Чтение онлайн

— Что тебе нужно в наших землях, маг? — на языке империи спросил дух. Речь его звучала почти правильно, но со странным акцентом, совсем не похожим на акцент кочевников.

— У меня нет никаких планов на ваши земли, — ответил Арон. — Я пришел за своим сыном.

— Где находится твой сын?

— В землях тууров. Около трехсот миль отсюда к северо-востоку.

— Ты покинешь Великую Степь как только найдешь его?

— Да, как только найду, покину, — согласился Арон, пряча удивления. Не так он представлял себе переговоры с духами…

— Хорошо, — отрывисто сказал дух. — Ты со спутниками можешь использовать наш путь. Тогда до земель тууров ты доберешься еще до заката.

— Великодушное приглашение… — начал Арон, но дух раздраженным жестом прервал его:

— На самом деле я бы предпочел уничтожить и тебя, и твоих спутников — кроме волчьего шамана, который зачем-то притащился с вами. Но это неразумно.

— Почему? — не удержался Арон от вопроса.

Лицо духа скривилось в уродливой гримасе. Верхняя губа на мгновение поднялась в оскале, открыв клыки, слишком острые и длинные, чтобы принадлежать человеку или эльфу.

— Потому что я не уверен, что смогу это сделать, — сказал он откровенно. — Потому что я не знаю, какие последствия будут у такой попытки. Потому что Владыка разозлится. Потому что в будущем ты можешь оказаться нам полезен. Потому что у меня есть еще десяток причин не убивать тебя и только одна причина убить — мое личное желание… Ненавижу имперских магов!

Дух взмахнул рукой, и из его ладони вылетела россыпь искр. Разрослась поверх травы, превращаясь в подобие широкой дороги, будто созданной из алмазной крошки, стелящейся дальше и дальше, к горизонту.

— Эта тропа выдержит живых. По ней вы сможете двигаться с нашей скоростью.

— Сегодня ночью, — сказал господин Митрил, глядя в окно, выходящее на восток. — Ближе к полуночи.

Альмар тоже слышал приближение Волны. Степь отчетливо звучала иначе.

Третья Волна, которую ему придется увидеть.

Потом господин Митрил отвернулся от окна, и Альмар заметил, как глубоко между его бровей пролегла вертикальная складка.

— Что-то не так? — спросил мальчик.

— Духи злы, — ответил тот отрывисто.

Альмар сглотнул, сразу вспомнив убитого им подростка-туура. Взгляд господина Митрила стал понимающим, и он тихо рассмеялся:

— Нет, парень, ты тут точно не причем. Духам нет дела до щенков, которые погибли из-за собственной дурости. Духи злы из-за чего-то куда более серьезного. В последний раз я чувствовал такую ярость Волны много лет назад…

Складка между бровями стала еще глубже. Господин Митрил подошел к своему походному мешку, вытащил несколько кошелей, раскрыл первый и вытянул оттуда то, что выглядело как амулет, и амулетом, наверное, и было — кусок прозрачного горного хрусталя на тонкой цепочке. Вытянул, повесил себе на шею поверх одежды. За этим последовали широкие кожаные ремни, которыми он обмотал себе руки от запястья до локтя и надежно закрепил.

— Что случилось тогда, много лет? — спросил Альмар.

— Нападение, — отвечая, полуэльф продолжал доставать новые вещи. Тонкий витой головной обруч из светлого металла, который он тут же надел. Две тонкие веревки, сплетенные из красных и золотых нитей. Первую веревку господин Митрил сунул себе за пазуху, вторую протянул было Альмару, но потом опустил руку и покачал головой:

— Напомни мне научить тебя пользоваться ааше-нувэ. Потом, когда Волна пройдет.

Альмар кивнул и продолжал молча наблюдать, как господин Митрил достает все новые и новые вещи. Последними оказались короткий кривой меч и парный к нему кинжал, тоже с искривленным лезвием. Такое оружие, насколько Альмар знал, любили в Каганате.

Полуэльф взял меч в правую руку, кинжал в левую, сделал несколько выпадов и защитных приемов, примеряясь, потом убрал в ножны на поясе и задумчиво оглядел Альмара.

— Кольчугу надень.

Не споря, мальчик полез в свой походный мешок.

— Вы думаете, на нас кто-то нападет?

— Не то чтобы думаю, но лучше подготовиться. Духи злы не просто так.

— А нападение, которое случилось много лет назад? Расскажите, что тогда произошло.

Господин Митрил не отвечал долго, потом проговорил с неохотой:

— Тогда от рук чужаков здесь, в Степи, погибло много людей. Когда-нибудь я расскажу тебе подробнее. Но не сейчас.

В памяти Альмара всплыло воспоминание: рассказ Ниты о том, как она спасла «Мэля». Спасла его самого, но не его маму, и за это он посчитал ее плохим другом.

— Когда оно случилось, то нападение?

Господин Митрил пожал плечами.

— Давно. Ты тогда еще не родился.

Значит, это не могло быть то самое нападение, потому что Нита была даже младше Альмара. Ей вряд ли было больше семи лет. Ну самое большее — восемь. Старше она точно не выглядела.

Выглядела…

Но ведь выглядеть и быть — это не одно и то же.

Нита называла себя чародейкой и умела вещи, доступные только взрослым сильным магам. Ходить по воздуху, например. А еще она могла появляться и исчезать где угодно без всяких Врат. Или частично менять свое тело. А когда они играли с магией, она никогда даже не заикалась о том, что ее резерв истощается. Вообще не упоминала резерв — будто бы он был бездонным или же она вовсе в нем не нуждалась…

— Подойди-ка, — велел между тем полукровка и повязал двуцветную веревку вокруг пояса Альмара, прямо поверх кольчуги, проговорив одновременно короткий речитатив на незнакомом мальчику диалекте. Потом объяснил: — Это амулет невидимости. Пока он на тебе, ничьи глаза кроме моих не смогут тебя увидеть до следующего полудня. А сейчас ложись и постарайся заснуть. Волна придет только через несколько часов.

С этими словами господин Митрил достал из очередного кошеля горсть крупных коричневых зерен бунна и закинул себе в рот. Бунна давали прилив сил и бодрости. Сам господин Митрил спать явно не собирался.

Альмар спорить не стал. Расстелил попону, устроился поудобнее, накрылся теплым зимним плащом и провалился в сон почти сразу.

Когда вдали появились очертания крепости, Тенур приказал остановиться и о чем-то коротко переговорил с двумя другими боевыми магами. Потом раздал всем в отряде по амулету — по крупному черному камню в серебряной оправе и на серебряной же цепочке — и велел надеть под одежду так, чтобы камень касался голой кожи.

Хотя черный, без бликов, взгляд камень притягивал. Его хотелось гладить, рассматривать, любоваться тем, как отражается вечернее солнце в полированной поверхности. Лисс ювелиром не был и камни знал лишь по названиям. Этот мог быть как ониксом, так и обсидианом. А может галатом или турмалином?

Остальные в отряде уже повесили амулеты себе на шеи, а Лисс свой все еще разглядывал, когда изнутри камня блеснуло сперва алым, потом фиолетовым, потом зеленым, а пальцы, держащие камень, закололо. А затем из глубины камня, словно из-под воды, выплыл глаз и уставился на него. То есть глаз оставался внутри камня, но смотрел прямо на Лисса, будто изучая. Самый обычный человеческий глаз, с голубоватой радужной оболочкой и круглым черным зрачком, который то расширялся, то уменьшался.