И станет солнышко в руках моих огромным солнцем. История женщины, которая поверила в любовь
Шрифт:
Свои девятнадцать я праздновала в ресторане. Мы устроили роскошный семейный праздник, на который неожиданно приехали первые лица рекорд-компании «АРС», чтобы поздравить. Тогда я впервые в жизни ехала домой с охапками роз, которые даже не в силах была поднять.
Через несколько дней после дня рождения состоялся разговор с Вадимом:
– Саша, ты изменилась. Какая-то сонная, заторможенная, ревешь постоянно. И грудь у тебя колом стоит. Ну-ка, ну-ка…
Вадим умчался куда-то и привез из аптеки палочку-тест. Я никогда в жизни не использовала эти тесты. И именно тогда в ванной комнате у меня впервые затряслись руки.
– А что значит, когда две полосы? Это значит «Да»???
Я сижу на диване в своей первой съемной квартире. Обнимаю куклу-пупса. Крепко прижимаю его к груди. Боюсь. Мне очень страшно! Я рыдаю, потому что не в силах говорить.
Вадим начал уговаривать:
– Блин, Санечка, ну не время сейчас! Ну посмотри, у нас гастрольный график на полгода вперед расписан, новый альбом надо выпускать, за границу едем гастролировать: Германия, Израиль, Англия, Америка! Потерпи пару-тройку лет, а потом можно и деток!
– Ну а как же певица Яна с «Одиноким голубем»? А как же Стася из «Стрелок»? Они же пошли рожать!
– Ну и где они сейчас? Ты их видишь на сцене? Вот и ты так исчезнешь… Ну, ты решай сама. Я тогда кастинг объявлю в группу, найдем новенькую на замену тебе. А потом, когда придешь в форму, откормишь, если захочешь вернуться – вернешься. Правда, не могу гарантировать, как все будет.
Я бы очень хотела, чтобы все девушки от мала до велика вчитались в эти строки, чтобы вырубить себе на сердце: когда мы принимаем решение забрать жизнь нерожденного ребенка с определенной целью – Бог заберет у нас эту цель. 100 %. Проверено.
И наоборот: если решите в неудобной ситуации сохранить жизнь детенышу (который уже на 3-й неделе крохотный человек с сердцебиением и душой ангела) – Бог разрешит вашу ситуацию наилучшим образом и даст намного больше!
Недавно я прочитала в блоге священнослужителя очень важные слова: «Ко мне постоянно приходят на исповедь с искусанными губами, измученные чувством вины женщины, которые всю жизнь каются и вымаливают прощение за убитых детей! Но я ни разу не видел мужчин, приходящих каяться в том же грехе. А ведь в таком вопросе всегда есть две стороны и ответственность лежит на обоих! Женщина практически никогда не пойдет совершать это страшное дело, если получит поддержку от сильного крепкого плеча настоящего мужчины».
Как же я плакала после этих слов! Ведь долгие двадцать лет я тащила на себе крест горя и греха, не осознавая, что тогда взрослый осознанный тридцатитрехлетний мужчина принял за меня решение, умело манипулируя и направляя…
Сейчас, работая с психологическими практиками прощения в состоянии медитации, я часто ухожу в отдельные уголки моей жизни, где стоит растерянная, грустная Саша в разных возрастах и ситуациях. Я тихо обнимаю ее и говорю, что люблю, прощаю, и Творец тоже любит и принимает ее. Говорю из ее будущего, что все наладится и все будет хорошо.
Поступила бы я так же, если бы рядом не оказалось единственного на тот момент советчика противоположного пола на тринадцать лет старше меня? С уверенностью 99 % могу сказать, что НЕТ. Я настолько не принимаю вмешательств в свое пространство, настолько плохо реагирую на любые медицинские манипуляции – я бы просто испугалась. Иногда важно, чтобы кто-то мудрый рядом помог сказать тебе «НЕТ». И очень важно научить своих детей говорить «нет». Порой это сложнее, чем кажется.
После этого тяжелейшего и в корне неправильного решения моя карьера, во имя которой я допустила такой поступок, начинает стремительно лететь вниз. Закон жизни в действии. Второй альбом не продался и вполовину так, как первый.
Спустя четырнадцать лет в Лос-Анджелесе я буду держать в руках положительный тест в полной прострации и непонимании, как теперь поднимать на ноги троих детей. В чужой стране, без мужчины рядом. Но ни за что на свете я не попрощаюсь с будущим Лёвой, несмотря на непонимание посвященных в ситуацию подруг.
И Бог дал мне и на троих детей, он дал мне ВСЕ, о чем только может мечтать женщина!
Слабая, с опухшим от рыданий лицом, я выходила из самого страшного в моей жизни медицинского кабинета. Вадим встречал меня с пакетами еды: мясо, вино и все, чтобы восстановить потерю крови. Какая на фиг потеря?! У меня самая главная потеря только что произошла!
Я смотрела на ставшего абсолютно чужим мне мужчину. В душе рождалась ненависть, отторжение. Никогда в жизни больше не смогу принять мужчину, который допускает такое со своей женщиной. Это произошло на подсознательном уровне. Мужчина, который не хочет от меня детей, мгновенно теряет в моих глазах всякую привлекательность.
Сразу же после выхода из клиники, где произошло страшное, с каждым часом во мне растет жгучее желание, которое никто и ничто не сможет больше искоренить. Убив в себе ребенка, я очень сильно захотела стать матерью.
Жизнь продолжалась. Популярность по-прежнему была очень высокой. Гастролей стало слишком много – бывало по пять концертов за несколько суток в двух странах и разных городах: ночной концерт в Перми, там же утренний, перелет в Москву – концерт на ВДНХ. Оттуда мчим в Германию, где уже ждут два ночных концерта в соседних городах в двух часах езды друг от друга.
Я мчалась по автобану со склеенными от пота и лака волосами. За окнами светлело, поля с ветряками просыпались. Спала урывками в самолетах, автобусах, машинах. У меня дрожали руки. Уши были просто оглушены от переизбытка децибелов на сцене.
С этим звоном в ушах и переутомлением я падала на кровати отелей. Бросала на тумбочку стопку зеленых купюр и вырубалась. Гонорары успокаивали и как-то оправдывали мое измождение в этом адском графике.
Мы очень много времени проводили в Германии. Выступлений в немецких клубах было так много, что приходилось жить там по два-три месяца. За границей мне было очень комфортно. Я постоянно заводила разговор, что не прочь остаться здесь на ПМЖ.
Однажды между концертами выдалась пара дней выходных, и мы рванули в Амстердам. Там мы куролесили будь здоров! Из этой поездки наши танцоры Паша и Аня вернулись как пара. После они поженились. Потом, правда, развелись, но до сих пор очень дружны и работают в одном слаженном коллективе.
Мы прозвали свою группу «шведская семья». Так часто происходит, когда работа и общение внутри коллектива вытесняют весь остальной мир. Это и становится твоим миром.
Пролетел еще один гастрольный год. Я переехала в новую съемную квартиру в Ново-Переделкино. Новую, большую, двухкомнатную!
Мне подключили интернет, и все ночи напролет я зависала в чате сайта группы Demo, общаясь с поклонниками. Больше всего меня забавляло называть себя необычным никнеймом и вместе со всеми в чате обсуждать творчество группы и саму Сашу, пока кто-нибудь не рассекречивал меня.