Чтение онлайн

Кладезь клятвы См. Вирсавия.

Клевета. См. Лжесвидетельство.

Клен (явор, платан, или чинарь) (Сир. XXIV, 16) – красивое развесистое дерево из семейства платановых, растет на всем Востоке, равно как и в России. Служит прекрасным выражением свежей силы, жизни и образом славы и великолепия. У пр. Иезекииля оно служит образом ассириян, у Сираха символом великой премудрости Божией. Кленовое дерево, между прочим, идет на постройку кораблей и на разные другие плотничные и столярные изделия.

Клеопа (перемена, прохождение) (Лк. XXIV, 18) – один из двух учеников, которым явился Господь по Своем воскресении на пути в селение Еммаус, ученик и родственник Господа по плоти. Впрочем, мнения о нем различны. Одни Клеопу, упоминаемого у ев. Луки, отличают от Клеопы, упоминаемого у ев. Иоанна (XIX, 25), находя различие в самом имени; у ев. Луки на греческом пишется: Kleopas; а у Иоанна: Klopas. Первое имя греческое (сокращенная форма: Kleoparos), а последнее арамейское (от слова Chalpai) (см. Алфей). О Клеопе евангельская история передает нам следующее достопримечательнейшее событие. В третий день по смерти Спасителя Клеопа, вместе с другим учеником Христовым, шел из Иерусалима в селение Еммаус. На пути явился им сам Господь, который подошел к ним в то время, когда они рассуждали между собой о последних событиях в Иерусалиме, т. е. о суде над Господом и Его крестной смерти. Господь спросил их: о чем они рассуждают и отчего так печальны? Тогда Клеопа рассказал ему об Иисусе Назарянине, о Его великих делах и учении, о Его страданиях и крестной смерти и присоединил: а мы надеялись было, что Он есть тот, который должен избавить Израиля; но вот уже ныне третий день, как это случилось; и нас изумили некоторые женщины из наших. Они рано были у гроба, и не нашли тела Его, и пришедши сказывали, что они видели явившихся Ангелов, которые говорят, что Он жив. И ходили некоторые из наших ко гробу и нашли так, как и женщины говорили. Но самого не видели. Тогда Господь, видя недостаток веры их в предсказания пророческие, объяснил им все места о Нем из Писания, начиная от Моисея. Среди разговоров приблизились они к тому селению, в которое шли. Христос показал вид, что Он хочет идти далее, но они уговорили Его остаться с ними, и Он вошел с ними в дом и, когда возлежал с ними за столом, взяв хлеб, благословил, и, преломив, подал им. В это время открылись у них глаза и они узнали Его; но Он стал невидим. Тогда сказали они друг другу: не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам на дороге, объясняя Писания? – и, тотчас же вставши, пошли обратно в Иерусалим, и нашли вместе одиннадцать апостолов и других с ними учеников, которые говорили им, что Господь истинно воскрес и уже явился Симону Петру. И они рассказали, что с ними было на пути и как они узнали Господа в преломлении хлеба (Лк. 24).

Клеопатра (славная, известная по отцу) – имя двух жен, упоминаемых в Библии:

а) (Есф. гл. X) – супруга египетского царя Птоломея;

б) (Мак. X, 57, 58) – дочь Птоломея Филометора, носившая тоже, как и мать ее, имя Клеопатры.

Климент (снисходительный, милостивый) (Флп. IV, 3) – на него указывает св. ап. Павел в означенной цитате, как на одного из сотрудников, имена которых начертаны в книге жизни. Более о нем не упоминается в Новом Завете. Древние отцы Церкви вообще полагают, что означенное лицо есть Климент Римский, бывший по церковной истории третьим епископом Рима. Существует предание, что Климент единогласно был избран римскими пресвитерами в епископы на место умершего Клита, именуемого также Анаклетом. Живя во время гонений Домициана, он скончался мученически в третий год царствования Траяна (в 100 или 101 г. по Р. X), именно по повелению императора был брошен в море с камнем на шее: близ г. Херсонеса Таврического. О мощах св. Климента в месяцеслове имп. Василия сказано, что драгоценные мощи его перенесены верными в Херсонес и доселе, т. е. до конца X в., творят чудеса. При св. Владимире они перенесены были в Киев и хранились здесь в Десятинной церкви. Св. Клименту Римскому приписывалось несколько сочинений, впрочем более или менее сомнительных; но послание его к Коринфской Церкви всеми признавалось за подлинное и так уважалось древними, что читалось в церквях после канонических книг Свящ. Писания. Оно исполнено духовного помазания, силы, ясности и чистоты учения; в каждом слове оного дышат любовь, кротость, ревность и мудрость. Есть еще второе послание Климента к коринфянам, но оно дошло до нас не в полном виде и, по свидетельству Евсевия, было не столько известно и распространено, как первое, и древние им не пользовались. Память св. Климента Римского празднуется Церковью 25 ноября.

Ключ (Суд. III, 25). См. Замок.

