Хроники Вергилии. Изгой
Шрифт:
– Взрыв? – подняв брови, предположила Дидра, поочередно обводя нас всех взглядом.
– Там был тракт… – рассеянно пробормотал Эль.
Задумчиво сощурившись, он стоял в стороне от нас и, сложив на груди руки, пристально смотрел в сторону взрыва.
– Что?! – выпучив глаза, пораженно воскликнул орк. – Ты уверен?
Эль кивнул.
– Днем эльфы видят гораздо лучше орков и людей, – без всякого выражения напомнил мой побратим. – Так что я в этом полностью уверен.
– О, Всемогущий!.. – со свистом втянув в легкие воздух, испуганно прошептала Светлика.
Я медленно переглянулся с Хиксом, судя по выражению лица, он, как и я, был не на шутку встревожен. Пока что мы оказывались быстрее подстраивавшего нам ловушки некромага. Но рано или поздно наше везение кончится, и тогда за наши жизни никто не даст и ломаного медяка.
– Если бы не твой сон, Эрик, мы бы не изменили путь и, скорее всего, погибли бы, – негромко заметил Эль.
– Ладно, давайте убираться отсюда, а то, не дай Всемогущий, еще какая-нибудь пакость приключится… – Хикс двинулся к лошадям.
Как выяснилось, потерять коня умудрился не только я, но и Светлика с Дидрой. Эль же с Хиксом во время сумятицы сумели справиться со своими, и сейчас их примускулы стояли в нескольких шагах от нас и испуганно прядали ушами, периодически поглядывая назад, в ту сторону, где совсем недавно прогремел взрыв. Поэтому нам пришлось потратить еще около оборота, отлавливая сбежавших лошадей. К счастью, они мчались, в испуге не разбирая дороги, и в итоге угодили в заросли колючего кустарника и запутались в них поводьями. Лезть в колючки конечно же пришлось мне.
Исцарапанный и усталый, я все же отвоевал у леса наших лошадей, и мы снова помчались по пыльной дорогое, обгоняя мчавшуюся по пятам смерть.
Спустя три дня бешеной скачки Светлика повторила свой трюк с поисковым колдовством. Его результат оставался примерно таким же, только теперь мы были почти в два раза ближе к эльфу и его спутникам, которых осталось всего четверо. Но, несмотря на все наши усилия, мы все равно катастрофически опаздывали. Доказательств этого у меня, конечно, не было, но я ощущал это каким-то внутренним чутьем.
Зато нападений на нас больше не было. С одной стороны, это радовало, с другой – настораживало: значит, некромаг снова что-то готовит.
– Мы… не… успеваем… – прокричал я, подпрыгивая при каждом скачке мчащегося коня.
– Что, Эрик?
– Мы не успеваем!
– Почему ты так думаешь? – Дидре тоже приходилось кричать сквозь ветер, вырывавший слова прямо изо рта и уносивший их прочь.
– Эрик! Быстрее нельзя! Кони не выдержат!
– Я знаю! И все-таки надо быстрее!
И мы скакали. Скакали, все сильнее забирая на запад и останавливаясь лишь на короткие передышки, чтобы дать отдых усталым, измученным погоней за моим сном животным.
В ночь с шестнадцатого на семнадцатое мы поспали всего несколько оборотов и пустились в путь, когда Ио только подошла к краю горизонта. Солнце еще не показало свою сияющую голову, но небо на востоке уж начало светлеть.
А я изо всех сил напрягал память, пытаясь вспомнить ориентиры, которые дали бы мне и моим спутникам хоть какую-нибудь зацепку, куда надо было ехать дальше. Я точно знал, что нужная нам поляна находилась глубоко в лесу, потому что в моем сне рядом с ней не было никакого намека на дорогу или хоть какую-нибудь тропинку. Лишь стена плотно обступавших лесную проплешину деревьев.
Внезапно меня осенило озарение: дубы! Поляну, несомненно, окружала роща этих древних деревьев.
– Дидра! Там были дубы!!!
Беловолосая изгойка, рискуя на полном скаку свалиться с лошади, оторвала руку от гривы коня и молча указала куда-то вперед и вправо.
Среди худеньких кленов, лиственниц и берез, начавших покрываться молоденькой, едва народившейся из почек зеленью, угрюмой кляксой выделялось какое-то черное пятно. Я пригляделся. Это были дубы!
– Изгой! Эль! Дидра! Светлика! – когда до видневшейся впереди дубовой рощи оставалось не более восьмидесяти милиузлов, моих ушей достиг нетерпеливый призыв орка.
Хикс махнул нам рукой и резко дернул на себя поводья. Его конь поднялся на дыбы, но орк сумел удержаться в седле. Я не мог понять, зачем он решил остановиться, тогда как нам надо было изо всех сил спешить на помощь эльфу, но все же последовал его примеру.
– Нельзя так просто туда врываться! – взбудораженно прокричал орк. – Если тот, кто пытал эльфа, все еще там, мы можем нарваться на засаду! Дальше надо идти пешком.
– Но тогда мы не успеем! – с досадой воскликнул я, нетерпеливо гарцуя на примускуле вокруг Хикса.
– Эрик! Я не хочу стать трупом! – с досадой рявкнул орк. – И ты, думаю, тоже! Лишняя спешка сейчас только навредит! И нам, и твоему эльфу!
Нехотя, но я все же с ним согласился. Хикс легко соскочил с коня и привязал его к дереву. Акинаки с тихим шелестом покинули привычное место за спиной орка, и Хикс, скользя от укрытия к укрытию, начал красться к маячившей впереди стене черных дубов. Передвижение Эля по застывшему в предчувствии беды лесу было столь же тихим и незаметным, как и орка. Казалось, эти двое превратились в легкие, невесомые тени и даже перестали оставлять следы. И если для моего побратима в этом не было ничего сложного – большую часть жизни эльфы проводили в лесах, – то орки, как и люди, предпочитали жить в городах, а потому умение Хикса не могло не вызывать восхищения.
Какое-то время, еще до встречи с Элем, мне довелось работать помощником охотника, и я привык думать, что за время этой службы мне удалось в совершенстве освоить искусство беззвучного передвижения по лесу. Еще бы! Один лишний шум, и спугнутая цель уже вне пределов твоей досягаемости, а уж если эта самая цель обладает еще и приличным набором когтей и клыков, то ты имеешь все шансы из охотника превратиться в дичь. Поэтому я многие луны учился сливаться с окружающей обстановкой, становясь с ней единым целым. Но по сравнению с Элем и Хиксом я пер через лес, как корд сквозь бурелом! Впрочем, Дидра тоже меня порядком удивила – никогда не думал, что она может быть такой незаметной. А наша магиня, справедливо опасаясь, что в своем белом балахоне она будет заметна, как вурлак на Центральной площади, благоразумно держалась позади.
Нам повезло – была лишь середина весны, и подлесок еще не успел вырасти до непроходимой густоты. Вот последние деревья расступились в стороны, и нашему взору открылась поляна.
– Ох! – изумленно выдохнул я.
Да… ЭТО мне точно не снилось. Вся поляна была залита кровью, а посредине нее в самых разнообразных позах лежали четыре изуродованных тела. Они выглядели так, словно кто-то содрал с них кожу, а потом заново натянул, только уже наизнанку. Причем, судя по выражениям перекошенных от боли и ужаса лиц мертвецов, это сделали, когда они еще были живы. Я почувствовал, как к горлу подкатывается упругий комок тошноты, и уже собрался было отойти с ним за ближайшие кусты, как меня дернула за рукав Дидра.