Чтение онлайн

Батист, которому было явно тесновато за обычным столом, вынес с кухни огромное, шипящее на раскаленной сковороде блюдо с бараньими ребрышками. Лин семенила следом, расставляя тарелки с пикантными соусами.

— Осторожно, горячо! — пробасил гигант, опуская мясо в центр стола. — Капитан, твой рецепт маринада просто великолепен. Я добавил немного розмарина, надеюсь, ты не против импровизации?

— Если будет невкусно, я заставлю тебя съесть эту сковородку, Медведь, — добродушно проворчал Кравинский, занимая место во главе стола. — Но пахнет так, что я готов простить тебе отступление от устава.

Шрам сидел чуть сбоку, обнимая за плечи Мию. Певица была в простом, невероятно идущем ей легком платье, а ее темные волосы свободно падали на плечи. Она положила голову на плечо Пьера, лучась спокойным, теплым светом.

Старый солдат удачи обвел взглядом своих людей.

Справа Лях и Ландо уже затеяли очередную словесную перепалку.

— Я тебе говорю, француз, еще пара месяцев, и мои парни из Итхэвона будут читать стихи перед тем, как ломать кому-нибудь ноги! — хвастался блондин, наливая коньяк. — Это называется стиль!

— Стиль, мой юный варвар, — парировал бывший снайпер, грациозно взбалтывая вино в бокале, — это когда враг умирает, даже не поняв, откуда прилетела пуля, а не когда ты час читаешь ему сонеты в грязной подворотне.

Кемаль молча чокнулся бокалом с Джи-а, выражая ей молчаливое сочувствие по поводу болтливости ее возлюбленного, на что лейтенант только понимающе закатила глаза.

Громкий смех, звон бокалов, дразнящий запах жареного мяса и дорогих сигар.

Пьер откинулся на спинку стула и прикрыл глаза. Внутри него, там, где долгие годы зияла черная дыра паранойи и ожидания смерти, сейчас царил абсолютный штиль. Мужчина посмотрел на свои руки, покрытые шрамами. На них больше не было чужой крови.

— О чем задумался? — тихо спросила Мия, нежно проведя кончиками пальцев по белесому шраму на его щеке.

— О том, что я никогда не думал, что доживу до такого вечера, — предельно честно ответил ветеран. Он перехватил ее ладонь и поднес к губам. — О том, что я абсолютно счастлив.

Кравинский постучал вилкой по пустой гильзе, призывая к тишине. Гул за столом стих. Старый капитан поднялся, держа в руке бокал с коньяком.

— Парни. Девочки, — голос офицера дрогнул, утратив командирскую сталь и наполнившись искренней, отцовской теплотой. — Мы прошли через настоящий ад. Мы теряли друзей, мы захлебывались грязью и кровью, работая на ублюдков в высоких кабинетах. Но мы выжили. И мы сохранили главное — нашу стаю. Вытащив меня из той африканской дыры, вы подарили мне жизнь. И я пью за то, чтобы в этой новой жизни нам больше никогда не пришлось доставать оружие из тайников. За нас. За семью!

— За семью! — хором отозвались наемники, сдвигая бокалы.

Смех вспыхнул с новой силой. Батист начал раскладывать по тарелкам сочное мясо, Ландо рассказывал очередную байку о парижских женщинах, а Лях с Кемалем наперебой спорили о тактике ведения уличного боя.

Это был идеальный, безупречный вечер. Квинтэссенция покоя и заслуженного рая для людей, всю жизнь ходивших по лезвию ножа.

Никто из них, смеющихся и счастливых в теплом свете армейской «Каптерки», не мог знать, что их рай уже приговорен.

Никто не почувствовал, как в цифровом эфире ночного Сеула прошел невидимый, бесшумный импульс.

Глубоко под землей, в лаборатории «Инферно», идеальный кибернетический аватар Данте плавно поднялся с хирургического стола. Синтетические мышцы, накачанные демонической энергией, бугрились под кожей. В абсолютно черных, лишенных белков глазах клона медленно загружался кроваво-золотой интерфейс системы «Бездна».

ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ ЗАВЕРШЕНА.

ОСНОВНАЯ ЦЕЛЬ ЗАДАНА: ПЬЕР «ШРАМ».

ВТОРОСТЕПЕННЫЕ ЦЕЛИ: ВСЕ АФФИЛИРОВАННЫЕ ЛИЦА.

СТАТУС МИССИИ: ПОЛНОЕ УНИЧТОЖЕНИЕ.

Данте растянул губы в мертвой, пугающей улыбке, обнажая идеальные белые зубы. Он поправил воротник безупречного дорогого пальто и шагнул в кабину лифта.

Таймер их жизней начал обратный отсчет. Идиллия подошла к концу.

Светлый, вылизанный до стерильного блеска коридор центрального телевещания пах дорогим освежителем воздуха с ароматом морского бриза.

Пьер неспешно шел по пушистому ковру, неся в руках картонную подставку с пятью стаканами кофе. В самом центре красовался тот самый злополучный карамельный макиато на миндальном молоке. Ветеран все-таки сдался под напором щенячьих глаз Мин-хо и во время перерыва спустился в кафетерий на первом этаже.

«Старею, — с легкой, ироничной усмешкой подумал бывший солдат удачи. — Десять лет назад я бы заставил этого смазливого мальчишку отжиматься до потери пульса за нарушение устава. А теперь ношу ему сироп, чтобы у ребенка не было стресса перед прямым эфиром».

Мужчина подошел к тяжелой, звукоизолированной двери с золотой табличкой «VIP-гримерка №1. Neon Sky».

Ветеран уже занес руку, чтобы нажать на ручку, когда его обостренные до предела инстинкты взвыли ледяной сиреной.

Было тихо. Слишком тихо.

Обычно из-за этих дверей всегда доносился приглушенный бас музыкальных колонок, споры стилистов или дурашливый смех пятерых подростков. Сейчас оттуда веяло абсолютной, могильной пустотой.

А затем Пьер уловил запах.

Освежитель воздуха не мог перебить этот тяжелый, густой металлический смрад. Так пахла медь. Так пахли мясные ряды на африканских рынках. Так пахла свежая, еще теплая кровь.

Подставка с кофе выскользнула из ослабевших пальцев. Пластиковые стаканы с влажным хлюпаньем разбились о ковер, расплескивая коричневую жижу.

Начальник охраны рванул дверь на себя, одновременно выхватывая из подмышечной кобуры тяжелый «Глок». Оружие, которое он носил исключительно ради протокола, мгновенно легло в привычную хватку.

Шрам перешагнул порог и замер. Дыхание перехватило, словно его ударили кувалдой в солнечное сплетение.

Светлая, просторная гримерка с белыми кожаными диванами и огромными зеркалами превратилась в филиал преисподней.

Белоснежный ворс ковра пропитался багровым. Джи-сон, вечно переживавший за свою идеальную челку, лежал запрокинув голову на гримерном столике. Его горло было перерезано от уха до уха с пугающей, хирургической точностью. Кровь залила все баночки с дорогим лаком для волос.

Самый младший участник группы безвольной куклой сполз по стене в углу. Остальные трое были разбросаны по комнате, словно сломанные игрушки. Их не просто застрелили. Их казнили. Жестоко, методично и невероятно быстро.