Клятва – торжественное обращение к Всемогущему Богу, верному и нелицемерному Свидетелю того, что утверждается или отрицается. Клятва у евреев была прямая и непрямая. Непосредственное обращение к Богу как к Верховному Свидетелю было дозволено Законом (Втор. VI, 13), и оно выражалось в различных формах. Так, напр., выражения: Господь между мною и тобою пусть будет Судьей (Быт. XVI, 5); жив Господь! (II Цар. XII, 5); пусть то и сделает мне Господь (Руфь I, 17); свидетель мне Бог (Рим. I, 9). В клятвах, составлявших непосредственное обращение к Богу, хотя бы при сем и не употреблялось имя Божие, можно читать в Евангелии от Матфея (V, 34). А Я говорю вам, говорит Господь не клянись вовсе ни небом, потому что оно престол Божий… и пр. Далее мы читаем в Свящ. Писании о том, что евреи клялись иногда жизнью царя (Быт. XLII, 16), жизнью какого-либо частного лица (I Цар. I, 26), полевым скотом (Песн. II, 7), храмом, алтарем, жертвами (Мф. XXIII, 16-22). Клятвы вообще произносились: а) поднявши руку вверх: Поднимаю руку мою к Господу Богу Всевышнему, Владыке неба и земли, сказал Авраам царю Содомскому (Быт. XIV, 22). Я подъемлю к небесам руку Мою, представляется в кн. Втор. (XXXII, 40) сам Господь как бы клянущимся, и клянуся десницею Моею и говорю: живу Я во век! или б) обратившись лицом к жертвеннику (III Цар. VIII, 31), или, наконец, в) положивши руку под стегно (Быт. XXIV, 2). Первая форма при произнесении клятвы считалась наиболее распространенной. Клятвы произносились при следующих случаях:

а) когда заключался завет или договор между людьми (Быт. XIV, 22, Деян. XXIII, 21);

б) когда заключался договор между царем и его народом, и наоборот (I Цар. XIV, 24-28, III Цар. XVIII, 10);

в) иногда при произнесении обета (Чис. XXX, 2);

г) при раскрытии какого-либо преступления (Чис. V, 21). В означенном случае употреблялась особая форма заклятия, именно: заклинающий обыкновенно говорил: заклинаю тебя Богом живым (Мф. XXVI, 63), и заклинаемый отвечал на это: аминь, или: ты говоришь. В Послании к Евреям (VI, 16-18) ап. Павел говорит следующее: Люди клянутся высшим, и клятва во удостоверение оканчивает всякий спор их. Посему и Бог, желая преимущественнее показать наследникам обетования непреложность Своей воли, употребил в посредство клятву. Из сего должно заключить, замечает по поводу означенных слов известный церковный вития-богослов митр. Филарет, что если сам Бог для непреложного уверения употребил клятву, то кольми паче позволено и должно нам в важных и необходимых случаях, по требованию законной власти, употреблять клятву и присягу с благоговением и с твердым намерением – отнюдь не изменять ей. Клятвы у евреев считались греховными, когда, напр., произносились в пустых случаях и напрасно (Исх. XX, 7), когда клялись истуканами и идолами и др. В более чистые времена иудейской истории у евреев всякая клятва считалась священной (Нав. IX, 20), но в позднейшие времена иудейские раввины уже учили, что если в какой-либо клятве не произнесено имя Божие, то она совсем не обязательна, и вследствие такого неправильного понимания и лжеучения, естественно, распространялись обманы и вероломство. Подобного рода клятвы строго воспрещались Господом и Его апостолами (Мф. V, 33-37, Иак. V, 12). Не клянись вовсе, учил Господь, но да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх того, то от лукавого (Мф. V, 37). Следуя этому учению, ессеи действительно вовсе не клялись. Ложная клятва состоит в том, что люди утверждают клятвой то, чего нет. Это грех против третьей заповеди.

Книд (Деян. XXVII, 7) – карийский город на полуострове Книде, в Архипелаге. Им проходил св. ап. Павел на своем пути в Рим. Гавань Книда очень обширна, а самый город славился боготворением Венеры, в честь которой здесь был устроен храм с знаменитой статуей, изваянной известным художником Праксителем.

Книжники. См. Законник.

Коа – слово не совсем определенного значения, но, очевидно, составляющее название народа или страны, принадлежащей Ассирии. Слово Коа встречается в Свящ. Писании только однажды, именно в кн. пр. Иезекииля (XXIII, 23), вместе с Пеходом и Шоа. В русском синодальном переводе означенные слова принимаются в значении собственных имен разных областей и народов царства Халдейского. По свидетельству Птоломея, из р. Инд вытекала река под названием Коа, и в счастливой Аравии находился город также под сим названием; но, несмотря на все это, библейский Коа доселе остается неопределенным.

Кодрант (Мф. V, 26) – медная римская монета, составлявшая четвертую часть ассария, стоила на наши деньги более 1/2 копейки серебром.

Кожа (Исх. XXVI, 14, Иов. II, 4, Мф. III, 4). Кожа и изделия из оной были в большом употреблении у евреев. Кожу употребляли на изготовление одежд, для выделки сандалий, опоясаний. Впоследствии из кож изготовлялся пергамент для письма. Особенно хорошо обрабатывались кожи в Древнем Египте. От египтян, конечно, заимствовали это искусство и израильтяне.

