопила Светлика. – Простите ее, почтенный, она еще совсем неразумное дитя!..
– Нет, насчет противоречия знания и веры? – не обращая внимания на восклицание сестры, спросила изгойка.
– Хм… Возможно, я скажу прописную истину, но поверить в чудо гораздо легче, если ты видел его своими глазами. А поверить, не прося доказательств, вот это и есть истинная вера. – Эль пожал плечами.