Чтение онлайн

Батист, сидевший чуть поодаль со своим разобранным пулеметом, хмыкнул.

— Самоуверенность — их главная слабость, — прогудел великан, методично протирая затвор промасленной ветошью. — Они думают, что их золотые стены и мины остановят любого.

— И они правы, если кто-то решит переть напролом, — заметил Лях.

Блондин следил за главными воротами, где скучали шестеро вооруженных бойцов картеля. Поляк нервно потирал пальцы. Ему явно не терпелось пустить в ход оружие.

— Там бронированные створы и пулеметное гнездо. В лоб такую крепость возьмет только танковый батальон.

— Именно поэтому мы и сидим в этой бетонной духовке, — спокойно ответил бывший легионер. Ветеран отложил бинокль и подошел к импровизированной карте, начерченной Кемалем. — Любая, даже самая совершенная система безопасности имеет брешь. Создают ее люди, а людям свойственно ошибаться.

Лидер отряда задумчиво провел пальцем по схеме.

— Обратите внимание на западную стену. Там, где декоративный сад подходит вплотную к забору.

Ландо послушно перевел перекрестие прицела в указанный сектор.

— Вижу, — подтвердил стрелок. — Камеры висят высоко. Но кроны деревьев разрослись и перекрывают обзор. Ночью там будет глубокая тень.

— Верно. А теперь засеките интервал между проходом патруля и поворотом объектива камеры.

В бетонном укрытии повисла тишина, нарушаемая лишь завыванием сухого ветра в пустых оконных проемах. Стая слаженно работала, вгрызаясь взглядами в оборону врага. Каждый боец просчитывал тайминги, углы обзора и маршруты.

— Две минуты, — наконец тихо произнес Турок. — У нас будет окно ровно в сто двадцать секунд, когда этот участок не контролируется ни живыми глазами, ни электроникой.

Командир удовлетворенно кивнул, доставая из кармана растрескавшийся кусок мела.

— Значит, мы пойдем именно там. Готовьтесь, парни. Как только стемнеет, начинаем математику смерти.

Пыльный бетонный пол пятнадцатого этажа превратился в гигантскую тактическую доску.

Шрам сидел на корточках, уверенными и резкими движениями вычерчивая белым мелом схему вражеской резиденции. Солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая африканское небо в густые, кроваво-оранжевые тона и принося долгожданную прохладу.

— Смотрите сюда, — негромко произнес командир, обводя мелом западную стену. — Охраны много. Больше сотни стволов. Но диктатор набрал количество, а не качество.

Стая обступила рисунок. Лица наемников в наступающих сумерках казались высеченными из серого камня.

— Эти парни привыкли кошмарить безоружных фермеров, — подал голос Кемаль, указывая на отметки караульных постов. — Они двигаются расхлябанно. Разговаривают по рациям о местных девчонках и ставках на спорт. Дисциплины нет.

Внезапно Лях раздраженно пнул пустую пластиковую бутылку. Пластик с сухим треском отлетел в угол.

— Так зачем мы тогда устраиваем эту шпионскую возню?! — вспылил наглый блондин, сжимая в руках свой автомат. Голубые глаза поляка азартно блестели. — У нас есть взрывчатка. У нас есть Батист с его ручной гаубицей. Закладываем С-4 под главные ворота, выносим их к чертовой матери и заходим с огоньком! Зачистим виллу за десять минут!

В бетонной коробке повисла тяжелая, звенящая тишина.

Ландо, сидевший на рюкзаке с оптикой, медленно покрутил пальцем у виска. Батист даже не поднял глаз от пулеметной ленты, но его могучие плечи угрожающе напряглись.

Бывший легионер медленно поднялся в полный рост. Ветеран шагнул к дерзкому новичку вплотную, заставляя того инстинктивно вжать голову в плечи.

— Ты хочешь зайти с огоньком, Лях? — ледяным шепотом, от которого мороз пробирал по коже даже в африканскую жару, спросил лидер отряда. — А ты подумал, что сделает картель с Кравинским в первую же секунду твоего красивого штурма?

Поляк сглотнул, но упрямо промолчал.

— Как только прогремит взрыв, — жестко продолжил Шрам, чеканя каждое слово, — диктатор поймет, что к нему пришли гости. И капитан из ценного заложника мгновенно превратится в отработанный материал. Ему пустят пулю в затылок быстрее, чем ты успеешь перезарядить магазин.

Снайпер изящно поднялся на ноги, отряхивая пыль с тактических брюк.

— Наш польский друг переиграл в видеоигры, босс, — с едким сарказмом заметил француз. — Оставь его, пусть фантазирует. Что по нашей математике слепых зон?

Командир отвернулся от притихшего блондина и снова посмотрел на меловую схему.

— Западная стена. Стык декоративного сада и основного периметра, — старый солдат удачи постучал костяшкой пальца по белой линии. — Камеры настроены на автоматический поворот. Но из-за разросшихся крон деревьев угол обзора срезается.

Кемаль одобрительно кивнул, понимая мысль старшего брата по оружию.

— Я засек тайминги, — подтвердил Турок. — В два часа ночи у них пересменка караула. Свет прожекторов не добивает до этого участка. Плюс, автоматика камер оставляет «мертвую зону» ровно на сто двадцать секунд.

— Две минуты абсолютной слепоты, — подытожил ветеран. — Это наша дверь. Никакого шума. Никаких взрывов на главных воротах. Входим, как призраки.

Батист удовлетворенно хмыкнул, поглаживая вороненый ствол ПКМ.

— Как же я люблю это, — басовито резюмировал гигант. — Значит, мне снова придется изображать статую и ждать, пока вы сделаете всю грязную работу?

— Если мы всё сделаем правильно, твой пулемет сегодня будет молчать, мой большой друг, — Шрам скупо улыбнулся. — Но перед тем, как мы пойдем внутрь, нам нужны уши и глаза в их системе связи. Турок?

Молодой легионер проверил крепления ножа на разгрузке и легко поднялся.

— Пойду прогуляюсь до забора, командир. Установлю «жучки» на их кабели. К полуночи мы будем слышать каждый чих охраны в радиусе километра.

— Только без самодеятельности, — предупредил лидер отряда. — Ландо будет вести тебя в прицеле. Если запахнет жареным — уходим. Капитан нужен нам живым, а не в качестве повода для героической гибели.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом. Густая тропическая ночь накрыла Сеул, стирая контуры бетонного отеля и превращая наемников в невидимые, смертоносные тени. Стая начала свою игру.