Кожевник (Деян. IX, 43). Кожи различных животных у израильтян, равно как и в настоящее время, употреблялись для выделки башмаков, сандалий, опоясаний, пергамента и на разные другие хозяйственные цели. Обработкой кож занимался особенный класс ремесленников, именно кожевников. По учению раввинов, ремесло кожевников считалось у иудеев нечистым и по причине неприятного запаха от кож производилось большей частью в отдалении от городов, при реках или при море. Как видно из книги Деяний (IX, 43), ап. Петр жил у некоего кожевника Симона, при море.

Коза, козел (Лев. III, 12). Стада козлов и коз считались в древности одним из важнейших предметов в хозяйственном быту человека (Быт. XXVII. 9, I Цар. XXV, 2 и др.). Вообще походя на овец по своему наружному строению и виду, козлы и козы отличаются от них большей живостью и быстротой в своих движениях. Они питаются древесной корой и молодыми побегами, и ноги их хорошо приспособлены для прыганья и лазанья по скалам и горам. Козье молоко очень пригодно для пищи и употребляется иногда в лечении грудных болезней. И довольно козьего молока в пищу тебе, говорит Соломон, в пищу домашним твоим, и на продовольствие служанкам твоим (Притч. XXVII, 2 7). Козья шерсть употреблялась и употребляется для изделий разного рода: так, напр., еврейские женщины ткали из оной завесы для Скинии (Исх. XXV, 4. Чис. XXXI, 20). Из кожи делали сосуды или мехи (Нав. IX, 4. Мф. IX, 17), а в настоящее время делают из нее между прочим сафьян, или сафьянные переплеты. По иудейскому закону коза считалась животным чистым (Втор. XIV, 4) и была приносима в жертву за грех (Лев. III, 12). В Свящ. Писании нередко встречаются аллегорические указания на этих животных, на их быстроту движений и смелость, на их подвижность и т. д. (Притч. XXX, 31, Зах. X, 3 и др.). Как хорошие пастухи в своих овчарнях отделяют козлов с худыми качествами от овец, так, по словам Господа, на последнем Страшном Суде Его произойдет отделение добрых людей от злых (Мф. XXV, 33). В кн. пр. Даниила козел представляется символом македонской империи. Козлы и козы вообще изобиловали в Палестине.

Козел для отпущения (Лев. XVI, 8-10). В великий день праздника, в день очищения, у евреев совершался следующий особенный обряд: приводили двух козлов и поставляли их пред Господом; затем бросали жребий, который из козлов должен быть принесен в жертву и который должен быть отпущен в пустыню. Первого из них закалали и приносили в жертву за грех, а на голову второго первосвященник, вышедши из Святая Святых, возлагал свои руки, исповедал над ним грехи всего народа и изгонял в пустыню: И понесет козел на себе, говорится в кн. Левит, все беззакония их в землю непроходимую и пустит он козла в пустыню (XVI, 22). Значение этого величественного обряда очевидно: он прообразовал собой вольную смерть Богочеловека за грехи всего рода человеческого и приобретенную нами через Его страдания и смерть благодать для победы над грехом и смертью.

Козы дикие (Иов. XXXIX, 1) – иначе горные козы, назывались так потому, что живут почти на неприступных вершинах гор. Поймать горную козу очень трудно, а приручить ее к домашнему обиходу еще труднее. Горные козы до сих пор еще водятся во многих частях Сирии. Из их кожи бедуины делают мехи или сосуды и кольца из их рогов. Водясь на утесистых скалах гор, козы, естественно, легко избегают преследований охотника, делая иногда прыжки в 20 футов, но в долинах, конечно, ловят их легче. На их образ жизни указывается в I Цар. XXIV, 2, Иов. XXXIX, 1 и др.

Колаия (глас Господень) (Неем. IX, 7) – вениамитянин, из предков Саллу, потомство которого, по возвращении из Вавилона, долженствовало по жребию жить в Иерусалиме.

Колено (Мф. XIX, 28). В речи об иудеях коленами называются потомства, происшедшие от сынов патриарха Иакова, бывших родоначальниками иудеев. Весь народ еврейский состоял из 12 таких колен по числу 12 сынов Иакова. Колено Иосифа само делилось на два колена, происшедшие от двух сынов его – Ефрема и Манассии; но еврейские колена все-таки считались постоянно в числе 12, так как Левиино колено было отделено от прочих и не входило в ряд их по особенному назначению его представителей, исключительно отправлявших разные должности священнослужения. Несмотря на то что более полторы тысячи лет протекло от времени сынов Иакова до явления в мир Христа Спасителя, при всех переворотах и смутах в такой длинный период времени евреи и при Христе Спасителе могли отличать еще свое происхождение по коленам посредством родословных таблиц или устных преданий (Лк. II, 36, Деян. XIII, 21, Рим. XI, 1, Фил. III, 5). Сам Господь Иисус Христос по плоти произошел от колена Иудина (Евр. VII, 14, Мф. I, 3, 16, Лк. III, 23, 33), согласно пророчеству о том патриарха Иакова (Быт. XLIX, 10).