Чтение онлайн

Жизнь израильского народа во всем подчинялась имени Иеговы. Этим было положено основание учреждению Торы, которая лишь спустя столетия была оформлена в виде законченного Пятикнижия. Начатая и задуманная Моисеем, она носит его имя.

Когда давила нужда, Иегова являлся избавителем. До эпохи Давида существованию израильского народа все еще угрожали опасности, и различные колена то здесь, то там вынуждены бывали защищаться с оружием в руках. В этот период времени Иегова больше был Богом войны для Израиля.

Таким образом, присутствие Бога нигде не чувствовалось столь реально и близко, как в ужасах битвы. Для укрепления иудаизма имели чрезвычайное значение именно войны, где ставилось на карту существование народа, как, например, борьба с филистимлянами. Чем больше израильский народ полагался на свою собственную силу, тем более он утверждался в своем Боге. В этих войнах Иегова сохранился Богом, который однажды помог своему народу и который хочет помогать ему и впредь. Как Он призвал Моисея, так Он возбуждал и других сильных и мужественных, становившихся во главе народа. Религиозное и национальное самосознание совпадали. Войны велись именем Иеговы (Исх 17:16, Чис 21:14, 1 Цар 18:17, 25:28), он сам называется Богом воинств Израиля (1 Цар 17:45), которые, в свою очередь, называются воинствами Иеговы (1 Цар 17:26, 36). Иегова – это вождь, к которому приходят на помощь племена под начальством храбрых (Суд 5:23), в честь которого раздается военный клич "за Иегову и Гедеона" (Суд 7:18) и которому предоставлено окончательно решать дело при обсуждении планов войны (1 Цар 14:37, 23:9 и сл.).

Как важна была эта сторона познания Бога для религии Израиля, явствует из того факта, что она увековечилась в наименовании Иеговы как Саваофа. В Библии, в писаниях пророков это имя часто употребляется как термин для обозначения бесконечного величия Бога Израиля, т.е. почти как имя собственное. Затем оно служит именем того, кто повелевает военными полчищами. Сейчас утвердилось мнение, что это имя создано Амосом и в Книги царей было вставлено впоследствии. Оно обозначает Бога, властвующего над всеми силами вселенной. Некоторые видят здесь указание на управляющих силами природы небесных воинов, или ангелов, носителей силы и величия Бога, или на тех и других: на ангелов и звезды. Но справедливо было замечено, что множественное число Саваоф (Sebaoth) раньше встречается лишь, когда говорится о человеческих, израильских войсках.

Древнееврейские одежды

Гробница Давида в Иерусалиме

Если Иегова был для Израиля прежде всего Богом войны, то его святыней был священный ковчег. Со времени Второзакония ковчег считался хранилищем двух каменных скрижалей закона и назывался кивотом Завета. В Священном кодексе это представление еще более расширяется. Ковчег с двумя золотыми херувимами и крышкой, которую первосвященник в великий день отпущения окроплял очистительной кровью, помещался в святая святых, и люди не могли не только дотрагиваться, но и видеть его. Он называется "ковчег свидетельства", или "ковчег закона", и все, что должно быть принесено Иегове, ставится перед этим "свидетелем". Первоначально ковчег был святилищем для войны и походов, т.е. переносным домом Иеговы, по сообщению Исх 33, – возмещением того, что Бог, живущий на Синае, не пошел с народом своим в Ханаан. Ковчег сопутствовал на войне и олицетворял присутствие Бога (ср. 1 Цар 43 и сл. 2 Цар 11:11, 15:24). Когда ковчег двигался с места, то говорилось: "Восстань, Иегова, да рассыплются враги твои, и да бегут от тебя противящиеся тебе". А когда он останавливался, то говорилось: "Возвратись, Иегова, к многочисленным тысячам Израиля".

Мнение о том, что ковчег был лишь походной и лагерной святыней, подтверждается еще и тем, что после перенесения его в храм Соломона мы ничего больше о нем не слышим.

В период становления новой религии главная задача состояла в том, чтобы Иегова как могущественный бог обеспечивал достойное и самостоятельное существование своему народу. Речь шла о самоутверждении не только народа, но и Иеговы.

С завоеванием Иебуса данная задача была победоносно разрешена. Крепость Давида стала политическим, а затем, когда Давид перенес священный ковчег в Сион, и религиозным центром Израиля. Иегова доказал свое превосходство не только над египетскими, но и над ханаанскими богами. Мильхамоты (священные войны) Иеговы закончились безоговорочной победой, и Ханаан стал землей Иеговы, святой землей, nahalath. После исхода из Египта перенос религиозного центра из Синая в Сион явился наиболее важным событием. Только теперь освобождение из египетского плена получило свое полное завершение.

