Чтение онлайн

Она открыла дверь и окликнула крепкого паренька, гулявшего взад-вперед по коридору.

– Скажите Анатолию Владимировичу, что с девушкой я закончила. Мне нужен второй человек.

Влад сидел в машине вместе с симпатягой водителем, который, воспользовавшись временной передышкой, с увлечением читал какую-то космическую ерунду. Влад устроился поудобнее на заднем сиденье, при включенной печке ему было тепло и уютно, благодаря маленькому росту он сумел расположиться здесь как на комфортабельном диване.

Он тревожился, тревожился за себя и за Светлану. Может быть, в том, что их привезли в бассейн, и нет ничего опасного, эта поездка никак не повредит той истории, которую они выдавали Старкову. Но, с другой стороны, раньше-то им верили на слово, а теперь вот в бассейн повезли зачем-то. Это может оказаться плохим признаком, очень плохим. Либо они все-таки попали из огня да в полымя, то есть к тем людям, от которых хотели бежать. Не зря же бассейн тот же самый и время тоже вечернее. Либо те, кто их приютил, узнали нечто такое, что перестали верить в их историю. «Наверное, надо было рискнуть, – вяло думал Влад, – и рассказать им про кино. Все равно жизнь моя никчемная, сидя на игле, так и так подохну не через год – так через два, если прогадал и ошибся – пусть убьют сейчас, не жалко». А Светка? Ей, наверное, жить хочется. Ее жизнь тоже дурная и никчемная, но она этого не понимает, порхает по ней, золотую кормушку ищет. Связалась вот теперь с этими киношниками, дурочка, денег захотела заработать за шесть минут секса с лилипутом, а оно вон как обернулось. Нет, нельзя рисковать, жалко Светку, она ведь надеется на него, видит в нем защиту и опору. Чудная она, подумал Влад с улыбкой, привыкла, что секс – такая же валюта, как водка или доллар, все пытается его, Влада, отблагодарить за то, что вовремя про кино сообразил, не поймет никак, почему он отказывается. А для него Светка – не женщина и уж тем более не проститутка, а младшая сестренка, наделавшая глупостей и судорожно уцепившаяся за руку старшего брата: он умный, он взрослый, он мне поможет, и перед папой с мамой выгородит, и от врагов защитит. Настоящей сестренки у Влада никогда не было, а ему так хотелось, чтобы она была. Ну и пусть он едва достает Светлане до груди, все равно сегодня он – ее старший брат, советчик и наставник, без которого она пропадет. Разве можно при таком отношении к ней принимать от нее благодарность? Нет, ни за что на свете не стал бы крошка Влад разрушать ту прекрасную семейную идиллию, которую он себе придумал…

Чье-то лицо приникло к окну машины. Влад чуть повернул голову и едва не закричал от ужаса: на него смотрели бездонные, казавшиеся черными на искалеченном мукой бледном лице глаза сумасшедшего. Глаза медленно обшарили салон машины, не заметив прикорнувшего в углу Влада, задержались на водителе, увлеченно погрузившемся в триллер из жизни пришельцев, и исчезли. Влад, стараясь не высовываться из своего угла, глядел на отходящего от машины человека, и цепенящий ужас разливался по его маленькому телу. Он узнал эти глаза, он много раз видел их у тех, кто не сидел на морфине, как он сам, а употреблял галлюциногены. У них «под кайфом» тоже были такие глаза, повернутые внутрь себя, в невероятные, никому не видные переживания и приключения, в чудовищные мысли и не подвластные никакой логике умозаключения. Влад презирал этих людей и боялся их. Почему презирал – он не знал, просто он так чувствовал. А вот почему боялся – знал точно: они были настоящими сумасшедшими, которые в любой момент могут сотворить все, что угодно, даже не понимая этого, а просто выступая в своих видениях на чемпионате мира по боксу или карате или, может быть, работая палачом в средневековой Франции и приводя в исполнение приговор какому-нибудь преступнику. Сумасшедший не ведает, что творит, и нельзя его за это наказывать, его уже господь наказал, отняв разум. Но разве жертве его безвинной легче от этого?

Человек подошел к дереву с толстым стволом и слился с ним. Влад занервничал еще больше. Где, черт возьми, охранники? Даже белым днем на даче их было двое. А здесь что-то ни одного не видно. Чего этот тип тут околачивается? Недоброе предчувствие стало таким острым, что Владу захотелось выскочить из машины и побежать к бассейну с криком о помощи. Он потянулся к ручке двери.

– Куда? – обернулся водитель. – Нам сказали не выходить, пока не позовут.

– Мне надо.

– В туалет, что ли? – усмехнулся любитель фантастики.

– Нет, не в туалет. Тут мужик какой-то слоняется, в машину заглядывал. По-моему, он не в себе. Вон у того дерева стоит.

– Где?

Водитель отложил книгу и выключил свет в салоне, всматриваясь в направлении, указанном Владом.

– Не вижу что-то. Может, померещилось?

– Не померещилось, я точно видел. Позови охранников, а?

– Не могу, малыш. Из машины выходить не велено.

– Но я же не убегу. Ты пойми, он сумасшедший, он прячется, его охрана не видит, а вдруг он… кого-нибудь… – У Влада язык не поворачивался почему-то произнести страшное слово.

