Чтение онлайн

Многие из тех ученых, что не отождествляют Любимого Ученика с Иоанном, сыном Зеведеевым, согласны — или считают себя обязанными — оставить его анонимным, не отождествлять ни с одной исторической фигурой, известной нам из иных источников. Для наших целей это вполне приемлемо. Однако есть две причины, по которым все же имело бы смысл попытаться установить личность Любимого Ученика. Одна из них — в главе 12 мы воспользовались предположением Мартина Хенгеля, что для присвоения Евангелиям имен Марка, Матфея, Луки и Иоанна было необходимо, чтобы верующие пользовались несколькими Евангелиями одновременно. В таком случае это Евангелие должно было быть приписано ученику по имени Иоанн очень рано. Если принять во внимание, что личность Любимого Ученика была известна, по крайней мере, некоторым первым его читателям и слушателям, среди которых ходили слухи, что он не умрет до второго пришествия (21:23), становится очень вероятно, что при выходе за пределы той общины, где оно было создано, это Евангелие сопровождалось как минимум некоторой устной информацией о его авторе, подтверждающей, что атрибуция его Иоанну достоверна. Стоит отметить также, что заглавие Евангелия не сообщает об этом Иоанне (одно из самых распространенных мужских имен в иудейской Палестине, пятое по распространенности — см. таблицу 6) никаких дополнительных сведений. Иоаннами звали в Палестине 5% мужчин–иудеев. Следовательно, вполне можно предположить, что автор Евангелия — не Иоанн, сын Зеведеев, а какой–то другой Иоанн [1042] .

Вторая причина посвятить этой проблеме еще немного времени — следующая: мы уже установили, что к утверждениям Папия о Евангелиях стоит отнестись серьезнее, чем относятся обычно современные исследователи. К несчастью, прямых указаний на то, что говорил Папий об авторстве Евангелия от Иоанна, не сохранилось; однако можно извлечь косвенные указания из сочинений авторов II века, читавших Папия. Большинство ученых полагает, что писатели II века в один голос называют автором Четвертого Евангелия Иоанна, сына Зеведеева; однако мы покажем, что есть основания для сомнений. В этой главе я намерен показать, что автор Евангелия — ученик Иисуса, которого Папий называет Старцем Иоанном [1043] , и что некоторые писатели II века, утверждавшие такой факт, понимали, что этот Иоанн — не Иоанн, сын Зеведеев. С течением времени, однако, эти две фигуры слились в одну. Ранние же свидетельства начали пониматься превратно, ибо читались в свете позднейших.

Вернемся в последний раз к тому отрывку из Пролога к книге Папия, с которого мы начали наше исследование. Как ни удивительно, мы извлекли из него еще не все возможное:

Мы помним, что в этом отрывке Папий рассказывает о довольно далеком прошлом. Когда он писал этот отрывок, то, безусловно, знал Евангелие от Иоанна: об этом свидетельствует сам отрывок, в котором имеется список семи основных учеников Иисуса: Андрей, Петр, Филипп, Фома, Иаков, Иоанн и Матфей. Первые шесть имен приведены в том же порядке, в каком они появляются в Евангелии от Иоанна (1:40, 41, 43; 11:16; 21:2). Такое поразительное совпадение едва ли случайно. Единственный член Двенадцати (кроме Иуды Искариота), названный по имени в Евангелии от Иоанна, но отсутствующий в этом списке — загадочный «Иуда (не Искариот)», упомянутый лишь один раз (14:22). Папий добавил в список [1046] Матфея, в Евангелии от Иоанна отсутствующего, поскольку в период его работы над книгой Евангелие от Матфея было широко известно и, следовательно, Матфей представлялся важным источником устной традиции.

Если шестеро учеников перенесены в список Папия из Евангелия от Иоанна и стоят в нем в том же порядке, в каком появляются в Евангелии — а это выглядит весьма вероятным, — отсюда вытекает очень важное следствие. Это значит, что Папий не считал Любимого Ученика Иоанном, сыном Зеведеевым, который появляется в списке предпоследним, перед Матфеем и после своего брата Иакова (обычный порядок называния братьев в синоптических Евангелиях), поскольку «сыновья Зеведеевы» из всех апостолов названы в Евангелии от Иоанна последними (Ин 21:2). Любимый же Ученик, разумеется, появляется в Евангелии намного раньше. Если бы Папий узнал его в безымянном ученике 1:35–39, то поместил бы в списке первым (или вторым, после Андрея); но даже если в этот момент он бы его не узнал, то, разумеется, не пропустил бы в 13:23, где автор называет его «учеником, которого любил Иисус». В этом случае Любимый Ученик попал бы в список между Фомой и Иаковом. Но, по–видимому, Папий не включил Любимого Ученика в этот список — и не считал его Иоанном, сыном Зеведеевым.

