Чтение онлайн

– Я с радостью присоединюсь, – он наклоняется вперед и берет свою бутылку с водой. – Но я хотел спросить тебя кое о чём.

От его вопроса у меня внутри все переворачивается, и я вжимаюсь задницей в гранитную столешницу.

– О чём? – спрашиваю я.

– Не знаю, смотрела ли ты это в интернете, но в это воскресенье мой день рождения, а твой – через неделю. Поскольку ни у кого из нас, похоже, нет никаких планов, я подумал, не хочешь ли ты, – он делает паузу и тяжело сглатывает. – Сходить куда-нибудь перекусить или, может быть, сходить в кино?

Я открываю рот, но Джек заговаривает снова.

– Очевидно, как друзья, – он неловко смеется. – Просто мне стыдно ничего не делать.

– Прости, – начинаю я.

Джек быстро поднимает руку, его лицо искажается от беспокойства.

– Всё в порядке. Я понимаю. Это странно.

Я качаю головой, и мой желудок продолжает сжиматься.

– Нет, нет. Я не собиралась говорить, что не могу или не хочу. Мне жаль, что я не знала про твой день рождения.

На щеках Джека появляются ямочки.

– Значит, ты в деле?

– Да, безусловно.

Когда я выдвигаю стул и сажусь напротив него, то ловлю себя на том, что снова тереблю свои волосы. Джек указывает на мою голову.

– Твои волосы выглядят хорошо в любом случае, но с распущенными действительно красиво.

– Ты так думаешь? – спрашиваю я. – Их нужно подстричь, и обычно, когда они вырастают до такой длины, они становятся неуправляемыми. Вот тогда-то я и начинаю укладывать их на макушке, чтобы они не мешали.

Клянусь, я вижу, как щеки Джека слегка краснеют, но это может быть и из-за того, что он только что съел целую тарелку острого чили.

– Я никогда не видел тебя с распущенными волосами в университете. Они были либо собраны в хвостики для футбола и занятий в спортзале, либо какая-то домашняя прическа, – он поднимает руку и проводит ею по макушке. – Что-то повседневное, но с деталями, которые подчеркивают твоё лицо. Это красиво, но и по-другому, не так, когда они распущены.

Опершись локтями о стойку, я наклоняюсь вперед и, прищурившись, смотрю в его сторону.

– Соккер, – говорю я, перекидывая свои длинные волосы через правое плечо для пущего эффекта.

Он ничего не говорит, отодвигая стул и обходя стол со своей тарелкой. Подходит ко мне и разворачивает мой стул так, чтобы я была к нему лицом.

– Мне нравится, когда ты здесь, Харт, особенно когда ты готовишь такое вкусное чили. Но есть определенные границы, которые, как я сказал, ты не можешь переступить.

Напряжение между нами нарастает, и я начинаю сомневаться, действительно ли этот разговор идет о названии моей профессии.

– Хорошо, принято к сведению. Но я не могу обещать, что буду соблюдать их.

Его челюсть сжимается, когда он протягивает руку и ставит тарелку рядом с раковиной, стук ложки о керамику эхом разносится по квартире.

– А какие ещё границы? – спрашиваю я, не в силах остановиться.

Джек проводит рукой по волосам, его бицепсы напрягаются под белой рубашкой.

Сделав глубокий вдох, он хлопает себя рукой по бедру, опустив взгляд в пол.

– Ничего такого, о чём тебе стоило бы беспокоиться, Кендра.

КЕНДРА

Справедливости ради стоит сказать, что судьба в последнее время была не совсем на моей стороне, и, по-видимому, мало что изменилось, когда я врываюсь в Rise Up и обнаруживаю Тайлера, уже сидящего за тем же столом, за которым я не так давно сидела с Джеком.

Перед ним уже стоят кофе и пирожные, и он машет рукой, чтобы привлечь моё внимание.

– Привет, – осторожно приветствует меня Тайлер, когда я занимаю прежнее место Джека и вешаю куртку на спинку стула, ставя спортивную сумку рядом с собой.

– Я, эм... – он указывает на черничный маффин и песочное печенье “миллионер” на тарелке передо мной. – Я не был уверен, что из этого тебе понравится больше, поэтому взял оба, – улыбается он. – Я знаю, ты любишь чернику и шоколад, поэтому я решил, что это лучшие варианты.

Я продолжаю смотреть на угощения передо мной, не вникая в то, что он говорит, и, следовательно, позволяю своему рту опередить мозг.

– Вообще-то, я сейчас немного перехожу на булочки, но это тоже вкусно. Так что спасибо.

Тайлер склоняет голову набок, сложив руки на столе.

– Ты никогда не упоминала об этом раньше, но если хочешь, я могу поменять...

– Нет, нет, всё в порядке, – поспешно выпаливаю я, а затем прочищаю горло, злясь на себя за то, что вообще что-то сказала. – Итак, ты хотел поговорить?

Левой рукой Тайлер чешет висок.

– Да.

– О чём? – спрашиваю я, решив, что он должен раскрыть свои карты и начать разговор, хотя бы раз в жизни. Ему требуется всего пара секунд, чтобы заговорить снова, но кажется, что прошла вечность.

– О нас.

Добавляя в кофе сахар, я беру ложку и начинаю помешивать его — любой предлог, чтобы избежать зрительного контакта. Я не хочу показаться грубой, но атмосфера между нами кажется неловкой, и я изо всех сил стараюсь выдержать её.

Верни ему его сумку и покончи с этим, Кендра.

Я делаю глубокий вдох, прежде чем заговорить.

– ‘Нас’ больше нет, Тайлер. Я думала, что я здесь для того, чтобы мы могли прояснить ситуацию и двигаться дальше.

Наклоняясь, я беру его спортивную сумку и протягиваю над стол между нами.

– Я думаю, это всё, что ты оставил у меня дома. Там было немного, так что я смогла вместить всё сюда.

Я продолжаю держать сумку в вытянутой руке, но когда Тайлер не берет её, я, наконец, набираюсь смелости посмотреть на него.

– Возьми её, пожалуйста.

На его лице отражается разочарование, когда он протягивает руку и цепляется за один из ремешков.

– Это твоя сумка.

– Оставь себе, – отвечаю я, махнув рукой перед собой. – Она старая, со времен университета. Я ею больше не пользуюсь.