Псалмы, или пасхальная песнь, по времени происхождения относятся к периоду после изгнания (Исх 15:1-18). Освобождение из Египта до поселения в священном месте жительства Иеговы воспевается как единый момент, как величайшее откровение силы и величия Иеговы.

Но имеются три фактора, которые придали этому событию еще более крупное значение. Это появление пророков, основание царства и постепенный переход от кочевнического к земледельческому образу жизни.

Древняя рукопись Пятикнижия Моисея

Значение эпохи пророков, времени Самуила, заключается в поднятии религиозного духа. Наиболее выдающимся моментом здесь является Nabi – непереводимое еврейское имя ханаанского происхождения (Wellhausen, Smend). В позднейшие времена со словом "наби" слились древнеизраильское ro’eh или hozeh (1 Цар 9:9), и оба наименования стали обозначением служителя Господня.

Однако наби с самого начала не смешивали с пророками, такими, как Исайя, Амос, Иеремия и др. Явным доказательством служит решительное противодействие и неприятие этих выдающихся пророков по отношению к основной массе предсказателей (ср. Ам 7:14, Ис 29:10, Иер 23:9 и ел., Ез 13 и т.д.). В противоположность избранным, у которых собственная, Богом просветленная индивидуальность выступала, на первый план, остальные получили название сынов пророков, т.е. членов некоего ордена пророков. Они составляли отдельное, набиравшееся из добровольных членов, сословие, жили сообща и отличались одеждой, знанием музыки, восприимчивостью к экстазу и т.п. Сыны пророка, начав служение иеговизму ко времени Самуила, содействовали поднятию и укреплению иудаизма.

В пророчестве иудаизм обрел новую почву для свободного проявления духа, однако в других отношениях отступил перед непоколебимым общественным распорядком. До того социально-политическое и, главным образом, военное руководство народом попадало, без всякого правового установления, в руки любого предводителя, воодушевленного духом Иеговы. Не было ни внешнего единства, ни политической организации. Когда нужда заставляла, люди объединялись, руководимые общностью интересов. Но эта связь прекращалась, как только кризис был преодолен, и люди снова жили своими частными интересами. Попытка Авимелеха основать под покровом культа Баал-Верита союз ханаанских и израильских городов провалилась.

Возникновение самостоятельного израильского царства полностью изменило старый уклад жизни. Государственная общность, сформировавшаяся уже при Сауле и еще более при царствовании Давида, поставила израильтян в один ряд с другими ханаанскими народами.

В Ветхом Завете об израильском царстве говорится отрицательно с двоякой точки зрения. Притча Иофама (Суд 9:8 и сл.) осуждает возможное возвышение людей без заслуг, в то время как достойные удаляются от кормила власти. С религией это соображение не имеет ничего общего. Существует другое воззрение, считающее израильское царство прямым отпадением от Иеговы.

Гора Синай

Саул начал свой путь к власти с должности судьи, следовательно, между эпохой героизма и позднейшим царством существовала тесная связь, что первая явилась ступенью второго, и царство возникло не вследствие безбожия народа, а израильтяне покорились ему из нужды. Но как только царская власть стала переходить от отца к сыну, определенная зависимость израильтян от свободно господствующего, произвольно выбирающего свои органы исполнения проявления духа Божьего, должна была навести на размышление. Одухотворение, отличавшее раньше вождей Израиля, отступило на второй план. Личное воодушевление, делавшее любого человека, без всякого законного к тому основания, спасителем Израиля, более не имело значения. Управление, казалось, перешло из рук Иеговы в руки часто недостойного царя {ср. Ос, 1 Цар 8 и относящиеся сюда главы).

Пророк Амос

Но это противоречие не имелось в виду с начала возникновения израильского царства. По позднейшим рассказам книги Самуила, создание царства при тогдашних обстоятельствах явилось истинным благодеянием для Израиля как в религиозном, так и во всех других отношениях. Иудаизм стал государственной религией и получил защитника в лице царя, что при прежнем положении вещей никогда еще не имел.

Заслуга Самуила состоит в сохранении и защите государственной религии. Царь должен был управлять именем Иеговы; но если при пророках сохранялась возможность свободного проявления духа, государственное правление от имени Иеговы получило во всех отношениях постоянный, хотя и менее выдающийся характер. Отныне Иегова управляет не только в военное время, но через царя ведает всеми областями народной жизни. Царь стал его помазанником и представителем высшей воли перед народом.