Чтение онлайн

– Вы думаете, мадемуазель?
– развеселился Сергей Петрович.

– Князь, меня всё время мучает вопрос: кто она, эта дура?

– Какая дура?
– опешил он.

– Та, что отвергла вас ради пустого красавчика.

– С чего вы взяли?

– Для такого сильного и смелого мужчины вы слишком неуверенны с женщинами. Такое может быть только в одном случае - отвергнутая юношеская влюблённость, что осталась раной на душе.

Он задумчиво помолчал, а потом хмыкнул.

– Аннушка, а ведь вы правы. Она и правда - дура. Я пару лет назад видел её в свете и поразился тому, какая она стала - тупая клуша. А она не стала! Она была! Просто я за юношеской влюблённостью не разглядел её сути.

Господь отвел меня от этой пустышки, а я воспринимал это как Его наказание за мои недостатки.

Но вы? Как вы это поняли?

– Есть такое слово - интуиция.

– Слово такое, точно есть!
– рассмеялся он, - вы умница. Вы сняли с моей души большой груз.

– Который? С той дурой или с мамой?

– Благодарю за оба!
– смеясь, он склонился с седла и поцеловал мне руку.

– Чему вы радуетесь?
– ревнивым голосом спросила Наталья, подъезжая.

– Да, вот прошу князя пока не жениться, подождать меня несколько лет...
– пошутила я. Князь поперхнулся смехом и искоса посмотрел на неё.

Наталья помрачнела. Он ещё больше развеселился и чмокнул меня в щёку.

– Вы настоящий психолог, мадемуазель. Ваша матушка явно не спешит делать выгодную партию... дочери!
– он лукаво подмигнул мне.

– Так вы шутите?
– с облегчением спросила она.

– В любой шутке, всегда есть доля истины, - назидательно провещала я и отъехала от них в сторону.

Развеселившийся князь стал неисчерпаемо остроумным и обаятельным, судя по тому, как смеялась моя матушка, и мрачнели её прежние собеседники.

На привалах в лесу не раз звучали выстрелы - меня учили стрелять из пистолетов, ворча при этом про ненормальную девчонку, которая не умеет быть нежной и беззащитной, как и положено будущей светской даме.

Не смогли князь Сергей и друзья Пушкина устоять перед моей настырностью и детским обаянием. А я чувствовала, что это умение мне в этом веке точно пригодится.

Наши вечерние посиделки у костра стали ещё интереснее. Народные русские и цыганские песни и романсы перемежались игрой на гитаре и плясками цыганок.

Девчонки снова учили меня своим танцам, и вскоре я отплясывала с ними, как заправская цыганочка.

Перед Лугой у дороги стояли осёдланные лошади, а рядом на траве, как на пикнике, расположилась подвыпившая мужская кампания. Шалаш был с увядшими ветками, кострище забросано мусором. Они явно давно обитали тут.

– Кто такие?
– вяло поигрывая пистолетом, подошёл один из них. Лица были незнакомые, не из тех, с которыми мы столкнулись прежде. Я облегчённо вздохнула и затянула песню. Цыганята её подхватили, высыпав из кибиток, окружили подвыпивших мужчин. Девушки - цыганки выпорхнули на дорогу попугайской стайкой и подхватили припев, кружась вокруг мужчин, дразня их взмахами юбок и весёлым смехом.

Те растаяли, захлопали в ладоши.

Старший косился в их сторону, но упорно ждал ответа.

Попутчики протянули две подорожных и документы.

– Едем к друзьям в столицу с подарочками, - подмигнул он, - хороши, чертовки?

– Хороши!
– завистливо пробурчал тот, - а в столицу с ними нельзя.

– Остановимся в Гатчине и отправим посыльного за приятелями.

– Проезжайте!

– Ну, нет, пусть они нам споют!
– возмутились его соратники, - и станцуют!

– Не заплатили, а уже понукаете?
– с усмешкой спросил Илья, - Мы их наняли для развлечения своих столичных друзей. Через недельку приезжайте в Гатчину и забирайте.

– А это - кто такая?
– куражась, ткнул один из них пальцем в Наталью, - может быть она та самая дворянка, что мы ждём?

– Дворянка?
– «удивился» Илья - слышь, Анатолий, я говорил, что её за барышню принять можно, а ты не верил!
– он протянул какую-то бумагу.

– «Крепостная господ Пушкиных Мария...» - вот это да!

– Я же говорил, что мы к друзьям с подарками!
– захохотал Анатолий.

– И правда, эта слишком молода. Говорили, что та старше: лет тридцать, тридцать пять. С девочкой. Да и не поедут они этой дорогой. Их упустили где-то у Ржева. Они на Торжок или Валдай поехали. Тем путём и искать их надо было. А сейчас они уже, небось, в Петербурге давно.

Пританцовывающих цыганок загнали обратно в кибитки.

– Эй, вы ничего не украли?
– спохватился старший патруля.

– Только твоё сердце, красавчик, - смеясь, ответили девушки. Тот, хохотнув, сплюнул.

Когда мы отъехали, Наталья проворчала:

– Тридцать - тридцать пять лет? Это я выглядела такой старухой?

– Строгий наряд и строгое поведение делает женщину старше, мадам!
– ответил Сергей Петрович, - немного свободы, веселья на лице, светлое платье - и вот, вы уже юная девушка.

– Юная, скажете тоже!
– смутилась Наталья, поняв, что невольно напросилась на комплимент.

Путешествие становилось монотонным и скучным. Цыгане в основном спали в кибитках, сменяя друг друга за вожжами.

Наталья с князем Сергеем всё больше путешествовали бок о бок. Кони их шли голова к голове, а сами они, склоняясь друг к другу, о чём-то тихо беседовали.

Приятели Пушкина приуныли, лишившись предмета своего интереса и причины для соперничества.

12 глава. В столице

Часть 5

В столице

Так, благополучно минуя заставы, наш импровизированный табор подъезжал к Петербургу. Оставив цыган в пригороде, расплатившись с ними, мы разделились.

Я купила у цыганят мальчишескую одежду бедноты, и мы с князем и несколькими слугами, на лошадях попроще, поехали к нему в особняк. Матушка с друзьями Пушкина и оставшимися слугами выехали чуть позже за нами.

В особняке уже спали. Привратник радостно завопил:

– Князюшка дома!

Слуги подняли радостный переполох. Дом засиял огнями.

Князь приказал греть воду для ванн.

– В гостях будут двое мужчин, одна дама и девочка. Аннушку вон уже надо помыть, переодеть и спать уложить, - указал он на меня, - а то ребёнок давно валится с ног. Мне позовите доктора - я ранен... не сейчас ранен!
– остановил он охнувших людей, - Раны уже поджили, но ещё сильно беспокоят. И мне тоже - ванну!

Как приехали матушка Наталья и её спутники я уже не видела. Мне выделили комнату с ванной. Служанки отмыли меня до скрипа, закутали в большое полотенце и оставили одну. На столике стояли фрукты и закуски, но мне было не до них. Я упала на кровать и провалилась...