Чтение онлайн

С первой до последней главы книги я доказывал, что «я» прошлое, нынешнее и будущее – в действительности разные люди. На физическом уровне молекулярные составляющие нашего организма меняются ежеминутно изо дня в день. Сегодня вы в буквальном смысле уже не тот / не та, кем были вчера. И только за счет рассказываемых самим себе нарративов мы поддерживаем полезную иллюзию, будто остаемся одним и тем же человеком.

Из этой концепции, если вы с ней согласны, закономерно следует, что нарративы – просто еще одна разновидность вычислений, производимых нашим мозгом. Большую часть времени эти вычисления выполняются автоматически. При нормальных обстоятельствах мы не застываем в тревожном раздумье, прежние мы сегодня или уже нет. На протяжении всей книги мы рассматриваем когнитивные процессы, способствующие автоматизму этих вычислений. Мозг – это не цифровое записывающее устройство, поэтому воспоминания приходится хранить в сжатом виде. Нашими первыми переживаниями и первыми историями закладываются шаблоны, а последующие переживания затем сравниваются с ними и хранятся как отклонения от этих шаблонов. Соответственно, и наши ожидания от будущего, движимые теми же самыми механизмами, настраиваются на отклонения от настоящего.

Ваше будущее «я» – это не отдельная готовая сущность. Цельность для него невозможна, поскольку грядущее нам пока неведомо. Будущее «я» – это облако вероятностей, каждая из которых представляет гипотетическую траекторию, ведущую вперед из отправной точки в настоящем. Кроме того, когда мы определяем, какие истории принять и усвоить, в ход идут компрессия, прогнозирование и диссоциация. Поскольку у нас уже есть накопленный за всю предшествующую жизнь багаж нарративных базисных функций, замещение неизбежно пойдет медленно и трудно. Заменить старые нарративы более свежими и снизить частоту обращения к старым можно, но на это потребуются силы и время. Тому, как это сделать, я и хочу посвятить последнюю главу своей книги.

Задумываться о будущем нам в числе прочего мешает опора на память. Во второй главе я говорил о разнице между семантическими воспоминаниями (знанием фактов) и эпизодическими (знанием событий). Эпизодические воспоминания зачастую автобиографичны, и, как показывают недавние эксперименты, представляя себя в будущем, мы нередко смотрим с той же воображаемой точки зрения, что и вспоминая себя в прошлом. По аналогии с воспоминаниями исследователи называют такой взгляд эпизодическим мышлением о будущем{180}. Эксперименты с использованием нейровизуализации эти данные подтверждают. Во время эпизодических воспоминаний и моделирования будущего активируются одни и те же структуры мозга, в том числе участки височных долей и префронтальной коры. Включается даже зрительная кора, поскольку человек мысленно рисует картину предполагаемого будущего{181}.

Если модель будущего опирается на воспоминания о прошлом, она поддается нашему контролю. В предыдущей главе я изложил общие принципы выстраивания нарративов вероятного будущего. Любому попробовавшему проделать предложенное мной упражнение сразу становится ясно, что дело это нелегкое. Даже обладатели самого живого и творческого воображения обращаются при моделировании вероятного будущего к воспоминаниям из прошлого. Но эти воспоминания не ограничивают нас, а, напротив, служат трамплином для прыжка в воображаемое будущее. Гарвардский психолог Дэниел Шектер, занимающийся исследованием памяти, пропагандирует подход, который он называет индуцированием эпизодической конкретики. В ходе полуструктурированного интервью человека подводят к припоминанию конкретных подробностей пережитого в прошлом. Затем просят представить что-то из будущего. Благодаря индуцированию эпизодической конкретики воображаемое будущее рисуется детальнее{182}.

Иными словами, будущее начинается в прошлом. Чтобы вообразить свое будущее «я», нужно погрузиться в воспоминания.

Вот такой совет, например, может сработать: попытайтесь вспомнить момент, когда вам было абсолютно комфортно на своем месте. Заметьте, я не сказал «когда вы были счастливы». Я имею в виду ситуацию, в которой вы отлично ладили с собой, вас никто не осуждал и не оценивал и, надо надеяться, никакой внутренний голос не зудел, что надо было действовать так, а не эдак. Если у нас с вами есть что-то общее, возможно, вслед за таким воспоминанием вы перенесетесь в период ранней молодости – те самые годы становления. Я помню, как в магистратуре дневал и ночевал в цокольном этаже анатомического корпуса. И хотя загрузка у меня, как у магистранта, была, как говорится, выше крыши, я с головой ушел в робототехнику, создавая конструкции для исследования биомеханики организма. Любое мое воспоминание о занятии, способном поглотить меня целиком и полностью, связано с поиском ответов на научные вопросы, позволявшим не сдерживать свою любознательность. И хотя разочарования и досаду я тоже помню, любознательность – это мое второе имя.

