«В начале было Слово». Было, да!Оно сильней и мимики, и жеста,Насущное, как хлеб и как вода,И яркое, как тот петух с насеста.Люблю слова, в которых смысл и вес,В которых чисто, но отнюдь не голо.Я сам словесник, но боюсь словес.Да здравствует пришествие глагола.
«Всему свой ход, всему своя молва…»
Всему свой ход, всему своя молва,Всему свой слог в словесном обиходе.Да, ты права: я не ищу слова,Уж если что, они меня находят.Уж если что, они одним рывкомСрывают с нерва заспанную полночьИ в чём душа по снегу босикомЗа слогом слог бегут весне на помощь,За слогом слог, как благодатный ток.И день рожденья празднует цветок.
«Всего себя безумно возлюбя…»
Всего себя безумно возлюбя,Учти, цветок цветёт не для себя,Не для себя красуется, живёт,А как весна — пчелу к себе зовёт:Сюда, сюда, любимая, сюда!И погружаясь в глубину плода,Весной опять встречает нас с куста.Да воцарится в мире красота.
КРАСОТА
Взгляд весёлый, облик юный,Губ доверчивых уют,Ноги — звончатые струны —Не проходят, а поют.Всё в ней в радость, всё в ней в помощь,Всё в ней — ласка и привет.Вся таинственна, как полночь,Лучезарна, как рассвет.
«Пустыня — вроссыпь, слитно — монолит…»
Пустыня — вроссыпь, слитно — монолит.Им радоваться сердце не велит.Вот почве — да. Какой-то там вершок,А из него — упрямый корешокС цветком в руке — уж так заведено —А там, глядишь, — янтарное вино,А там, глядишь, — румяный каравай:Ставь всё на стол и угощай давай.Вот это — да. Вот это — монолит.Простой народ и никаких элит.
«Народ. А кто такой народ…»
Народ. А кто такой народ?Волна к волне из рода в род,Из поколенья в поколеньеНерасторжимое волненьеВезде: в Москве и на селе,Он — и мужик навеселе,Он — и артист в БелоколонномВ одном-единственном числеИ в многолюдно-миллионном.Народ — и звёзды, и кресты.Он поимённо я и ты.
«Уж так сошлось, уж так сложилось в жизни…»
Уж так сошлось, уж так сложилось в жизни, —Весь наш восторг и слава афоризму.А поговорке что? А поговоркеДовольно всплеска солнышка в ведёркеИз глубины живого родника…Тем и красна хозяйка языка.
МАМИНЫ СЛОВА
Говорила мама «летось», —К нам в окошко — Наша светлость.Говорила мама «знамо», —Куличок из печки прямо,Краснощёк и духовит:Ешь скорее — улетит.Всё, что мама говорила,Складно всё и сдобно было.
«Добро — к добру — Мне мама говорила…»
— Добро — к добру. — Мне мама говорилаИ добрых всех добром благодарилаИ, величая всех, всех горячо любила,Всем находила место у огня.И лишь себя повеличать забылаЗа то, что в муках родила меня.
«Ах, частушка, ах, частушка…»
Ах, частушка, ах, частушка,Ты нисколько не простушка.Расступись, углы и стены,Дайте небо вместо сцены,Дайте ноченьку без платьяДа любимого в объятья.Распалю его до края.Я такая-растакая!
МОЛОДОСТЬ
Безудержно весенняяВ цветах и облакахИдёт, как потрясение,На звонких каблуках.В награду ей соловушка,А все преграды — прочь!Бедовая головушка,Сиреневая ночь.Идёт сама природа,Играет на волне…Приветствуйте, народы,И радуйтесь весне!
«Поэзия всем возрастам покорна…»
Поэзия всем возрастам покорна:Блистательная спутница лучу,Она цветок нам преподносит с корняИ зажигает молнией свечу.Она — и гимн, и песенка простая.Она сквозь все железы прорастает.
«А для меня оно не бремя…»
А для меня оно не бремя,Моё неласковое время,Моё — с подворья и с крыльца,Моё — в моих чертах лица,Моё — в чертах моей страныИ с той и с этой стороны.Оно — мой крест, мой ратный стяг,Зарёй восшедший на рейхстагИ отворивший дверь в зените…А что не так, уж извините.
«Обнимает, а не ссорит…»
Обнимает, а не ссоритЮность с древностью седой.Речка Сороть — это ж сородь,Сродность берега с водой.У неё свои заветы.Даль своя, свои дела:Вон какого нам поэтаС берегов своих дала.
ДОМ НАД СОРОТЬЮ
Прилетел ли ты, приехал,Заходи в его уют.В нём два Пимена, два Века,В добром здравии живут,Слово чествуют и шуткеПоиграть дают в усах.В нём и внучке их, Минутке,Не стоится на часах.Сутки складывает в годы,Поджидает третий Век.Ба! Да он уже у входаС шапки стряхивает снег.
ЯЗЫК ПУШКИНА
Его язык — язык волненья:Волна к волне, к строке строка,Как просверк чудного мгновенья,Опередившего века.Он свет из тьмы, как дождь из тучи,Он лиры звон и блеск меча.В нём — зимний лес и сад цветущий.И на столе творца — свеча.
«А он и вправду бесподобный гений…»
А он и вправду бесподобный гений,Неповторимый в просверках мгновенийИ незабвенный в памяти веков.Таков вердикт вселенских языков.И всё же, всё же, говоря по-русски,Он сам себе оценщик: «Ай да Пушкин!»И озорник на поприще амура.Он — весь душа и ум без перехмура.
«Он прост и неизбывен…»
Он прост и неизбывенВ любые времена.Он и Боян, и Пимен,И солнце, и луна.Погода — непогода,В нём бьётся пульс огня.Он с нами до восходаИ до заката дня.
«И впредь шуметь его глаголам…»
И впредь шуметь его глаголамПо городам по всем, по сёлам,По всем просторам кочеватьИ жечь сердца и врачевать.
«Который год ещё раз и ещё…»
Юрию Лодкину
Который год ещё раз и ещёЯ в спор вхожу с изысканным поэтом.Он мне внушает: кудри — хорошо,Я соглашаюсь, но при всём при этомБеру подсказку у простой травы:— А как, скажи, кудрям без головы? —И пожелав коллеге наилучшего,Вручаю на прощанье томик Тютчева,Как самую наиблагую вестьВ простом, неоштампованном конверте.Там всё — и мысль, и образ мысли есть,И адрес есть доподлинный — бессмертье.