Есть, однако, и другое возможное объяснение порядка расположения учеников в списке Папия, также указывающее на его зависимость от Евангелия от Иоанна. Возможно, Папий не перечислял учеников в порядке их появления в Евангелии, а просто совместил два Иоанновых «списка» учеников — в Ин 1 и в Ин 21:2 [1047] , в обоих случаях опустив Нафанаила:

Это объяснение существенно отличается от предыдущего лишь в одном пункте: в предположении, что Фома включен в список Папия не в связи со своим первым появлением в Евангелии, а перенесен из списка в Ин 21:2. Пожалуй, это было бы убедительнее, если бы в Ин 1 действительно содержался список, а не повествование, в котором апостолы появляются один за другим. Если мы предпочитаем второе объяснение, то никаких следствий для установления личности Любимого Ученика из него не вытекает. Однако остается интригующая возможность, что двух безымянных учеников из Ин 21:2 Папий определил как Аристиона и Старца Иоанна [1048] . Но вопрос о личности Любимого Ученика так и остается открытым: среди группы, перечисленной Иоанном в 21:2, Папий мог счесть Любимым Учеником и одного из двух безымянных учеников, и одного из двух сыновей Зеведеевых.

В главе 2 мы уже отмечали ключевое различие, которое делает Папий между семью учениками (число полноты свидетельства) и еще двумя (минимально необходимое число свидетелей). Учеников старцев, посещавших его город, он расспрашивал о том, что говорили семеро и что говорят Аристион и Старец Иоанн. В то время, о котором пишет Папий [1049] , все семеро уже умерли, но Аристион и Старец Иоанн были еще живы. От первых его отделяло время, от вторых — только расстояние. Некоторые ученые не готовы признать, что в Аристионе и Старце Иоанне Папий видит таких же «учеников Господних», что и в предыдущих семерых — то есть непосредственных учеников Иисуса, свидетелей его истории [1050] . Однако это связано с непониманием того, что Папий пишет не о своем настоящем, а о довольно далеком прошлом [1051] . В то время, когда он писал свою книгу (по мнению многих исследователей, около 130 года), конечно, едва ли какие–либо ученики Иисуса могли оставаться в живых. Но он говорит о более раннем периоде. Указание на то, что по меньшей мере два ученика Иисуса в те годы были еще живы, позволяет нам определить этот период как конец I века. Большинство учеников Иисуса к этому времени уже покинули наш мир — но оставались в живых, по крайней мере, двое: Аристион и Старец Иоанн.

Мог ли Старец Иоанн быть Любимым Учеником и автором Евангелия от Иоанна? Для начала можем отметить два любопытных факта. Евангелие рассказывает о слухе, что Любимый Ученик доживет до второго пришествия (21:22–23), и указывает, что этот слух ошибочен — он основан на неверно понятых словах Иисуса. Как мог возникнуть и распространиться такой слух — становится понятно, если предположить, что этот ученик пережил большинство других. Первые христиане ожидали второго пришествия при жизни поколения современников Иисуса, и, по мере того, как большинство его учеников умерли, ожидания сосредоточились на этом ученике. Его исключительное долголетие было приписано желанию Господа, чтобы этот ученик дожил до его пришествия во славе. Эта идея могла распространиться именно в тот период, о котором пишет Папий — когда более известные ученики

Иисуса уже умерли, но Аристион и Старец Иоанн были еще живы. Более того, стоит отметить мнение, встречаемое впервые у Иринея и затем обычное у Отцов Церкви: что Евангелие от Иоанна было написано позже трех других и что его автор пережил большинство своих собратьев–учеников (Ириней говорит, что он дожил до царствования Траяна, который взошел на трон в 98 году: Против ересей, 3.1.1, 3.3.4) [1052] . О том, что Евангелие от Иоанна — последнее из четырех, Ириней, хорошо знавший книгу Папия, мог узнать от него. Если Иоанн — это Старец Иоанн, то все сходится. В то время, о котором пишет Папий, Иоанн, сын Зеведеев, уже умер, но продолжал жить Старец Иоанн. Возможно, примерно в это время он писал свое Евангелие.

Мы уже показали (в главе 9), что, работая над Прологом, Папий, по всей видимости, полагал, что Евангелие от Марка было написано при жизни Петра. Очевидно, он считал также, что Евангелие от Матфея изначально было написано Матфеем по–еврейски или по–арамейски. Таким образом, по крайней мере по мнению Папия, в тот момент, когда он писал свой Пролог, к тому времени, когда умерли Петр и Матфей, эти два Евангелия были уже написаны. Петр и Матфей умерли — но Старец Иоанн, автор Евангелия от Иоанна, продолжал жить, и его Евангелие было еще не закончено. (О том, что думал Папий о Евангелии от Луки, нам ничего не известно.)