Игра клеток
Шрифт:
— Профессор Солорова — позвал старик.
— Пожалуйста, верните своих людей в дом. Думаю, мне придется позаботиться об этом.
Я услышал, как кто-то набирает номер на мобильном телефоне.
— Возвращайся домой — вот и все, что она сказала. Я услышал, как телефон захлопнулся.
Затем я услышал, как она тихо сказала:
— Скажите мне, почему эти татуировки могут быть важны.
Ответивший мне голос принадлежал Крипке.
— Я думала, вы, люди, знаете...
— Я действительно знаю, мистер Крипке. Теперь ты должен произвести на меня впечатление тем, что знаешь.
— Ну, татуировки, это заклинания. Во всяком случае, та их часть, которая видна. Большинство из них, вероятно, защитные заклинания.
— Пока что ты меня не впечатлил.
— Например — продолжил Крипке, подчеркивая слова, чтобы показать свое раздражение от того, что его прервали.
— Вот эта мышца на лбу у немца, это направляющая рука. Предполагается, что она заставляет других что-то чувствовать, в зависимости от небольших вариаций. По-настоящему распространенная версия привлекает к тебе людей. Я имею в виду, в сексуальном плане. Он немного другой, но, судя по тому, что я чувствую каждый раз, когда смотрю на него, я подозреваю, что это должно отпугивать людей.
Последовала короткая пауза. Наконец, Солорова заговорила тихим, настойчивым, опасным голосом.
— Вы отдадите мне свою книгу заклинаний вместе со всеми копиями, или я...
— У меня нет книги заклинаний — отрезал Крипке.
— ...или я убью тебя и всех членов твоей семьи. Я сожгу их дома дотла, пока они будут спать по ночам. Ты меня понимаешь? — её голос был настойчивым и, в отличие от других членов её группы, в нем не было одышки "о, боже, я становлюсь непослушной — Она была жестокой, холодной и проницательной.
— У меня нет книги заклинаний — сказал Крипке — На самом деле, нет. Если бы у меня была, я был бы таким же крутым, как они. Я бы не позволил тебе наставлять на меня пистолет.
— Тогда откуда у тебя такая информация? — Или вы это выдумали?
Крипке вздохнул.
— Какой-то парень зашел на сервер без приглашения. Он заманил нас в ловушку, но, прежде чем мы смогли его заблокировать, он предоставил полезную информацию, очень полезную.
— Какую полезную информацию он вам предоставил?
— Это слишком сложно, чтобы вдаваться в подробности сейчас. Честно. Мы можем просмотреть это позже, если хотите, но одной из вещей, которые он нам дал, было описание пары десятков заклинаний и внешних глифов, которые к ним прилагаются. В основном это были защитные заклинания, такие как "плоть голема — и "железные врата", но он также включил в них странные вещи, такие как "извилистый путь — и "второе слово". Никаких заклинаний призыва. Он перечислил, что могут делать заклинания, когда они свежие, а когда нет.
— Я хочу это увидеть.
— Хорошо.
— И все остальное, что у тебя есть.
Крипке снова вздохнул.
— Хорошо. Это противоречит нашим полномочиям, но ладно. И еще одно: я знаю, куда ушли охранники. Я видел, как мистер Инь подошел к тому, кто стоял у входной двери, главному. Инь показал удостоверение и приказал им уйти. Охранник позвонил кому-то, и через пару секунд, пожав плечами, приказал всем своим людям отправляться на поиски.
— Гарпия наняла одну из компаний мистера Иня для обеспечения безопасности? — В голосе Солоровой звучало удивление.
— Скорее всего, Инь узнал, кого он нанял, и выкупил их долю. Он очень, очень богат.
Вернулся помощник старика. Все замолчали. Он протянул старику металлический брусок, и тот, шаркая ногами, вышел на лужайку.
Мне стало интересно, кто передал Крипке эту информацию. Я знал, что общество заинтересуется этим. А еще мне было интересно, что он имел в виду, когда сказал, что заклинания могут быть свежими. Пока Урсула не избавилась от последствий моего призрачного ножа, мне и в голову не приходило, что у него может быть срок годности.
Я не мог не вспомнить свою начальницу Аннализ. Она не стала бы прятаться в темном подвале и подслушивать. Она бы столкнулась лбами.
Убила бы она Крипке и профессора? Общество Двадцати дворцов убивало людей, которые использовали магию. Убивали ли они и тех, кто просто искал ее?
Не то чтобы это имело значение прямо сейчас. Я не собирался убивать кого-либо без необходимости, и не только по приказу Кэтрин. Однако мне нужно было связаться с Крипке. Как и профессор, я хотел получить от него информацию.
Тату вернулся со старой экономкой с кислым выражением лица. Он держал её за руку, пока они шли по траве. её хмурое выражение лица сменилось пустой, мечтательной улыбкой. Кто-то должен был подать ей пальто.
Тату вывел её на лужайку. Старик ждал у подножия склона, сжимая в руке изогнутый железный прут. У меня было дурное предчувствие насчет этого проклятого прута. Я достал свой призрачный нож.
Старик был примерно в пятидесяти футах от меня. Я мог бы метнуть свой призрачный нож и легко попасть в него. Он летит туда, куда я хочу, мне даже не нужно бросать его как фрисби, хотя так он летит быстрее. Тем не менее, у парней были дробовики. И я готов был поспорить на все, что у меня было, что старик был колдуном. Мой маленький призрачный нож не смог бы уничтожить их всех, но, возможно, я смог бы все разрушить и сбежать.
Предполагая, что на него это подействовало лучше, чем на Урсулу.
Мужчины столпились вокруг Солоровой, задавая ей вопросы, и их ноги полностью закрывали мне обзор. Я слышал, как они перешептывались друг с другом, наполовину возбужденные, наполовину завистливые. Мне нужно было добраться до другого окна, чтобы увидеть, что собирается делать старик. Я не мог использовать свое заклинание, не прицелившись, и если я собирался остановить его, мне нужно было попасть в стойку, и в него с первого выстрела.
Окно слева от меня было завалено садовыми инструментами. Окно справа от меня было загорожено старым диваном. Я откинулся назад, чтобы посмотреть, есть ли в дальнем конце комнаты что-нибудь получше.
— Боже мой! — крикнул один из мужчин снаружи.
Я снова повернулся к окну. Мужчины отошли в сторону, освобождая мне поле зрения.
Пожилая женщина лежала на спине в траве. Старик только что воткнул металлический прут ей в грудь в землю. Он уставился на резьбу на крышке бара.
— Он сделал это прямо у всех на виду — сказал один из парней — Прямо у нас на глазах.