Чтение онлайн

– Она будет в сопровождении приличного мужчины - князя Сергея! А неприличным цыганкам мы вас оставим!
– также ехидно ответила я, - Напишете поэму «Цыганы» и тем оправдаетесь за свое неприличное поведение.

Они рассмеялись и быстро стали собираться. Все ценные вещи оставили в доме, набрали мелочи для цыганят. Приказали слугам принести вина, продуктов... Положили в коляску новую сбрую для коня и отрез ткани поярче на подарки.

Когда подъехали к табору, Пушкин, как местный хозяин спросил:

– Где ваш цыганский вожак? Мы к нему.

Из шатра вышел маленького роста, весь пегий от седины цыган.

– Хозяин, мы не станем воровать на вашей земле!
– заранее затараторил он, - Мы знаем, что если кто из наших начудит, в другой раз крестьяне нас встретят вилами. Нам самим это не нужно.

– И когда это вас останавливало?
– засмеялся Александр Сергеевич, - У нас к вашему табору дело. Если договоримся, в накладе не останетесь.

– Нет, нет!
– запротестовал цыганский вожак, - мы незаконными сделками не занимаемся!

Мы дружно рассмеялись - настолько неискренне и лукаво это прозвучало! Он, и сам это понимая, присоединился к нашему смеху.

Князь с матушкой и Пушкиным вошли в шатер цыгана, чтобы обсудить наше дело. Друзья поэта пошли к костру, где звучала гитара.

А меня, ещё сидящую в коляске, окружили цыганские ребятишки всех возрастов. Они загомонили, засовывая любопытные вороватые мордашки в баулы с вещами и продуктами.

– Всё, что мы привезли с собой, принадлежит вашему вожаку. Это для него подарки!
– ехидно сообщила я. Они разочарованно отступили.

– А тебя они тоже нашему вожаку привезли?
– не менее ехидно, спросила вертлявая малышка. Я, конечно, не заблуждалась - роста этот народ всегда был небольшого, да и взрослеют эти «дети природы» намного быстрее. Она вполне могла быть прославленной воровкой, иметь мужа, а то и ребёнка.

– Нет, они хотят купить для меня несколько цыганят!
– продолжила я ехидную пикировку. Они ахнули и громко возмутились:

– Цыгане детьми не торгуют... Своими, - уточнила моя противница, - вот купить и продать белого ребёнка - это бывает.

Князь выглянул из шатра и подозвал нашего кучера. Тот метнулся к нему, а потом вернулся к коляске и стал таскать в шатёр цыгана всё, что мы привезли. Видимо переговоры идут успешно.

– Я хочу купить себе полный костюм цыганки. Чтобы было точь-в-точь, как у вас!

– А тебе зачем?

– Для маскарада.

– Для маскарада барышни шьют себе вещи только похожие на нашу одежду. Намного богаче и наряднее, чем бывает у нас.

– А я хочу настоящие!

– А дорого заплатишь?

– Новыми песнями!

– У-у-у!
– разочарованно простонали они, - Песен мы и сами много знаем!

Ребятишки, как галчата расселись по всей коляске, хотя я их, вроде бы не приглашала.

– А я знаю такие которые никому в этом мире не известны!

– А как ты заплатишь? Сначала споёшь, а потом выберешь одежду?
– лукаво спросила моя собеседница. Надумала песню запомнить, а потом не расплачиваться?

– Одну песню я только спою, а разучивать её с вами не буду. Если вам понравится - вы принесёте мне вещи. А потом мы с некоторыми из вас вместе будем путешествовать до самой столицы. Об этом сейчас старшие договариваются. И я в дороге научу их своим песням.

– А не обманешь?

– А разве можно надурить цыган?
– они ехидно переглядывались и ухмылялись.

– Ну, спой!

Я настроилась и стала вспоминать хоть что-то по тематике подходящее для цыган. В голову лезла песня Геннадия Жукова «Пыль в полстепи - это видимо я, женщина плачет - то видимо Анна...» Нет, я её наизусть не помню, да если бы и помнила, не спела бы. Хотя песня, конечно, волшебная и совсем цыганская.

И я начала:

– Эх, дороги! Пыль да туман...

Холода, тревоги. Да степной бурьян.

Выстрел грянет. Ворон кружит.

Твой дружок в бурьяне неживой лежит...*

Пока я пела, к повозке подтянулись другие цыгане. Некоторые покачивались в такт песне. Подошёл парнишка с гитарой и тут же сначала тихонько, потом всё уверенней стал аккомпанировать.

Когда песня закончилась, все помолчали.

– Хорошая песня. И правда - неизвестная. Учи, - приказала малышка.

– Уговор был другой. Этой песне я не могу вас научить. Я обещала её только спеть. Я другим песням вас научу.

– Почему не можешь? Песня хорошая, учи!
– присоединился и гитарист.

– Она русская. Она воровать не может, - вмешалась, подходя, старая цыганка,- греха боится! Она не хочет украсть песню у того, кто ещё не родился.

Все, кто стоял тут, обернулись на неё со страхом. Понятно, - подумала я, - ведьма при таборе.

– Как можно украсть у того, кто ещё не родился?
– удивилась малявка у меня под боком. Я и не заметила, как во время песни малышня облепила меня со всех сторон.

– Она, хоть и русская, но чем-то похожа на меня и других цыганок-знахарок. Её душа одновременно в разных временах живёт. Эта её песня из будущего времени. Услышали, потешили душу и забудьте. Она права. Свои песни сложите, не ленитесь - этой время ещё не пришло.

– Ты, старуха, всякую чепуху несёшь!
– возмутился молодой гитарист, - Шамань в своём шатре! Девчонка обещала песням научить - пусть учит!

– Я обещала научить другим песням. Этих песен я не украду. Они мои.

– Не обманывай себя, - возразила старуха, - ты своруешь у себя будущей. Если научишь, то я всё равно прикажу петь их только у себя в таборе. Чтобы однажды той тебе, которая их напишет, не сказали: Это не твоя песня. Это старинная цыганская песня! Напиши новые песни, тогда и дари!

Что вы ей обещали - дайте! Нельзя её обманывать. Над ней защита свыше - не выполните обещанное, от Бога наказание получите!
– уже отвернувшись от меня, произнесла уходящая к своему шатру цыганка. Остальные оторопело уставились на меня.

– Я просто пошутила, - грустно улыбнулась я, - я цыган обманывать тоже не могу. Мои песни не такие сильные, как та, что я спела. Я в дороге их спою вам задаром. А за цыганские вещи, возьмите вот, - протянула я немного серебра на ладони.

Ладошка моя волшебным образом опустела, а цыганята разлетелись в стороны и растворились среди шатров.