Невзрачная снаружи кубатура,А там, внутри, под парусом культурыБушуют океаны языковВ собраньях сочинений всех веков.Там слово царствует и правит документ…Пока есть жизнь, там скорой смерти нет.
«Они нам всем, как музыка, в награду…»
Они нам всем, как музыка, в награду,На весь наш путь, на все материки, —Шумят леса, грохочут водопады…Прошу, не отмирайте, языки.
УЧАСТЬ ПИСАТЕЛЯ
Александру Боброву
Ты за столом один и не один.Ты сам себе и раб, и господин.К тебе — душа и от тебя — душаПо робкой колее карандашаДо вспышки гнева на конце пера.Ты по природе труженик добра,Тебе от правды уклоняться грех.Бывает одиночество для всех.
«Она к нам из далёка-далека…»
Она к нам из далёка-далека,Как свет с небес, как по земле река,Как зеркало с глубоким отраженьемВсего, что есть в покое и в движеньеОна и символ, и сама натура.Откройте дверь — идёт литература!
ЗАНАВЕС
Чтоб мир души не озверел над бездной,Да, да, он был воистину железный,Тот занавес. И всё ж при всём при этомОн был открыт, как небо, для рассвета,Для классики любых племён и наций,Что в гости к нам, а то и в домочадцы.
«Ворона каркает. Зима…»
Ворона каркает. Зима.И ты уже как не сама,И ты уже как вдалеке:Душа — в дорожном узелке…Не уходи, любовь моя.Давай дождёмся соловья.
«Тебе, тебе! С грозой и соловьями…»
Тебе, тебе! С грозой и соловьямиВсей силой слов и тем, что за словами,Вот здесь, в груди, и в памяти моей,Тебе одной за наших сыновей,За наш сентябрь, за наш весёлый май,А что не так, прошу, не принимайТак близко к сердцу. Ты — моя отрада.Ну, подойди, ну, улыбнись, дружок.Я чёлн с волны, а ты мой бережокДлиною в жизнь, другой реки не надо.
«Кто второй, кто первый…»
Кто второй, кто первый,Знать я не хочу.Где пером, где нервомЯ служу лучу,А бывает, веткойС памятью цветка…И при этом редкоПразднует строка.
«Вы хотите справку…»
Вы хотите справку?Ну так что ж — добро.Карандаш в отставку,Побоку перо.Кто он там: премудрыйИли так — дебил?Объясняй, компьютер,Подтверждай, мобил.Что там, на экваторе?Много ль сфинксу лет?..А письмишко материНаписал, поэт?
«Какое несмолкающее эхо…»
«Степь да степь кругам…»
Народная песня
Какое несмолкающее эхо,Какая неисплаканная боль!Не обойти пешком и не объехать,Лишь в память взять и унести с собой.Всё степь да степь, сухой наждак мороза,Сугробов бесконечная тоска.А я пою, а я ищу сквозь слёзыВ глухой степи могилу ямщика.
ЧЕСТЬ ИМЕЮ
Как человек, я не свалился с полюса.Имею право собственного голоса,Имею право собственного шёпота,Сдаюсь мечте и поклоняюсь опыту…А если что — иду с копьём на змея.Я — гражданин. Я с детства честь имею.
II
«Всё снег да снег, а там, за этим снегом…»
Всё снег да снег, а там, за этим снегом,Как за туманом, как за белым эхом.Как за потухшим полотном в кино,Идёт та жизнь, что отошла давно.И что там, кто? — не сразу разберёшь:То ль военком идёт, как Дед Мороз,То ль Дед Мороз идёт, как военком:Повестки за ременным кушаком…Он шёл, тот снег, отвесно шёл и густо.Фронтовикам знакомо это чувство.
НА ФРОНТ
Едем, песни распеваем,По-геройски грудь вперёд,И как знать про то не знаем,Что он есть такое, фронт.И как будто страху нету:Выполняй, солдат, приказ.А убьёт кого, так этоНе кого-нибудь из нас,А кого-то в промежуткеМежду нами, чью-то тень.Едем. Шутки-прибаутки,Но уже на третий деньГолоса всё глуше, тише,Вздох тревожней, строже взгляд…Фронт всё ближе, ближе, ближе.Руки ищут автомат.
АТАКА
Европа впереди и позади Европа.Выбрасывай себя из глубины окопаНа гребень полосы, где два огня секутся,И боже упаси сробеть и оглянуться.Война, солдат, она и есть война:Чуть-чуть замешкался — хана.
«Весна, весна! Лучей поток…»
Весна, весна! Лучей поток,Снега уже растаяли,И дует тёплый ветерокСо стороны ИталииВ лицо бойцам и в рядовомИ в генеральском чине.И всё по той же в основномЛирической причине:Весна идёт! Вблизи — вдалиСо стороны рассвета.Идут по небу журавли,А по земле Победа.
«Неужто ошибся волшебник слепой…»
Неужто ошибся волшебник слепойИ юг поменял на север:Мечта обещала: Дунай голубой,А правда сказала: серый.Над берегом — город, над городом — крест,Латунный комарик над бездной.И город не город, а каменный лес,Один бурелом железный.
«Небо без пожаров, рядом — горы…»
Небо без пожаров, рядом — горы,Переулков хитрый переплёт,Приальпийский, знаменитый город,Вальсом очарованный народ.Только ты рождён был под Ростовом,А вот я в Боброве был влюблён.Прилетал бы чаще к нам почтовыйГолубь наш, товарищ почтальон.
«Дворец за оградой готическим шпилем…»
Дворец за оградой готическим шпилемВонзается в небо на сером рассвете.Здесь принцы когда-то австрийские жилиИ пенились шлейфы принцесс на паркете.Так было когда-то. И вот в сорок пятомСюда заглянул старшина с автоматом.Не очень парадный, не очень вельможный.— И нам здесь, пожалуй, устроиться можно, —Сказал. А как только про это сказал он,Простынные ветры промчались по залам…Патрульная служба не как боевая,А почта по-прежнему всё полевая.