Игра на понижение
Шрифт:
Шрам пошел следом. Ветеран двигался тяжело, но стремительно. Широкие плечи легко подтянулись над краем стены. Внизу, всего в нескольких метрах, ярко светили прожекторы, но этот узкий участок оставался в спасительной, непроглядной темноте.
Бывший командир мягко, с перекатом приземлился на ухоженный газон рядом с Турком.
Камера на стене с легким жужжанием начала обратное движение. Красный глазок скользнул по тому месту, где еще секунду назад висел трос, и не обнаружил ничего, кроме мирно качающихся крупных тропических листьев.
— Мы внутри, — дважды щелкнул тангентой старый солдат удачи.
Прямо перед ними возвышалась громада резиденции диктатора. Воздух здесь пах совершенно иначе: дорогими кубинскими сигарами, терпкой хлоркой от открытого бассейна и затаившейся смертью.
— Двигаемся к подвальному блоку, — одними губами скомандовал ветеран, доставая из тактической кобуры пистолет с интегрированным глушителем. — Ландо, следи за патрулями.
— Веду вас, босс, — сразу же отозвался снайпер. — Впереди по курсу чисто. Справа у золотого фонтана стоят двое, но они так увлеченно смотрят футбольный матч на планшете, что забыли про службу. Можете пройти у них прямо за спинами, эти идиоты не заметят даже марширующее стадо слонов.
Две тени синхронно оторвались от бетонного забора и начали свой тихий, безжалостный путь вглубь вражеской цитадели.
Внутренние коридоры резиденции разительно контрастировали с нищетой, царящей за бетонным забором. Толстые ковры ручной работы глушили шаги, а со стен, обитых дорогими деревянными панелями, смотрели подлинники европейских мастеров. Диктатор явно любил роскошь с размахом истинного безумца.
Шрам и Кемаль продвигались по извилистым галереям первого этажа, сливаясь с густыми тенями от массивных античных ваз.
Впереди, на пересечении коридоров, возникли два силуэта. Охранники в легких бронежилетах лениво обсуждали вчерашнюю игру в покер, позвякивая автоматами.
Командир сделал короткий, рубящий жест рукой.
Турок скользнул вправо, растворившись в нише за тяжелой бархатной портьерой. Лидер отряда остался на месте, плотно вжавшись в темный угол.
Когда патрульные поравнялись с укрытием, стая нанесла удар.
Молодой разведчик бесшумно вынырнул из-за портьеры. Рука в тактической перчатке мертвой хваткой легла на горло первого африканца, мгновенно перекрывая кислород и блокируя крик. Второе движение — резкий поворот шеи. Сухой, едва слышный хруст позвонков.
Ветеран сработал так же ювелирно. Старый солдат удачи перехватил дуло автомата второго бойца, уводя его в сторону, и с силой вогнал лезвие боевого ножа прямо в щель между пластинами бронежилета. Африканец захрипел, оседая на дорогой ковер.
— Чисто, — выдохнул Кемаль, аккуратно затаскивая обмякшее тело за плотную ткань штор.
— Подвальный блок прямо по коридору, — Пьер быстро вытер окровавленное лезвие об униформу убитого врага. — Идем. Каждая секунда на счету.
Лестница на минус первый ярус встретила наемников тяжелым запахом сырости, немытых тел и запекшейся крови. Роскошь закончилась. Здесь начиналась персональная бойня картеля.
Путь преградила массивная стальная дверь, запертая на электронный кодовый замок.
— Сможешь? — коротко спросил Шрам, сканируя пустой бетонный коридор.
Молодой легионер уже достал дешифратор и подключал тонкие провода к панели. На крошечном экране замелькали столбцы зеленых цифр.
— Это дешевая китайская автоматика, старший брат, — криво усмехнулся Турок, быстро перебирая алгоритмы. — Ее можно взломать даже кухонным тостером. Три… два… один.
Раздался глухой щелчок. Тяжелые ригели лязгнули, уходя в пазы.
Наемники ворвались в камеру, мгновенно беря помещение на прицел. Но стрелять было не в кого. Охраны внутри не оказалось.
Прямо по центру тускло освещенного бетонного мешка, прикованный к железному стулу тяжелыми цепями, сидел человек.
Его лицо представляло собой сплошной синяк. Армейская футболка превратилась в пропитанные кровью лохмотья. Но когда узник поднял голову, в его выцветших голубых глазах не было ни капли страха. Только холодная, злая сталь кадрового офицера.
— Я уж думал, вы решили оставить старика гнить в этой дыре до самой пенсии, — хрипло произнес капитан Кравинский. Офицер сплюнул сгусток крови на грязный пол и попытался усмехнуться. Вышло жутковато.
— Мы просто искали парковку подешевле, капитан, — с облегчением выдохнул Пьер.
Бывший солдат удачи бросился к наставнику, сбивая навесные замки с цепей мощными ударами рукояти пистолета.
— Выглядите ужасно, босс, — заметил Кемаль, подхватывая падающего со стула офицера под плечо. — Местный сервис явно оставляет желать лучшего.
— Зато кормят бесплатно, Турок, — прохрипел Кравинский, с трудом опираясь на плечо разведчика. — Как вы вообще сюда пробрались? Картель стянул сюда половину своей армии.
— У нас отличные глаза на затылке, — ответил ветеран, передавая спасенному трофейный пистолет. — Идти можете?
— Если впереди есть в кого стрелять — я могу даже бежать, — капитан передернул затвор непослушными, разбитыми пальцами.
Радость долгожданной встречи оборвалась внезапно, словно лопнувшая гитарная струна.
Рация на поясе Кемаля, снятая с одного из убитых патрульных, неожиданно ожила. В динамике раздался резкий, гортанный голос начальника охраны. Он требовал ответа от поста на крыше. Ответа от снайперов, которых Ландо и Лях ликвидировали десять минут назад.
В эфире повисла тишина. Затем голос зазвучал снова, уже гораздо громче и тревожнее.
— Они поняли, что потеряли связь, — напряженно бросил Турок, глядя на мигающий диод рации.
И в этот момент под потолком бетонного коридора истошно завыла сирена. Тусклые лампы погасли, сменившись агрессивным, пульсирующим красным светом аварийного освещения. За железной дверью послышался топот десятков тяжелых армейских ботинок и крики команд.
Хирургически точная операция дала сбой. Скрываться больше не было смысла.
Шрам нажал кнопку передатчика на своей тактической гарнитуре. В голосе лидера отряда не было ни грамма паники. Только ледяная решимость человека, готового превратить чужой дом в преисподнюю.
— Ландо, Лях. Нас раскрыли. Свободная охота.
В наушнике раздался азартный, счастливый смех французского снайпера.
— Принято, командир. Открываем счет.
Пьер переключил канал и посмотрел прямо в объектив камеры видеонаблюдения под потолком, залитой красным светом.
— Батист, — спокойно произнес старый солдат удачи. — Буди свою крошку. Нам нужен выход.