Однако наша цель не просто вспоминать. Как утверждает по итогам своих исследований Шектер, извлечение конкретных воспоминаний помогает нам подробнее представить себе траектории будущего. Иначе говоря, чтобы устремленный в завтра мысленный взор не увяз в густом тумане, проще пересадить своему будущему «я» некую версию имеющихся воспоминаний. Я, например, вижу себя все так же занимающимся наукой, вот только ответы я буду искать уже на другие вопросы, не те, что сейчас. Мои будущие «я» работают в совершенно иных научных областях.

В этом примере я отталкиваюсь от своих реалий, другим они не подойдут. Ваше будущее должно строиться на ваших собственных воспоминаниях. Кроме того, вы должны принять в расчет вероятное будущее сожаление. Это в любом случае не линейный процесс. Надежнее всего он работает, если начать с тех воспоминаний, которые отражают лучшее в вас. Но не пытайтесь вымучивать картины будущего, они проступят сами, чуть позже, и, вполне вероятно, в самый неожиданный момент – например, когда вы будете в движении. Движение и физическая нагрузка – лучший способ очистить мысли от дневного мусора (поэтому лучшие идеи нам часто приходят в голову во время занятий спортом). Так что ваша задача – просто настроить мозг выборочными воспоминаниями, пока завязываете кроссовки. Этого хватит. Остальное придет, когда мозг разгрузится.

Главная трудность в том, чтобы это пришедшее в голову не упустить. Как только вы закончите тренировку, сознание опять вернется к настоящему, и все творческие мысли испарятся, как капли пота с кожи. Это меня всегда мучило. Самые гениальные, на мой взгляд, идеи возникали у меня на пробежке, но стоило мне встать под душ, как они вместе с водой утекали. Но теперь я бегаю со смартфоном. Если меня озаряет на бегу, я останавливаюсь и записываю голосовое сообщение. Обычно потом оказывается, что идея так себе, но она у меня хотя бы остается.

Хотя мне очень нравится концепция стимулирования творческой мысли с помощью физической нагрузки и спорта, связь между ними убедительно подтверждают лишь немногочисленные исследования{183}. Так что если физкультура вам помогает – отлично! Если нет – не напрягайтесь понапрасну. Конечно, стимулировать мысль можно и медикаментами, но я, сознавая очевидные риски, не отважусь давать никаких универсальных психофармакологических рекомендаций. Интересующихся этой темой отсылаю к работе Майкла Поллана под названием «Мир иной» (How to Change Your Mind), посвященной психоделике{184}.

Важно помнить, что наша цель – не создать произведение искусства, а представить себе свое будущее «я». Процесс такой: углубиться в избранные хорошие воспоминания; очистить мысли с помощью физической нагрузки и движения или другим способом; запечатлеть с помощью любых подручных средств все приходящие в голову ценные идеи. Если все будет сделано как надо, у вас образуется калейдоскоп будущих «я». Поскольку грядущее неведомо, это будут просто обрывки мысленных картин, коллаж из нечетких изображений. Это нормально. Попытайтесь ухватить один из таких обрывков и удержать в сознании. Отметьте самое очевидное и заметное. Где вы находитесь? Один/одна или с кем-то? Что делаете? Это еще один прием, позволяющий запустить нарративный брейнсторминг, описанный в предыдущей главе. Только на этот раз мы станем намечать не сюжетную линию, а вероятные образы вашего будущего «я», оттолкнувшись от избранных воспоминаний. Если вам удастся удержать такой образ подольше, можно подумать о том, как к нему приблизиться.

Между вашим нынешним «я» и одним из будущих – огромное расстояние. Вы поймете, что у вас все получилось, когда, мысленно представив ухваченное будущее «я», почувствуете, как в животе что-то начинает щемить от страха. Эта эмоция вполне преодолима, главное, чтобы рядом был кто-то, с кем можно все обсудить. Страх перед неизвестностью порой буквально парализует. Экономисты, о чем уже упоминалось, называют это избеганием неопределенности, имея в виду, что человек, как и все животные, испытывает врожденную неприязнь к ситуациям, характеризующимся информационной неполнотой.