Идзуми Сикибу. Собрание стихотворений. Дневник
Шрифт:
После ночи, проведенной в лодке на море…
Качаясь в волнах, Забылась сном беспокойным И вдруг поняла — Отчего так жалобно плачут Уточки-мандаринки.* * *
Чем бесцельно играть В роще листами, омытыми Густою росой, Ты бы, буря, меня унесла Подальше от этого мира…Когда предавалась печальным думам…
Проснусь, и насквозь Ветер холодный пронзает, А ведь в давние дни Он пролетал стороною, Не касаясь моих рукавов.* * *
Лишь начнется отлив, Брожу по берегу моря, Но, увы, не найти Ракушек-удачи — видно, Больше нечего в жизни искать.В час, когда грустила, размышляя о мимолетности жизни…
Те, кто дольше меня В этом мире задержатся, смогут Мой увидеть конец. Но, увы, никто не вздохнет обо мне — Вот о чем думать печально!Услышав, что монахиня Сёсё-но выехала из Оохара, послала ей…
Где найти уголок, Чтобы от мира укрыться? В горах Оохара Как жилось тебе, как влачила Угольно-черные дни? [71]Однажды, когда, истомленная тоской, вздыхала в одиночестве…
В доме моем Глаз не кажешь давно, а когда-то Частым гостем бывал. Светлый месяц — один только он Навещает меня ночами.71
71 «Угольно-черные дни…» — в горах Оохара (к северу от столицы Хэйан) добывали уголь.
* * *
Что станет со мной, Коль задержусь в этом мире? Осенней порой Даже сверчки беззаботные И те так жалобно плачут… [72]Я впервые посетила Дзётомонъин [73] во время праздника [74] , и вот что она написала на листке мальвы…
Если б к тебе Нити дум [75] моих не тянулись, Никогда б не расцвел Цветок встречи [76] , и ты б навсегда Осталась за вервью запрета [77] .72
72 «Что станет со мной…» — стихотворение из цикла, посвященного памяти принца Ацумити.
73
73 Дзётомонъин (988-1074) — супруга императора Итидзё, дочь Фудзивара Митинага, Фудзивара Сёси.
74
74 «…во время праздника…» — имеется в виду праздник святилища Камо, так называемый Праздник Мальв.
75
75 «Нити дум…» — во время синтоистских праздников, в частности во время праздника Камо, к веткам дерева сакаки прикрепляли нуса (см. коммент. 10) из священных нитей (юу).
76
76 Цветок встречи — мальва по-японски «аои», в старой орфографии «аухи», буквально «день встреч».
77
77 Вервь запрета («симэнава») — ритуальное украшение из соломенных веревок с вплетенными в них полосками бумаги, как правило, служит знаком запретной, недоступной для простых людей территории (в данном случае имеется в виду дворец).
Вот что я ответила:
Когда я жила Далеко, за вервью запрета, Уже и тогда Нити моих желаний Неизменно тянулись к тебе.Охладевший ко мне мужчина, собираясь в далекие края, спросил меня: «Как ты к этому относишься?»
Расставались и прежде, Но тогда я знала: ты рядом, В той же столице, И не было страха, что скоро Разойдутся наши пути.Вместе с Ясумаса уехала в провинцию Танго и написала оттуда человеку, с которым тайно переписывалась…
Одна только я Думы к тебе устремляю… Право, досадно! Ты ведь и знать не знаешь, Куда ныне мой путь лежит…Когда Митисада, забыв меня, уехал в Митиноку, я послала ему…
Прежде вдвоем Вместе в путь отправлялись. Вчуже теперь Слышу: «Застава Платья…» [78] Она далеко, в Митиноку.78
78 «Застава Платья» (Коромо-но сэки) — застава в провинции Митиноку (современ. Иватэ).
Весной в пути увидела луну…
Ночью весенней Лунный свет… Откуда он льется, Невозможно понять. Где мой дом, в какой стороне? От тоски сжимается сердце.Из песен, сложенных в пути…
Кто в эту ночь На родине милой любуется Светлой луной, Обо мне вспоминая: «Она в этот миг, Может, тоже на небо глядит?..»Когда ехала в провинцию Идзуми, то услышала вдалеке еле слышные голоса миякодори — столичных птиц…
Ах, столичные птицы, Расскажите мне все без утайки, Я хотела бы знать, Как живется теперь моим близким Там, в милой сердцу столице? [79]Когда жила в горном монастыре, увидела однажды, как хоронили какого-то человека…
Глядя, как дым Струйкой уносится в небо, Подумала вдруг — Придет время, и точно так же Кто-то взглядом проводит меня.79
79 «Ах, столичные птицы…» — за основу взято стихотворение Аривара Нарихира из антологии «Кокинвакасю», 411: «Велика ваша слава,// Так ответьте же мне поскорее, // Столичные птицы:// Жива еще или нет // Та, о ком думы мои?» (это же стихотворение есть в «Исэ-моногатари», дан 8).
Узнала, что один принц [80] , опередив меня, покинул этот мир…
Право, досадно! Платье цвета глициний [81] надела, Скорбя о тебе. Но оно от слез моих горьких Того и гляди истлеет…После того, как ушел из мира принц Ацумити…
Вот бы теперь Что-нибудь вспомнить дурное: «И это было!» Такое, чтоб я поскорее Смогла забыть о тебе.80
80 Один принц — имеется в виду принц Ацумити. Это, а также два следующих стихотворения относятся к циклу, посвященному его памяти.
81
81 Платье цвета глициний — траурное платье.
В то же примерно время, задумав стать монахиней…
От мира ушла бы, Но, увы, даже думать об этом Не могу без тоски. Ведь эту бренную плоть Ты когда-то так нежно любил.После того как этот мир покинула Косикибу [82] , я отдала в монастырь свою любимую шкатулку, чтобы заплатить за чтение сутр…
«Тоскую, люблю» — О, если б могла ты услышать Мой отчаянный зов… Бью в колокол снова и снова Не в силах забыть и на миг…82
82 Косикибу — дочь Идзуми Сикибу, см. коммент. 94 к «Дневнику».
Прислуживая при дворе, Косикибу-найси часто надевала парадное платье с узором из листьев хаги в каплях росы. Когда она покинула этот мир, государыня Дзётомонъин [83] изволила попросить у меня это платье, и я преподнесла его ей, сопроводив такой песней…
Непрочна роса. Но видишь — сверкает, как прежде, На листьях хаги. С чем же сравнить угасшую В одно мгновение жизнь? [84]83
83 Дзётомонъин — см. коммент. 73.
84
84 «Непрочна роса…» — за основу взято стихотворение Неизвестного автора из антологии «Сюивакасю»: «С чем же сравню // Жизнь, угасшую раньше, // Чем эта роса, // На травинках, противостоящих // Порывам осеннего ветра…»