– Охрана видит все, не сомневайся, – поучительно ответил водитель, вновь открывая книгу.

Светлана в сопровождении охранника спускалась со второго этажа в вестибюль. До двери на улицу оставалось всего два шага, когда послышались торопливые шаги на лестнице.

– Витек!

Охранник обернулся, придержав Светлану за руку. На середине пролета стоял Володя, который обеспечивал порядок на втором этаже, и передал Старкову Настину просьбу проводить девушку и привести Влада.

– Ты за малышом пойдешь? – спросил Володя.

– Да. Сначала девушку посажу в машину, потом – за ним.

Услышав это, Светлана сообразила, что сейчас будут допрашивать Влада. Он еще не знает, что она обо всем рассказала, и будет по-прежнему придерживаться той линии, о которой они договорились. Конечно, эта женщина из него душу вынет, но правду рассказать заставит, в этом Света не сомневалась, и ей жалко было Влада, который будет так старательно врать, чтобы потом испытать унижение разоблаченного обманщика. Она знала, что хуже нет – когда тебя уличают во лжи, да еще прямо в глаза. Надо предупредить Влада, чтобы сразу говорил правду, это поможет ему сохранить чувство собственного достоинства.

Она осторожно сделала шаг к двери.

– Слушай, в той машине, где лилипут, в «бардачке» мои сигареты лежат. Захватишь?

Света сделала еще один шаг и взялась за ручку двери.

– Ладно, – добродушно ответил Витек, поворачиваясь к девушке. Он собрался было уже идти за ней, но Володя снова подал голос:

– Только ты не перепутай, там и Генкины лежат, но у него пачка белая с голубым, а у меня – белая с зеленым. Не перепутаешь?

Светлана выскочила на крыльцо, одним махом перескочила через две ступеньки и побежала к машине, где сидел Влад. Она не успела понять, что за тень мелькнула перед ней, она даже не увидела в темноте остро заточенный столовый нож. Она только услышала страшный вопль Влада:

– Све-е-е-та-а-а!!!

Потом что-то обожгло ей горло, и стало легко. Захотелось спать, медленно опуститься на колени, лечь на бок прямо здесь, на холодной, покрытой чистым снегом земле, и уснуть. Так она и сделала.

– Отвезите меня к Эдуарду Петровичу, – устало сказала Настя.

Она села в машину со Старковым, не оборачиваясь и не зная, едут ли остальные с ними. Ей было не просто тошно. Ей хотелось повеситься.

После того, как в вестибюль втолкнули обезумевшего Марцева, после того, как бившегося в рыданиях Влада едва смогли оторвать от истекающей кровью Светланы, Настя поняла, что решение принимать надо ей и делать это следует как можно быстрее. После рассказа Светланы ясным стало почти все. Разговаривать с Владом оказалось невозможно, у него просто забрали кассету с музыкальной записью и отдали Насте. Ей не было нужды слушать эту музыку, она уже по одному описанию сценария поняла, кто мог бы быть его автором. Но послушать все-таки хотелось.

Денисов встретил Настю у подъезда, он уже все знал от позвонившего ему Старкова. Молча они поднялись на этаж и так же молча прошли в кабинет Эдуарда Петровича.

– Что вам принести, Анастасия? – заботливо спросил хозяин.

– Кофе покрепче. И выпить, – глухо пробормотала она.

Сделав несколько глотков принесенного Аланом кофе, Настя уже громче и спокойнее сказала:

– Эдуард Петрович, нам с вами нужно принять ответственное решение. Что делать с телом Светланы Коломиец? Милицию к месту убийства Анатолий Владимирович не вызвал, оставил там своих людей, чтобы уничтожить следы крови. Я понимаю, что если дело предать огласке, то те, кого мы ищем, немедленно исчезнут. Слишком уж тут много всего: и девушка, которая их знает и мало ли кому могла о них рассказать, и сумасшедший, который совершенно определенно выискивал и поджидал именно эту девушку, ведь у него в кармане пиджака оказалась фотография молодой женщины, судя по всему, его матери, одетой точь-в-точь в такое же платье, что было на Светлане. Но я не понимаю, как можно скрыть убийство девушки, не нарушая закона. Поэтому выбор у нас с вами очень небольшой. Либо вы доставляете труп Светланы в больницу или прямо в морг и сообщаете об этом своим друзьям в милиции, ставите их в известность об истинных обстоятельствах происшествия и позволяете им делать все, что они считают нужным, либо отпустите меня. Только что на моих глазах с места убийства был увезен труп, а виновное лицо содержится в частном доме. Да у меня как у работника милиции должен разрыв сердца уже случиться, и не один! Вы что со мной делаете? Вы думаете, что я – автомат для решения уголовно-процессуальных задачек и мне безразлично, что происходит вокруг, пока я их решаю?

У нее затряслись руки, и она вынуждена была поставить чашку на столик.

– Простите меня, – тихо сказал Денисов, – я не мог предположить, что речь идет о таком. Я даже выговорить-то не могу. Если бы мы с самого начала знали, что в деле могут оказаться замешаны люди психически нездоровые, охрана была бы проинструктирована и трагедии не было бы. Но у охраны было задание не допустить, чтобы кто-либо из посторонних увидел вас в компании с моими людьми. Я сожалею. Итак, что, по-вашему, я должен сделать?