Хроники Вергилии. Изгой
Шрифт:
Через несколько минут все было кончено. Хикс вытер меч о траву и, сплюнув через плечо, коротко бросил:
– Идем.
Не обращая внимания на его слова, я опустился на колени рядом с вяло подрагивающимися останками Дазана, из которых еще не испарилась поддерживавшая в них жизнь магия, и тихо прошептал:
– Хаташ кне, хаташ, анагх так Тел Риза, ангхор орикс Дазан! [39] Светлика…
Магиня опасливо приблизилась ко мне.
– Можешь как-нибудь… – Я неопределенно повел в воздухе ладонью, но колдунья все поняла без слов.
39
От воина воину, прими мой дар и с честью войди в Долину Света, великий победитель Дазан! (ороч.).
Взявшись одною рукой за амулет, вторую она воздела над останками Дазана и с придыханием продекламировала:
– Стихия воды! Водяной круг!
Земля под телом орка вспухла и начала стремительно наполняться влагой. Через миг там образовалось небольшое болотце, и Дазан начал медленно погружаться в жидкую грязь.
Светлика облизала губы и, перехватив амулет обеими руками, торжественно добавила:
– Стихия воды! Стихия воздуха! Ледяная тюрьма!
Земля в мгновение ока затвердела и покрылась толстым слоем голубой наледи.
– Чего вы там копаетесь? – поторопил нас невидимый за деревьями Хикс.
– Идем, – проговорил я и, благодарно взглянув на девушку, двинулся к орку.
– Зачем все эти почести? – недовольно спросил Хикс, когда мы наконец с ним поравнялись. – Дазан предал нас! Он этого не заслужил.
– Он предал нас не по своей воле, а из-за заклятия некромага, – нахмурившись, ответил я. – Кстати, Светлика, что вообще произошло?
– Я не знаю, – дрожащим голосом откликнулась магиня. – Я проснулась, услышав шорох. Он стоял прямо надо мной, а его глаза… его глаза… – Девушка всхлипнула и замолчала.
– Ну-ну, – мягко проговорил я, подавив желание утешающе погладить колдунью по голове. – Все уже позади.
Мы вернулись к костру. Эль вновь разжег его, и яркое пламя разогнало тьму на поляне. Как только мы вступили в колеблющийся световой круг, к нам тут же кинулась Дидра.
– Вы в порядке? – взволнованно проговорила изгойка, тщательно оглядывая нас со всех сторон.
– Да, – ответил я и посмотрел на своих спутников.
Получив от них подтверждающие кивки, Дидра облегченно вздохнула и села к костру:
– Что случилось?
– На меня напал Дазан. – Светлика опустилась на землю рядом с сестрой и, подтянув колени к подбородку, обхватила их руками. – Он стал зомби. Я думаю, яд некромага проник в него через укус…
– Ты же видела рану, почему ты сразу не сказала, что она настолько опасна? – всплеснув руками, мрачно осведомился Хикс.
– Откуда я могла знать?! Нас не учили этому в академии.
– А чему вас вообще учили? – вяло пробормотал орк и устало опустился на землю. – Ладно, предлагаю продолжить путь, все равно уже скоро рассвет.
Мы молча принялись седлать коней. Я вскочил на примускула Дазана и направил его к тракту.
Спустя пять дней наш отряд без дальнейших потерь добрался до Киричи. Ее серебристо-синяя гладь расстилалась перед нами подобно шелковому полотну. Но насколько Кирич была величественна и прекрасна, настолько же она была привередлива и опасна. Всегда спокойная, река могла в любой момент взбунтоваться без видимых на то причин. Почему так происходило, не могли объяснить даже королевские маги. Но эта особенность делала Кирич самой опасной рекой в Вергилии, и частенько переправы через нее заканчивались крушением паромов и десятками жертв.
– Мы поедем на пароме?
Я перехватил направленный на реку взгляд Светлики и усмехнулся.
– Хочешь, можешь рискнуть вплавь, если ты думаешь, что так Кирич будет к тебе благосклоннее!
– Если боишься, так и скажи, – ощерив зубы, насмешливо проговорил Хикс.
– Я не боюсь, – гордо отрезала магиня. – Я справедливо опасаюсь!
Дидра не выдержала и громко фыркнула.
– Не смешно, – оскорбленно воскликнула Светлика и обожгла сестру гневным взглядом.
– И очень даже смешно! – подначила ее изгойка.
– Вперед, – положил конец их пикировке орк и тронул коня в сторону покачивавшегося на воде парома.
– Три золотых.
– Сколько-сколько?! – брызгая слюной, возмущенно завопил орк.
– Три золотых! – невозмутимо повторил дородный паромщик. – Это я вам еще скидку делаю. Считайте сами – десять серебряных с человека и по пятнадцать с лошадей.
– Но я вообще даже не человек! – возмутился Хикс, а Эль благоразумно промолчал.
– Так будете платить? Или не загораживайте проход!
Как ни странно, этот толстый паромщик не испытывал никакого пиетета при виде моих нечеловеческих спутников. Наверное, сказывалась жизнь на самой границе с Эвилендом. И я, скрепя сердце, полез за золотом. Почему-то так вышло, что за все издержки в пути платил я. Впрочем, я особенно и не возражал. Золото пришло, золото ушло, зато цель нашего пути становилась все ближе.
Но одно дело платить за еду и крышу над головой, и совсем другое отдавать сумму, на которую любой крестьян мог спокойно прожить несколько месяцев, за переправу через реку. Но ведь вплавь же перебираться не станешь? И пришлось платить…
Я подивился множеству народа, набившегося на паром.
– Странно, сколько здесь людей, несмотря на грабительские цены, – словно прочитав мои мысли, проговорила Светлика, жадно разглядывая поднимавшихся на борт последних запоздалых пассажиров.
– В полуузле отсюда находится замок барона Торланда. Туда со своими товарами ежедневно съезжаются крестьяне и торговцы из всех окрестных деревень. А он потом перепродает все это эльфам, – пояснил я, заводя лошадь в специальную выгородку в центре парома.
Вернувшись к борту, я оперся локтями о деревянные поручни и тоже принялся рассматривать пассажиров.
Вот по трапу поднялся почтенный седобородый житель Тартарской провинции, с ног до головы затянутый в железную кольчугу – его легко было узнать по очень смуглой, почти как у орка, коже и покрытому ритуальными татуировками лицу. Вот, весело смеясь, на паром запрыгнули несколько воинов из гарнизона замка барона Торланда. Вот мимо прошла старуха в цветастом платке с корзиной свежих лепешек в руках, овеяв нас сладким запахом свежей выпечки. Я зевнул во весь рот и отвернулся, устремив взгляд в прозрачные глубины Дикой реки.