Чтение онлайн

Про себя отметив обращение на «ты» и полное отсутствие в его голосе обычной надменности, я неопределенно пожала плечами:

— А где мне быть?

Император немного поджал губы — должно быть, вспомнил, что никаких распоряжений на мой счет не давал. Как и следовало ожидать, он даже не подумал принести извинения за свою забывчивость.

— Поди в дом, — мужчина кивнул на противоположный выход из цеха, — и передай, что я выделяю тебе двух стражников — пусть покажут город.

Радуясь возможности прогуляться, я спешно направилась в указанном направлении. Уже у выхода меня нагнал еще один приказ:

— И скажи Виго, кузнецу, что мне понадобится его помощь.

— Ишь, как носится с этой белобрысой, — сказал младший из двух сопровождавших меня стражников, — никак штучный товар.

— Знамо дело, носится! — отвечал старший. — Она ж товар и есть, да ценности такой, что половину этого города скупить хватит.

— Почем знаешь? — заинтересовался собеседник.

— А потом, — дядька аж надулся от важности, — что мы не зазря спозаранку сюда приперлися. Видал, как Виго, этот хмырь, скачет радостным козликом? Чует знатную наживу…

— Ну а императорская девка здесь причем?

Я полностью поддержала задавшего этот вопрос стража, так же не уловив связи.

— При том, что колдует наше величество над жутким оружием, с коим и против магов идти не страшно, — понизив голос, пояснил старший, — да только не для армейцев оно, и не для знати даже. Он эдак за гарем свой заезжий расплачиваться должон.

— О, — протянул младший, проникшись всей важностью сказанного.

Что значит «гарем», я не знала, но это явно относилось к невестам и ничего хорошего о нас не говорило. Я ведь хорошее подслушивать-то не умею. Далее разговор стражников перетек в вялые рассуждения о вооружении. Отлепившись от укрывавшей меня стены, я спокойно завернула за угол, показываясь мужчинам.

— Посмотрели храм, сударыня? — спросил младший, вытягиваясь по струнке. — Понравился?

Ах, значит, теперь уже не «девка белобрысая», а цельная «сударыня»!

— Великолепное строение, — преувеличено восторженно отвечала я, — какому богу посвящено?

— Да кто их разберет, богов этих, — махнул рукой на храм старший стражник, — давайте-ка мы лучше Вам главную площадь покажем. Там фонтаны — загляденье!

— А давайте, — согласилась я.

В самом деле, не отказываться же от прогулки по замечательному городу из-за сих двух сплетников. А что фонтаны осерчали и окатили обоих мужчин водой — так это совпаденье. Как вдумчиво подметил младший, не стоило от святилища божьего отмахиваться и без должного уважения о нем отзываться.

К вечеру, когда я вдоволь нагулялась и поужинала в местной харчевне отменной речной рыбой, подали конный экипаж. В оббитой изнутри бархатом просторной карете мне предстояло ехать в одиночестве. Я справилась об императоре, к своему стыду вспомнив о нем впервые за весь день. Ответ меня удивил: оказывается, его величество отбыл несколькими часами ранее, приказав меня не торопить.

В замок я доехала уже затемно, но Гретту в комнате не застала. Появилась моя соседка, лишь когда я собралась укладываться спать. Она прибывала в отличном расположении духа и казалась немного захмелевшей.

— Надо же, — радостно воскликнула она, — тебя-таки вернули из ссылки!

— Никуда меня не ссылали, — недовольно буркнула я.

— Тогда отчего же не позвали на званый вечер в честь невест? — язвительно осведомилась рыжая.

Она плутовски заулыбалась, явно ожидая от меня сокрушенных причитаний и расспросов. Я решила не идти на поводу и лишь безразлично снизала плечами. Не вытерпит ведь — все сама выложит. Так и произошло.

— Император созвал нас в тронный зал, где потчевал как дорогих гостей, вином поил… — принялась рассказывать соседка, ввалившись на свою кровать прямо в своем чудесном зелено-золотом платье. — И каждую уважил — самолично побеседовал!

— И что, — я старательно расплетала косу, — выделил кого особо?

Рыжуха задумалась, уставившись в потолок. Тем временем я, снедаемая любопытством, показательно безучастно расчесывала волосы, рискуя облысеть, пока подруга наконец заговорит.

— Со мной он отшутился, — припомнила Гретта, а затем прыснула: — и приказал наесться впрок, чтобы не рыскала ночью по замку, аки голодная лисица.

Я тоже хихикнула: запомнил, значит, как рыжая оправдывала свои вечерние похождения, а я-то думала, что пропустил мимо ушей.

— Вайоми все глазками стреляла и зазывно так улыбалась. Ханна умилительно краснела, но после двух глотков вина защебетала, что и не остановить было. Даже Джила немного оттаяла и позволила себе усмехнуться — а я, признаться, сомневалась, что она это вообще умеет. Видане император долго втолковывал не пойми что, а она все кивала, только не слышно было ни шиша.

— А Малика? — я оставила волосы в покое и слушала во все уши.

— Эта чванливая гордячка, — Гретта брезгливо поморщилась, — вела себя так, будто она ему ровня, и всем своим видом требовала к себе особого отношения. А Рингард наш вместо того, чтобы поставить на место заносчивую выскочку, был бесконечно любезен и обходителен, а смотрел почтительно, без этой своей насмешки.

— За что ты ее невзлюбила? — удивленно спросила я. — Сделала тебе чего?

Гретта вдруг загрустила и отвечала непривычно серьезно:

— Малика пока меня ничем не задела, да и не позволю я, — и, помолчав, добавила: — Но такие, как она, нас — кто без золоченой соски с пеленок — за людей не держат. Проглотит — не подавится.

Я такой неприязни не испытывала, но и защищать надменную брюнетку не было ни малейшего желания. Пришло в голову, что ее можно легко представить в паре с императором. Уж Малика точно не могла попасть в нелепую ситуацию с платьем, как и не стала бы идти за пажом на выдуманное свидание. Вне всяких сомнений, она умеет ездить верхом и хороша во всем, чем полагается ведать придворной даме.

В дверь громко и настойчиво постучали. Гретта по своему обыкновению закатила глаза и театральным жестом указала мне на вход, мол, «это точно по твою душу». Я, порадовавшись, что не успела снять платье, пошла открывать и даже не особо удивилась, увидев на пороге уставшего и мрачного Рингарда.

Император быстро шел по полутемным коридорам, а я, поспевая за ним, почти что бежала.

— Ваше Величество, я не понимаю… — начала я, обращаясь к широкой спине впереди.

— Рин, — отозвался мужчина.

— Что, простите?

— Можешь звать меня Рин и на «ты», — он наконец-то убавил шаг и даже обернулся ко мне через плечо, — не прилюдно, конечно.

Я даже остановилась и открыла рот от столь неожиданного заявления.

— Так ты идешь? — раздраженно спросил император.

— Я хотела бы знать, куда мы направляемся, Рин, — несмело пролепетала я в ответ.

— В псарню, — уже спокойно пояснил он, и, убедившись, что я иду следом, снова зашагал по коридору. — Я вынужден был оставить волкодавов без кормежки на весь день. Думал, переживут, но они взбесились: грызутся между собой и меня к себе не подпускают.